Город Драконов
Шрифт:
Тимара перевела взгляд на свою сильно поношенную одежду. Пришлось признаться себе, что она не только сильно поношенная, но и к тому же очень грязная. Когда у тебя осталась практически одна смена одежды, становится довольно трудно ее стирать и высушивать так, чтобы ее можно было надеть тогда, когда она снова понадобилась, особенно зимой. Но в этой большой теплой комнате все вещи должны быстро просохнуть! Внезапно соблазн стал настолько сильным, что устоять было просто невозможно.
Она быстро прошла к ступенькам, поставила сапоги чуть в стороне и бросила рядом с ними свой плащ. Ее «чулки» были всего лишь тряпками, которыми она оборачивала ноги. Она осторожно их размотала: даже это было гораздо лучше, чем ничего. Бережно снимая длинную тунику, она высвободила
И тут же их отдернула. Вода оказалась горячей – намного горячей той, в которой ей случалось мыться. Она посмотрела на отключившуюся от действительности драконицу. Похоже, Синтаре это нравилось. Тимара снова решилась сунуть ногу в воду. Да – горячая, удивительно горячая, но терпеть можно. Переступая со ступеньки на ступеньку, она медленно входила в воду. Дело шло небыстро, но, в конце концов, она погрузилась в воду до подбородка. Расправив крылья, она почувствовала, как к ним прикасается горячая вода. И приносит облегчение. Тимара смирилась с тем, что ее крылья постоянно ноют, как ноют от холода кисти рук и стопы ног. Прекращение этой непрерывной боли стало настоящим наслаждением. Тогда она откинулась назад, намочив волосы, и подняла руки, чтобы их распустить. Это было так приятно! Она окунулась с головой и потерла лицо, а потом повторяла эти действия снова и снова, пока кожа под пальцами не начала скрипеть. Чистота! Чистота была настоящим чудом, при всей незамысловатости этого удовольствия. Она начала оттирать руки, извлекая грязь из-под ногтей, а потом снова откинулась назад, так чтобы из воды высовывалось только ее лицо. Блаженство.
Горячая вода стремительно вытягивала из нее все стремления. Теперь ей хотелось одного: просто пристроить голову на край бассейна и расслабиться в тепле. Она уже так давно не чувствовала себя совершенно согревшейся! Однако Тимара заставила себя подумать о том, что утром ей придется надевать на чистое тело запачканную одежду, – и это подвигло ее на действия. Она подтянула одежду к себе, намочила и принялась жамкать в горячей воде. Коричневое облако грязи замутило чистую воду вокруг них, и девушка испуганно посмотрела на Синтару. Она и не догадывалась, что ее одежда настолько грязная! Вдруг драконица оскорбится? Но, похоже, Синтару ничто не интересовало, и Тимара поспешно закончила стирку. Постаравшись как можно тщательнее отжать одежду, она обмотками стерла с куска нагретого пола пыль, снова их прополоскала, а потом разложила все свои вещи по теплым плиткам. Она как раз закончила их раскладывать и уже погружалась обратно в теплую воду, когда услышала какой-то звук. У нее испуганно дрогнуло сердце, но она тут же решила, что это в ее мысли просто вторглось какое-то воспоминание.
Она уже наполовину погрузилась в воду, когда Рапскаль радостно воскликнул:
– Ты голая!
Тимара с плеском выскочила из воды, схватила тунику и, повернувшись к нему спиной, стала ее натягивать. Ткань зацепилась за крылья, так что ей пришлось возиться с ней целую вечность, прежде чем ей удалось скрыть свою наготу.
– Что ты здесь делаешь? – бросила она через плечо, запоздало сообразив, насколько нелепо звучит ее вопрос.
– Ищу вас с Синтарой! Чтобы вам помочь, ты что, забыла? Ты сказала, что она тонет, но сейчас вид у нее не слишком испуганный. Как вам все это удалось? Кажется, полгорода светится! Могу спорить, что на том берегу все сгорают от любопытства! И надо же – сколько воды! Откуда она взялась? Хеби! Хеби, постой, дорогая! Что ты делаешь? Как у тебя это получилось?
Красная драконица решительно зашла в купальную выемку. Горячая душистая вода уже начала ее заполнять. Хеби стала устраиваться в ней, извиваясь от наслаждения, когда Рапскаль закричал: «Эй, подожди меня!» – и тут же принялся раздеваться.
