Город негодяев
Шрифт:
– Убить его – и дело с концом! – рявкнул Ермак и с грохотом обрушил на столешницу кулак в боевой перчатке. – Он верховодит только взломщиками. Нам с них мало проку. – Он повернулся к Бомбасу. И ухмыльнулся: – Я не говорю, конечно, о том, что они отчисляют его превосходительству.
– Мы собрались здесь не для того, чтобы планировать убийства. Наша задача – решить, как покончить с кровопролитием, – откликнулся Бомбас. Он поднял руки, словно призывая остальных к молчанию и благоразумию. – Как бывало раньше? Кровь проливалась только в Дыре, и убивали немного. Ну там одному-двум перережут
– Что уж точно привлечет к себе внимание короля, – проговорил громкий голос у двери, – так это твое казнокрадство!
– А я уж думал, ты вообще не решишься здесь появиться, Максио! – осклабился Ингас. – Кстати, вы с Ермаком можете решить свой спор прямо за этим столом.
– Я бы с удовольствием перерезал глотку этому жирному борову, – проворчал Максио, указывая на Бомбаса.
– Любой, кто угрожает городскому голове, – покойник, – заметил Конан. – Такова работа, на которую меня наняли. Как вы с Ермаком разберетесь – не мое дело.
Бомбас с раздражением бросил взгляд на киммерийца:
– Не провоцируй их. – И снова повернулся к столу: – И все-таки, как мы это дело уладим? Первое. Я требую немедленно прекратить резню. Эти набеги, засады – не просто разрушительны. Они – разорительны! Кому это выгодно?
– Тебе, – бросил Максио. Он занял свое место и небрежно взгромоздил ноги на стол. Тощий, с глубоко посаженными глазами человек, вооруженный кинжалом, встал за креслом Максио. – Каждое сражение ослабляет нас и прибавляет денег у тебя в кошельке. И чем больше ты напуган, тем сильнее твоя жадность. Когда-то мы отстегивали тебе десять процентов. Затем десять процентов превратились в пятнадцать. А теперь ты столь устрашен, что меньше чем двадцатью пятью никак не можешь обойтись! Что же дальше? Я уже вижу, как из твоих пор при мысли, что король узнает обо всем, начинает от страха вытекать жир! Во сколько же теперь нам обойдется твой страх?
– Это все? – спросил Бомбас. После паузы он добавил: – Очень хорошо. Теперь слушай меня. Ради восстановления мира в моем городе я согласен снизить ставку до десяти процентов. А теперь разреши мне задать тебе вопрос. Что я получу взамен?
– Так я и думал! – От двери послышался еще один голос. Все обернулись и увидели, что в дверях стоит Ксантус. – Что, мошенники, сговорились втайне от меня встретиться и поделить между собой мой город?
– ТВОЙ ГОРОД! – вскричал Бомбас. Лицо его налилось краской от гнева. – Я ЗДЕСЬ ГОРОДСКОЙ ГОЛОВА, а не ты! Ты просто грязный торгаш, работорговец! Здесь-то что ты позабыл, ты, ИНСПЕКТОР РУДНИКА?
– Мучаешься своим плебейским происхождением? Ты, жирная тварь, рожденная в трущобах! – презрительно бросил Ксантус. – Титула ты добился с помощью предательства и жлобства. Усердно вылизывал задницы вышестоящим. Так что передо мной-то хоть не выпендривайся, Бомбас! Просто из здешних ворюг ты самый богатый.
– Э, нет, Ксантус, так не пойдет! – проговорил
– Мы все здесь воры, – послышался скучающий голос Лисипа. – Так что давайте-ка вернемся к нашим делам. Ну а если нет, то разойдемся. У меня есть возможность куда приятнее провести время, нежели любоваться на ваши рожи.
– Вот и я о том же, – буркнул Ермак. – Утрясем все и разойдемся.
– Хорошо. Вы все согласны, – заговорил Бомбас, – что пора немедленно положить конец вражде?
На несколько мгновений воцарилась тишина. Потом послышались со всех сторон утвердительные возгласы. Один лишь Максио молчал.
– Эй, Максио, ты еще, кажется, не высказался? – обратился к нему с издевательской улыбочкой Ермак.
Указав на покрытую броней грудь Ермака, Максио обратился ко всем собравшимся:
– Я не верю этому головорезу. Я не могу поверить мародеру и убийце, который корчит из себя честного солдата.
– Итак, Максио, – прорычал Бомбас. На лбу у него вздулись вены. Видно было, с каким усилием ему удается говорить спокойно. – Стало быть, ты продолжаешь упорствовать в своей вражде по отношению к Ермаку.
– Возможно, – заметил Конан, – это потому, что Ермак вызвал из Офира подкрепление.
– Киммериец! – прошипел Бомбас. – Ты угомонишься когда-нибудь?
– А кому уж, как не городскому голове, знать, кто приезжает в город! – завелся Ксантус. – Кажется, это твои псы охраняют городские ворота? Хотя с твоими инвалидами, пожалуй, только ребенок не справится.
– Ты бы хоть попробовал пошевелить теми мозгами, которые у тебя еще остались, Максио, – лениво заметил Лисип. – Ведь если Ермак и посылал за бойцами, так посылал давным-давно, еще задолго до того, как здесь стали говорить о перемирии.
Максио, как ужаленный, повернулся к Лисипу:
– Ты заодно с ним! Теперь я это вижу! Вы вдвоем сговорились выжить нас из города и заправлять тут вдвоем!
Поднялся страшный гвалт. Воспользовавшись суматохой, Ксантус подошел поближе к киммерийцу и зашептал ему на ухо:
– Убей Бомбаса, варвар! Убей его – и ты сразу же получишь причитающийся тебе остаток денег. После этого считай, что ты выполнил все, для чего я тебя нанял!
– Если убийство городского чиновника такое легкое и безопасное дело, – ответил ему Конан, – то ты сто раз мог это сделать. Кроме того, не боишься ли ты, что после того, как Бомбас умрет, твои собственные грешки станут всем известны?
Зашипев, как рассерженная змея, Ксантус отпрянул.
– Я ухожу! – вскричал Максио. – И пусть никто не пытается преследовать меня. Весь остаток ночи это место будет под наблюдением моих людей, а с завтрашнего дня – берегитесь!
И в сопровождении своего тощего телохранителя главарь взломщиков выскочил из комнаты.
– Все стало бы куда проще, – сказал Лисип, – если Максио выйдет из игры.
– Я не возражаю, – со скучающим видом обронил Ингас.
– Вы все знаете, что я "за", – проговорил Ермак.