Город Леиматри
Шрифт:
Тысячи мелких иголок пронзили кожу и заставили пошевелиться. Внутри все похолодело от ужаса, когда Кира вспомнила в мельчайших деталях, как летела вниз с той злополучной крыши. Но как она там оказалась, кто причастен к этому происшествию, девушка, увы, не знала. Как ни напрягалась, а пазлы не складывались в единое событие.
Она на всякий случай ощупала руки. Теплые, настоящие. Да и боль чувствуется. Значит, живая. Или это дурное видение?
Тишина продолжала давить.
–
Собственный голос помогал не потерять сознание, не раствориться в ядовитом тумане, который змеей стелился повсюду. Ища помощи, Кира оглянулась. Где-то между домами стоял мужчина. Среднего роста, с волосами до плеч, в длинном плаще. Он был настолько идеально сложен, что девушка поначалу подумала - статуя. Но мужчина зашевелился - переложил тонкую трость из одной руки в другую.
– Помогите!
– взмолила девушка. В ответ прилетел надменный смешок.
– Не бросайте меня, помогите!
А дальше пошли обрывки. Кира уже не замечала, как одна улица сменялась другой. Все они были одинаковы, наполнены потусторонним волнением. У домов появились каменные рты, которые рычали, кряхтели и дышали. В этом кошмаре она плутала, как в лабиринте, но все путалось, путалось в витиеватых схемах Города.
«Когда же это закончится?» - рыдала Кира, задыхаясь от усталости. Ноги, будто одичав от страха, непослушно несли ее по темным бетонным коридорам. Она так хотела оказаться дома, свернуться калачиком на своей кровати и уснуть... Но ни одного проблеска, никакой надежды, лишь сплошное месиво из домов и грязи.
И вдруг как глоток свежего воздуха навстречу ей полилась мелодия. Она была на грани сюрреализма. Поверх мертвых крыш закружили разноцветные звуки разных форм. Мир с его законами времени, гравитации и пространства совершенно перестал существовать. С каждым ее шагом завывания электрогитар и барабанного грохота становились все громче и отчетливее. Наконец, до нее донесся эмоциональный мужской голос с ярко-выраженной хрипотцой. Чувственность и мелодичность этой дьявольской песни оставляли в сознании приятые ожоги, как слова, написанные горячим пером на нежном запястье.
Тело совершенно перестало болеть и изнывать, так лечебно действовала оглушившая остальной мир музыка. Кира в такт выбиваемой дроби шагала как загипнотизированная, и уже ничего вокруг не имело ни малейшего значения. То был импульс. Потусторонний, неизвестный, опасный. Певец продолжать рвать горло, выворачивая себя наизнанку, издавая неестественные звуки, расщепляя голос на несколько параллельных звучаний. Это завораживало, опьяняло. И Кира, окрыленная таинственной рок-драйвом, быстро нашла источник в одном из подвалов заброшенных домов.
«Надеюсь, тут не сборище фриков», - подумалось некстати.
Девушка стояла у входа в подземное укрытие. Ржавая дверь протяжно и недовольно скрипнула, будто ругаясь. Туман
– Ты не те ноты берешь!
– крикнула девушка.
– Люди!
– обрадовалась она и, убив последние сомнения, побежала вниз по старой каменной лестнице. Стены узкого коридора были обшарпаны, кое-где висела паутина, покрытая подсыревшей пылью.
«Все это или дурной сон, или вселенский заговор. Еще вчера был обычный день, школа, снова ссора с мамой, ненавистные уроки, а сегодня какая-то мистическая ерундистика. Если все закончится, обещаю быть хорошей. Или хотя бы не винить маму в том, что случилось с Костиком. Или все вместе. Просто пусть все вернется, как было».
Неожиданно музыка остановилась. Внутри все провалилось, вокруг снова стало оглушительно тихо. Кира издала стон отчаяния. А вдруг это наваждение? Вдруг ее кто-то испытывает? Сомнения терзали. Девушка неуверенно сделала шаг вперед и твердо решила избавиться от сумасшествия, спрятаться в подвале. И будь что будет.
ГЛАВА ВТОРАЯ. МИСТИЧЕСКИЕ СМЕРТИ
Город был тихий. Вот уже много лет, никто не помнит сколько точно, его улицы окутывал туман. Каждый житель, а было их около двух миллионов, знал, что ровно в семь часов утра белая дымка пожирала сначала пригород, захватывая дома, дороги, мосты и детские площадки в свое холодное кольцо, а потом и центральные высотки. С годами число горожан сократилось на треть, а туман становился только плотнее, появлялся где и когда угодно, словно живой. В конце концов, люди практически перестали выходить на улицы без острой надобности. Только на работу и очень редко в кино или на концерт. Несомненно, если в мире и было опасное, преступное место - это был Город.
Полицейские не отдыхали ни днем, ни ночью. Регулярно они обнаруживали чей-нибудь труп. А в последнее время все стало только хуже: вслед за жертвой находился и преступник. Правда, кто-то успевал с ним расправиться. Газеты пестрили шокирующими заголовками и новостями о новых и ужасных происшествиях. То было наказание свыше, как считали многие. А другие верили в сверхъестественное и не сомневались - все это проделки сатаны. Хотя, суеверностью жители никогда не страдали. Но, согласитесь, трудно было найти рациональное объяснение творящейся чертовщине, верили кто во что.
Несмотря на тревожную обстановку, была в Городе своя красота с готическими нотками. В центральной части, обороняясь от всего нового, стояли невысокие, но изысканные строения c отголосками итальянского ренессанса. В основном пятиэтажные дома прямоугольных планов, до малейшего кирпичика симметричные фасады охрового или серого цветов, местами украшенные рустовкой - облицовкой в виде четырехугольных камней с грубой шершавой поверхностью. Некоторые постройки подпирали колонны, расположенные строго посередине. То были театры, музеи, библиотеки, здания правительства. Простые до невозможности, но не лишенные вкуса и романтики.