– Ты же не можешь такое делать у меня на глазах! – возмущенно воскликнула Тимара.
Он повернулся и широко ей улыбнулся.
– Ты первая так сделала. А я промерз до костей! – Он бросил одежду
Он подтянулся за край и теперь смотрел на нее.
– Заходи медленно, – подсказала она и отвернулась.
Синтара открыла глаза и смотрела на них с раздражением. Рапскаль остался висеть, позволяя медленно поднимающейся воде омывать свое тело. Он переместился к концу драконьей ванны, чтобы оказаться ближе к Тимаре, и цеплялся за край. Щеки у него раскраснелись, с темных волос капало.
– Эй, послушай, Синтара! Эй, большая девочка! Посмотри-ка на меня, принцесса! Как тебе это удалось? Как ты осветила город? Мы с Хеби уже здесь бывали, много раз. Он никогда не зажигался и не готовил нам ванну. По крайней мере, до сегодняшней ночи.
Синтара развернула голову на подставке для подбородка и посмотрела на него. Тимару шокировало то, как он обратился к ее драконице, но почувствовала при этом, что Синтара вовсе не против, чтобы ее звали принцессой. Может, сам он и не мог понять, насколько его слова были приятны драконице, зато Тимара могла. Она, Синтара, разбудила город, хотя Хеби этого сделать не смогла. Может, именно поэтому она снизошла до ответа.
– Может, город ждал возвращения настоящего дракона. Я просто сказала городу, что мне надо. Так Кельсингра устроена. Все города Старших были так устроены. Эти города были построены для удобства драконов. Чтобы привлечь нас, убедить проводить время среди Старших. Если бы они нас не ублажали, зачем бы нам было себя утруждать?
Ее глаза начали вращаться в ленивом удовольствии, и она медленно их прикрыла, предоставляя хранителям обдумать услышанное.
– Посмотри на свои крылья! – внезапно воскликнула Тимара и, вернувшись к ванне, устремилась взгляд на своего дракона.
– Одно слабее. Оно вырастет.
Казалось, Синтара недовольна тем, что ей напомнили об этом недостатке.
– Они уже сейчас растут! Так же, как все драконы выросли, когда провели ночь в тепле на пути сюда. Они… они чудесные! Перепонки, прожилки… Не знаю, как их правильно называть, но они уже стали толще, и цвета богаче. Они растут почти на глазах, как лозы, захватывающие дерево. Все твои цвета стали ярче, по всему телу, но крылья просто невероятные! Если одно и слабее, то мне этого не видно.
– Слабость очень небольшая. Вероятно, заметна только мне.
Синтара внезапно встала и распахнула крылья, а потом один раз ими взмахнула, осыпав помещение каплями воды.
– Да! Они стали сильнее! – голос у драконицы был очень довольный. Она снова погрузилась в воду, но этот раз оставила крылья полуоткрытыми, словно для того, чтобы лучше их распарить. – Именно это мне и нужно было.
– Интересно, нужно ли это всем драконам? – позволила себе спросить Тимара. Она посмотрела на Хеби. Драконица Рапскаля была меньше и круглее Синтары – и так было всегда. Тимаре ее лапы всегда казались слишком короткими, и хвосту длины не хватало. Формой тела Синтара всегда походила на ящерицу, тогда как Хеби казалась Тимаре квадратной, словно жаба. Но сейчас, когда маленькая драконица вытягивалась и плескалась в испускающей пар воде, ее преображение оказалось почти таким же поразительным, как и у Синтары. Паутина прожилок на ее красных крыльях отливала золотом и сверкающей чернотой. Трудно было поверить, чтобы ее хвост и лапы успели вырасти, но она уже казалась более длинной и пропорционально сложенной. Тимара негромко спросила: – Хеби тоже меняется?
– О, да! – похоже, Рапскаль отнесся к этому совершенно спокойно. – Ты же помнишь: когда мы разлучились с остальными, то нашли одно из таких мест для согревания. Она очень много времени провела на нем. По-моему, именно поэтому она полетела раньше всех остальных. Драконы любят тепло. Благодаря ему они растут. – Он вдруг ухватился за край ванны и наполовину высунулся из нее. – В горячей воде становятся большими не только они.
– Какой ты невоспитанный! Прикройся!
Рапскаль посмотрел на себя, издевательски хихикнул, но послушно подхватил рубашку и, обернув ее вокруг пояса, прихватил рукой сбоку.