Город Мёртвых
Шрифт:
– И что нам теперь делать? – совершенно не сдерживая тревогу, осведомился мужчина, смотря на меня с укором.
– Когда мы наткнёмся на ближайший указатель, желательно обозначающий город, мы сможем скорректировать направление.
– А если будет поздно?
– О-ой! – простонала я, поморщив нос и со стуком отставляя ведро в сторону. – Ну, если проедем – вернёмся! Сориентируемся по ситуации…
– По ситуации?! – кажется, Том не поверил своим ушам. – То есть, у тебя нет плана действий на случай, если мы уедем не в ту сторону?
На его лице отразилось такое удивление, что мне даже стало стыдно, за то, что я в некотором смысле не оправдала его ожиданий. Опустив глаза в пол, я смогла лишь бесполезно добавить:
– Невозможно было учесть все нюансы за такой короткий промежуток времени. Важнее было побыстрее шагнуть вперёд.
Наверное, это звучало, как слабая попытка оправдать себя. Но могу ли я побыть не всезнающей в кои-то веки? Хотя бы в эту минуту, когда напало такое отвратительное настроение?
– Важнее – сделав шаг, не сдаваться. А ты сдаёшься, – мрачно огласил он мысль, назойливо кружившую вот уже пару дней в моей голове.
– Да, на волю обстоятельствам, – раздражённо отозвалась я, отворачиваясь к огню. – Потому что, чтобы я не планировала, всё идёт прахом!
И действительно, когда я придумывала план, для меня он почему-то казался таким простым, что невозможно теперь было себя успокоить, не видя горы на горизонте. В моей голове мы достигали нашей цели быстро и стремительно, но на деле всё оказалось не так просто.
Слишком многое накипело внутри меня за это время, и сейчас оно так и стремилось вырваться наружу. Почувствовав непреодолимое желание выговорится вслух, я постаралась задавить его на корню, чтобы позже унести как можно дальше, и там, в дальней комнате, достойно перебороть это недоразумение в гордом одиночестве.
– О чём ты сейчас думаешь? – неожиданно вернул меня к реальности Том своим вопросом. – Только честно.
Уже мысленно собираясь подняться и уйти, я всё продолжала сидеть на месте, не в силах справиться с обуревавшим меня противоположными желаниями удалиться и остаться. Ей богу, сейчас я уже не могла понять, чего хочу сильнее. Чувствуя, как его взгляд буравит мне затылок, я просто боялась пошевелиться. Том в последнее время очень болезненно относился к моим уходам от разговоров, поэтому я уже не знала, чего от него можно ожидать на этот раз.
– Я устала и собираюсь идти спать, – осторожно оповестила я.
Утренний сон так и не смог достойно восполнить мои силы, так что я до сих пор пребывала в изрядно помятом состоянии.
– Может быть, тебе стоит остаться?
Что-то подозрительное промелькнуло в его интонации. Что-то, что заставило меня насторожиться. Попытавшись сбросить так ловко накинутую на меня невидимую петлю, я размяла задеревеневшую шею и, натянув на лицо ухмылку, медленно обернулась.
– Мистер Стенсбери…
Брови Тома удивлённо взметнулись вверх.
– Если я хочу уйти, значит,
Мой спутник довольно быстро вышел из замешательства и, приподнявшись с дивана, ехидно подметил, расплываясь в странной, не предвещающей ничего хорошего для меня улыбке:
– Знаешь, Тин, за всё то время, что мы провели вместе, я кое-что понял. Если ты о чём-то не хочешь со мной говорить, то это касается либо твоего прошлого, либо меня. Вопрос лишь в одном: в чём дело на этот раз?
– Как-то это самонадеянно, – не удержалась я от издёвки, бросая на него яростный взгляд и чувствуя, как кровь непроизвольно приливает к щекам.
– Из тебя вышла бы скверная актриса, – констатировал Томас, посмеиваясь. – Так значит, дело действительно в последнем?
Похватав воздух ртом, как рыба, выброшенная из воды, я силилась подобрать нужные слова, которые наилучшим образом отразили бы всё моё отношение к данной персоне, но с языка почему-то слетело только сухое:
– Думай, как хочешь.
Фраза безвозвратно утонула в повисшей тишине. Наверное, я вела себя по-дурацки, но среагировать иначе не смогла. Ровно, как и молчать. Слишком сильной была смесь наседающих на меня эмоций.
Я услышала скрип дивана и пару шагов в свою сторону, прежде чем остро почувствовала чужое дыхание за плечом. Том сел рядом, осторожно обхватил меня за талию и склонился над моим ухом.
– Не злись, – не сдержав усмешки, попросил он. – Я просто волнуюсь за тебя.
Я невольно прикрыла глаза. От его рук исходило приятное тепло, с которым не хотелось так просто прощаться. Я давно не злилась на него, скорее уж на себя за свой непростой характер и бесконечные преграды, что активно воздвигал мне мой собственный разум. Но разве можно было ему это так просто объяснить? Нет, сэр.
Глубоко вздохнув, я позволила себе доверительно расслабиться и отвлечься от терзающих меня сомнений. В голове немного прояснилось, ощущения настоящего обострились и глубокий колодец мучительных мыслей временно отошёл на задний план. Почувствовав, как заныли затёкшие ноги, я вытянула их вперёд и привалилась Томасу на грудь. Кажется, он не был против этого. От камина то и дело отпрыгивали искры, взметаясь вверх и затухая в воздухе.
– Море или озеро?
– Что? – недопонял мой спутник.
– Что тебе больше нравится, море или озеро? – чуть улыбнувшись, уточнила я свой вопрос, в ожидании, примет ли он правила этой нехитрой игры.
– Хм… – Том некоторое время искал подвох в моём вопросе и не спешил отвечать. – Море.
– Почему? – тут же снова озадачила я его.
Кажется, на этот раз время раздумий могло затянуться надолго. С громким треском разломилось в огне очередное полено и сыпануло снопом искр на оббитый жестью пол.
– Такой сложный вопрос? – его замешательство меня повеселило.