Город древних
Шрифт:
Или не менее удивительная и необычная встреча с её собственным, давно пропавшим наречённым женихом, фактически являющимся её мужем. Ведь восемнадцать лет ей исполнилось полгода назад. Да и у Теи недавно был день рождения. Поэтому этот непонятный хуман был их мужем, который для всего мира пропал, а по сути, погиб десять лет назад. Кто он такой? Откуда здесь взялся? Как смог выжить тогда? Где пропадал всё это время? Как смог справиться с той опасностью, что ей грозила? Ведь он не маг, не рейнджер, не искатель. У него даже вооружения приличного и то нет, а его доспехи – это же явное убожество, какое-то кустарное самодельное
Как-то не так Эрея представляла себе встречу со своим суженым. Хотя, если честно, она его и не ждала в ближайшее время. Слишком уж неопределённой вырисовывалась её дальнейшая судьба.
Однако, как бы обычно ни выглядел внешне встреченный ею парень, всё её существо и опыт мага кричали о том, что он не настолько прост и зауряден, каким хочет казаться. Она не могла определиться в своём отношении к нему, но в нём точно было что-то странное и загадочное. Что-то, что манило и притягивало к нему её внимание.
Поэтому девушка, стараясь скрыть свой интерес и не привлекая к себе внимания, иногда бросала взгляд-другой в сторону молодого хумана. При этом она пыталась понять и разобраться, что же именно её так заинтриговало в нём.
Это поведение девушки не было одним из каких-то неизвестных ей свойств родового знака или чего-то подобного, все признаки подобного воздействия ей были хорошо известны, и она распознала бы их сразу.
Эрея прекрасно осознавала, хоть и не хотела себе в этом признаваться, что её интерес вызывало не просто то, что этот молодой хуман был её мужем и теперь они были своеобразной, хоть и необычной семьёй, или небольшим родом. Больше всего её поразило то, что он, судя по всему, каким-то немыслимым, невероятным способом сумел разорвать нить судьбы, ведущую к её гибели. А в том, что это сделал именно он, она совершенно не сомневалась.
Как он это сделал? Что ему помогло? И как вообще такое было возможно? Ей было непонятно. Но факт остаётся фактом: он это сделал.
Эрея непроизвольно посмотрела в сторону двери, ведущей куда-то в подземелья.
И сейчас этот хуман, который как-то нежданно-негаданно стал достаточно значимой частью её жизни, свободно разгуливает где-то там, внизу, в этих древних катакомбах старинного города, пытаясь найти для них путь к спасению. В одиночку. Не особо заботясь о своей собственной жизни и безопасности, с его-то простой и не слишком качественной амуницией!
«Безумец», – мысленно обругала она его и от внезапно прозвучавшего шороха, раздавшегося со стороны подземелий, непроизвольно вздрогнула и передёрнула плечами.
Но только тут и именно сейчас Эрея будто осознала, что теперь она не одна и рядом с ней всегда будет кто-то, готовый прийти на помощь, подставить плечо, оградить, защитить, спасти и, возможно, не раздумывая отдать за неё свою жизнь. И какое-то странное чувство шевельнулось в её груди: тревога, переживание, щемящее и удивительно необычное воспоминание ласкового согревающего и успокаивающего взгляда.
«Так вот что такое семья. – Впервые за всё время Эрея поняла смысл этого тёплого и родного, но такого простого слова. – Теперь у меня есть своя семья», –
Но страх и переживания мгновенно ушли, оставив после себя лишь лёгкое, поселившееся где-то в районе сердца девушки душевное тепло и спокойствие.
«Он меня защитит», – поселилась в ней непоколебимая уверенность.
Это было несвойственно для Эреи.
Обычно она достаточно спокойно относилась к вниманию, которое оказывали ей окружающие. Она знала и о своей красоте, и о том, что она многих сводит с ума. Но в свете последних событий – да и полученное воспитание сказывалось – ей было не до этого. Тем более если смотреть с правовых норм: она сначала была обручена, а потом считалась замужем. Ведь метка ещё не спала, и она, кажется, догадывается почему. Их с Теей жених был жив, несмотря ни на что.
Девушка впервые за весь прошедший день улыбнулась. И даже за это мимолетное облегчение и тихую радость она была благодарна своим знакомым. Особенно одному из них.
Но если вернуться к её предыдущей жизни, то она сторонилась общества молодых эльфаров именно потому, что не хотела, чтобы кто-то привязался к ней и потом страдал из-за того, что с ней должно произойти в будущем.
И вот теперь ей была приятна забота этого хумана, кем бы он ни был.
Однако вопрос оставался открытым, как на него ни смотри или ни закрывай глаза.
«Кто всё-таки такой этот парень? Где он был всё это время? Откуда он взялся сейчас? – задумалась девушка и с сожалением констатировала: – Ведь я, по сути, о нём, кроме имени, ничего не знаю. Десятилетие назад он пропал, и в то, что его удастся найти, уже никто не верил. Поэтому меня даже формально не подготовили к знакомству с ним. Хотя и он, судя по всему, совершенно не представляет ни кто я, ни кто он сам. Интересно, как он оказался тут, да и вообще, что его связывает с этим корнолом?»
И Эрея посмотрела на сидящего у входа оборотня, который прислушивался к чему-то, происходящему в коридоре. Сейчас никакого другого источника информации, чтобы узнать об этом непонятном хумане, у неё не было. И девушка хотела попытаться хоть что-то выведать о нём у его старшего товарища, который, по-видимому, был в курсе гораздо большего количества вещей, чем она. Особенно если учесть его предупреждение насчёт хумана.
Решившись на разговор с оборотнем, Эрея пододвинулась поближе, чтобы говорить не слишком громко, и обратилась к корнолу, назвавшемуся Лениавесом.
– Простите, вам не кажется, что ваш друг слишком долго отсутствует? – чтобы начать разговор хоть с чего-то, спросила Эрея.
– Оговоренное время ещё не вышло, – коротко ответил корнол и опять превратился в слух, но, видя, что девушка не отходит, он, похоже, стараясь успокоить её, сказал: – Не беспокойтесь, принцесса, он из тех хуманов, переживать о ком стоит в последнюю очередь. Скорее уж надо посочувствовать тем, кто попробует напасть на него.
– Да с чего вы взяли, что я о нём беспокоюсь?! – возмущённо воскликнула девушка, стараясь скрыть своё смущение. Однако, заметив промелькнувшую на лице оборотня улыбку, ещё больше смутилась и прошептала уже вполне спокойно, постаравшись умерить своё возмущение от осознания того, что корнол в чём-то прав: она переживает за хумана. – Это обычная забота о своих спутниках.