Город из стекла
Шрифт:
– Играет с нами хозяйка, – нахмурившись, Адель смотрела на все сквозь пальцы, буквально, приложив к глазам ладонь веером. – Я предупреждала, будет нелегко.
– А вон и она, кстати.
В небе, словно на огромном экране, появилось лицо девушки. Сейчас оригинал лишь отдаленно напоминал фото. Нежные черты, чуть тронутые перламутром губы, морозные узоры блесток на висках. Длинные пряди спадали по обе стороны лица, схваченные на груди жемчужным кулоном. Глаза смотрели с чуть насмешливым прищуром.
–
– Да уж, красивая. Худющая и бледная, как смерть. Теперь понятно, почему родные забегали: долго она так не протянет.
– Что теперь? – Денис смотрел наверх, будто примеривался. Какой-то совсем отчаянный в последнее время. – Попробуем поговорить?
– Ты в глаза ей посмотри, психолог нашелся. Нет, до нее уже не достучаться. Она вся в своих мечтах растворилась, без остатка. Вернем – зачахнет сразу. Нужно возвращаться, делать тут больше нечего.
Ну, раз начальство настаивает.
Ден уже позабыл, когда в последний раз выходил из сна самостоятельно, без падений в бездонную пропасть, драк и путешествий по чьим-то внутренностям. Наконец-то можно было закрыть глаза, слушая, как Адель медленно начинает обратный отсчет…
***
Может, сказалась бессонница последних дней. Или стеклянная фантасмагория оказалась слишком яркой и не хотела так просто отпускать. В общем, девчонок нигде не было видно, а он по-прежнему стоял посреди стеклянной улицы, как потерянный. В небе пылал малиновый закат без признаков солнца.
Негромкий смех, знакомый стук каблучков раздался совсем близко. Ден обернулся, успев заметить мелькнувший среди стен белый подол платья. Снова она.
– Я с тобой в прятки играть не собираюсь. Где ты? Выходи.
По коже пробежал холодок. Ясно, снова заходит со спины. Он обернулся, пытаясь понять, что изменилось за те доли секунды, что он отвлекся. Запертого магазина игрушек здесь точно не было. Угадайте, кто был главной куклой в витрине?
– Тебе идет платье. Только я никак в толк не возьму, зачем тебе я понадобился?
Молчит. Верхняя часть витрины сделана из пузырчатого стекла, так что казалось, девочка исподтишка строит ему рожицы. Попутно Ден заметил, что платье ей было мало. Тонкие руки слишком далеко торчали из кружевных манжет, кокетка топорщилась складками. Найденная им в прошлый раз кисточка болталась на одном из завитых хвостиков.
– Что молчишь? Скажи уж что-нибудь! – в сердцах парень ударил по злополучной витрине. Стекло пошло трещинами, но выдержало. А его преследовательница по -прежнему стояла без единого слова, словно бездушный манекен.
– Кто тут расшумелся?
Старик в форме городового, с лихо подкрученными усами, крепко держал его за плечо. Всего лишь фантом, дыхни на него – и рассыплется. Но отчего-то Ден оробел.
А гостья, воспользовавшись
– Что, сынок. Потерял кого? – голос сменился, потеплел. Глаза цвета льда смотрели ласково.
– Девочку. В платье Алисы из страны чудес. Такое, с кружевом, коротенькое.
Старик фыркнул и убрал руку.
– В таких делах я не помощник.
– Пожалуйста, – Ден сам удивился отчаянию в собственном голосе. – Вы не так поняли, я не извращенец. Просто мне правда нужно ее отыскать.
Что-то пискнуло у него под ногами. Посмотрев вниз, парень отшатнулся: мостовая, как и прежде, была сделана из стекла. Но теперь внизу, под мощеной прозрачной перегородкой, копошились целые полчища крыс.
– Откуда они здесь?
– Как знать, – городовой по-прежнему стоял перед ним, руки в боки. Опушка мундира у него отливала грязно-серым, а сама ткань была вся в крохотных дырочках, будто проделанных острыми коготками. – Как знать. Может, такие же, как и ты, бедолаги. В трех столбах заблудились, нет бы себя спасать, а они все бегают, кого-то ищут.
От его добродушного голоса прошиб холодный пот. Ден кожей чувствовал: пора делать ноги отсюда. Только как он ни жмурил глаза, картина перед ним не менялась.
– Что моргаешь-то, Женя Моргунов? – рука в замызганной перчатке сжала набалдашник трости из зеленого стекла. – Вон твоя кукла в оборочках. Догонишь ее?
Под металлическим наконечником хрустнули булыжники мостовой. Старик резко повернул трость, словно рычаг – и ноги Дена ушли в пустоту, наполненную пронзительным писком. Над головой захлопнулась крышка люка, а он все падал и падал вниз, скользя по юрким пушистым телам. Кажется, он закричал…
И открыл глаза. На сей раз в больничной палате, где еще стояла на полу несобранная аппаратура.
– Очнулся наконец? – над ним склонилось встревоженное лицо Адель. – На вот, водички попей.
– Где Тоня? – зачем-то спросил. Наверняка уже ушла домой. Или треплется у кофемашины с Веней, обсуждает последнюю серию очередной дорамы.
– Ей плохо стало, я ее домой отпустила. Пораньше.
Странно, что продолжала сидеть рядом. Прежде она никогда такой заботливой не была. Очнулся, пришел в себя? Бегом обратно в офис, разбирать бумажки.
Повернул голову. Приборы работали, как положено, по монитору ползла кислотно-зеленая кривая. Вот только сама койка была пустая. Куда ушла Клара?
Что-то здесь нечисто.
– Адель?
«Начальницы», как и полагается, уже и след простыл. Ох и хитрые же эти сущности, живо чувствуют, когда их раскрыли. Отставив бумажный стаканчик, Ден прислушался. Вроде тихо все. Провел рукой по стене – шершавая. Но стоило обернуться – и предметы на миг теряли четкость, расплывались разноцветными кляксами.