Город под каблуком
Шрифт:
Пусть радуется, что вообще жив остался.
Фоган много кому мешает в Москве, а потому и охрана у него серьезная. Там у него сейчас рулит специалист из службы охраны бывшего президента, и ребята у него оттуда же. На третье кольцо охраны возможностей не хватает, но есть второй круг, а это уже большое достижение. Правда, пока это подобие второго уровня, которое не сравнишь без смеха с президентским, и, киллер в принципе мог прорваться через него. Но лучше, как говорится, что-то, чем ничего.
Из ресторана Фоган собирался выходить
А киллер где-то рядом. Фоган вел свою игру на сырьевом рынке, и в Питер он ездил, чтобы договориться о перевалке через порт крупной партии груза, а это кое-кому не нравилось. И многие из его данников стремились выйти из-под разорительной опеки…
– Может, через черный ход выйдем? – легонько тронув Фогана за рукав, тихо спросил Никита.
Тот остановился, но на него даже не глянул.
– Думаешь?
Зато посмотрел на своего нового начальника личной охраны.
– Все нормально, Виталий Максимович, – невозмутимо сказал Кранцев. – Обстановка под полным контролем.
Потрясающей выдержки мужик. Взгляд спокойный, но ледяной, как у заправского убийцы. Он даже слова плохого своему обидчику не скажет, но кровь ему пустит. Выждет момент и нанесет удар в спину без всяких объяснений причин. Во всяком случае, Никита думал именно так, а он умел разбираться в людях, хотя, конечно, иногда ошибался.
Фоган уже привык доверять Кранцеву, поэтому продолжил путь и вышел на улицу. Всего пять метров отделяло его от бронированного «Мерседеса», но этот путь еще надо было проделать. Никита не крутил головой, но пространство в своей зоне ответственности сканировал усердно. Вправо он не смотрел, за этим сектором наблюдал Женя Лещ, но именно оттуда исходила опасность. Он даже взял Фогана за руку, чтобы в случае опасности столкнуть его с линии огня.
Он чувствовал, как снайпер держит босса в перекрестье прицела, как его палец выжимает слабину на спусковом крючке. А до машины еще целая секунда…
Видение оказалось настолько осязаемым, что нервы у Никиты не выдержали, и он втолкнул Фогана в открытую дверь машины. Именно в этот момент и должен был прозвучать выстрел. Но вокруг все было тихо, а ведь пуля рассекает воздух с легким посвистом.
Салон в машине просторный, но сила толчка оказалась такой, что Фоган головой дотянулся до водительского кресла и лбом стукнулся о его спинку.
Кранцев резко схватил Никиту за руку и тут уже опустил, понял, что в действиях телохранителя
Фоган ничего не сказал, но так глянул на Никиту, что его бросило бы в жар, будь он в нерабочей обстановке.
Кранцев закрыл за боссом дверь, сам занял переднее место в его «Мерседесе». У каждого сверчка свой шесток, и если раньше Никита ездил в одной машине с шефом, то сейчас его место в джипе сопровождения.
Эскорт из четырех машин тронулся в путь, но вскоре остановился.
– Кит, к Виталию Максимовичу! – по рации приказал Кранцев.
Никита быстро вышел из «Гелендвагена», пересел в «Мерседес» к Фогану, и процессия продолжила путь.
– Что с тобой, Кит? – с упреком, но без особой злости спросил босс.
– Нервы, Виталий Максимович. Чутье разыгралось.
– Твое чутье меня не раз спасало, Кит. Я это по гроб жизни помнить буду. Но сегодня твое чутье тебя подвело.
– Бывает.
– Не вопрос, со всяким такое может быть. Только не всякий меня в машину как щенка…
– Я должен был телом вас закрыть, но снайпер был с другой от меня стороны.
– Снайпер?
– Да, я его почувствовал…
– Нервы твои его почувствовали… Расшалились нервы, да?
– Да нет, все в порядке с ними.
– Я так почему-то не думаю. Хороший ты парень, Кит, – покачал головой Фоган, – только вот беречь себя начал.
– Я?! Беречь себя?!
– Я вчера с сыном разговаривал. Он мне интересный вопрос задал. Сколько я плачу тебе, Кит?
– Ну, я не жалуюсь.
– Десять штук баксов ты получаешь. Я никому столько не плачу. Столько только Ваня получает. – Фоган кивнул в сторону Кранцева. – За три-четыре месяца ты можешь новенькую иномарку взять, а ты на дешевой «десятке» гоняешь. На что ты деньги собираешь? Может, за бугор свалить хочешь?
– Не за бугор. И не свалить. Просто дом у моря поставить хочу. Где-нибудь в районе Сочи. Я же не молодой, пять лет до пенсии.
– До пенсии?
– Если бы я в армии служить остался, я бы в тридцать восемь лет на пенсию мог выйти.
– Ну, так то в армии.
– Так и здесь условия, приближенные к боевым.
– Ну да, и пули ты мои ловил. Значит, о пенсии думаешь?
– Не думаю, но на уме держу.
– И нервы у тебя шалят…
– Я в норме, Виталий Максимович.
– Хорошим быть хочешь, – глядя куда-то перед собой, сказал Фоган.
– В смысле?
– Почему не сказал, чем сынок мой занимался?
– А чем он занимался? – похолодел Никита.
– Дурака включать не надо, это тебе не идет.
Дурака Никита уже свалял. Макс ему открытым текстом намекнул, что собирается признаться отцу в своих «подвигах», чтобы вклиниться в его дело. Зная это, Никита должен был сказать Фогану, из-за чего у него возникли проблемы с сутенерами. Должен был опередить Макса, но остался в дураках…