Город грехов
Шрифт:
На лице миссис Грант отразилось искреннее потрясение.
— Но… как…
— Очень просто, мам. Тебя водят за нос собственные механики! — раздражение достигло точки кипения, Зак зашвырнул ключи под сиденье и с грохотом захлопнул дверцу. Потихоньку осознавал: а ведь таинственный убийца гораздо ближе, чем он предполагал. Ничего не стоило какому-нибудь обиженному Змеями или лично Аспидом мужичку устроится к Грете на работу, получая прекрасную возможность шпионить. Проще простого, — Мне нужны списки твоих сотрудников. Всех. Вплоть до поломойки, — голос превратился
Грета вздохнула и подошла к сыну поближе. Его злость всегда выбивала её из колеи. Эти вспышки ярости, которые она не могла унять. А потом он просто отдалился, не позволив больше ни откровенных разговоров, ни касаний. Для матери видеть, во что превращается её единственный ребенок, было просто физически больно. Решившись, она все-таки осторожно положила руку ему на плечо и посмотрела в глаза: темнеющие с каждой секундой. Пугающие даже её. Заккари вздрогнул, но не отодвинулся, и это уже был огромный прогресс: видимо, что-то в нем все-таки начало меняться.
— Зак, конечно, я тебе дам списки. Завтра же составлю, с именами и адресами. Успокойся. Чем бы тебя не заинтересовала эта машина, мне самой любопытно, каким образом рухлядь оказалась вполне рабочей. А сейчас просто выдохни, мы во всем разберемся, — чуть улыбнувшись, она поймала его взгляд.
Зак моргнул, приходя в себя. Да, это было странно: так срываться из-за пустяка. Наоборот, надо торжествовать: след убийцы найден, скоро все вернется на круги своя. Чёрт, из-за всего происходящего он становится просто неуравновешенным психом. Ещё и мать напугал.
— Прости. Я просто… немного не в себе, — покачав головой, признал он.
— Понимаю. Это из-за предстоящего ужина? Волнуешься за свою девушку?
Заккари поморщился. Мысли снова потекли в другом направлении. Уже завтра. Завтра Бекки встретится с женщиной, которая её бросила после рождения. Завтра предстанет перед Большим Змеем. Завтра выльется вся тщательно скрываемая грязь и ложь. И виноват в этом только сам Зак.
— Бекки не место в Змеях, мам, — честно признался он, прекрасно это понимая, — И я понятия не имею, как её защитить.
— Знаешь, из того немногого, что ты мне о ней рассказал, я могу сделать два вывода, — Грета мягко сжала его плечо, с нечеловеческим трудом преодолевая желание обнять сына, подбодрить или хотя бы погладить по щеке. Знает, что он только отшатнется. Но голос звучит твёрдо, пытаясь донести самое важное, — Первое: эта девушка смелей, чем тебе кажется. Не нужно её недооценивать. И второе: ты совершенно прав, и твоему отцу не придётся по душе милая девочка, какой ты её описал. Но вот, что я тебе скажу: не Зету решать, с кем тебе быть. Ты становишься лучше рядом с ней, гораздо более открытым, и мне это нравится. Не позволяй отцу отнять это у тебя. Он и так забрал слишком много.
— Хорошо, — глухо пробормотал Зак, пытаясь унять беснующуюся в груди тревогу. Мать не знала всех деталей касательно Лили, а потому и не могла успокоить его даже такими словами, — Поехали уже домой. Завтра возьму у тебя списки.
***
Странное ощущение,
Наконец, к дому подъехала знакомая машина, сверкнув фарами в вечерних сумерках. Резко выдохнув, Бекки подхватила со стула в гостиной свою маленькую сумочку и вышла из дома, стараясь не срываться на бег. Соскучилась. И почему им так редко удаётся побыть вместе?
Едва дождавшись, пока она сядет на соседнее сиденье, Зак резко притянул Бекки к себе, находя губы, которые мерещились ему столько часов. Она улыбнулась в поцелуй, сразу ощущая такую необходимую уверенность и спокойствие. Все будет хорошо — потому что Зак рядом. Моментально согревшись, девушка переплела с ним пальцы, погружаясь в эту ауру надежности, закрывающую, как невидимая скорлупа.
— Привет, — прошептал Зак, мягко и с сожалением прерывая касание губ. Ободряюще сжал её руку, пытаясь и самому собраться с мыслями, разлетающимися от одного вида своей девочки-радуги, — Готова? Выглядишь чудесно.
— Спасибо. И нет, я не готова совершенно, — честно призналась Бекки, опуская взгляд, — Но все равно поехали.
— Храбрость, граничащая с глупостью, — усмехнулся Зак, отворачиваясь к рулю и заводя двигатель с глухим урчанием отлаженного мотора, — Не волнуйся, отец не кусается. Почти. И мы будем на людях, так что все должно пройти хорошо.
Лгун из него просто отменный. Внушать то, чего не ощущает сам и в помине — техника настоящего мастера. Но он чувствовал свою вину за все происходящее так остро, что необходимость её загладить хоть как-то тикала в висках, словно заведенный механизм бомбы, отсчитывающий оставшиеся минуты радости.
— Я не настолько умею втираться в доверие, как ты к моей бабушке, — вздохнула Бекки, с наслаждением ловя такой необходимый свежий воздух, когда мимо начали проплывать дома родной улицы, — Она больше меня не третирует сплетнями от своих подружек, так что спасибо.
— Тебе совершенно не за что меня благодарить, — вина становилась все острей, и Зак крепче сжал руль, стараясь не отвлекаться от дороги.
— Кстати говоря, ты так и не рассказал, где пропадал в воскресенье и вчера весь день.
Бекки не хотела, чтобы это звучало, как обвинение. А еще понимала, что не все стороны жизни Гранта ей позволено знать. Но она ни на секунду не прекращала думать о том, что где-то в Клифтоне есть маньяк, желающий ему смерти. И больше всего на свете боялась, что однажды он просто исчезнет, а все, что ей останется: некролог в местной газете.