Город Драконов
Шрифт:
Лефтрин не рассказал рыбакам никаких подробностей об экспедиции. На выкрикиваемые ими вопросы он ответил только, что достаточно скоро пристанет к берегу в Кассарике и тогда доложит обо всем Кассарикскому совету торговцев. Знание – это сила, и он не собирался делиться этой силой, пока сам не использует ее по максимуму. Пусть себе ждут и гадают, что стало с калечными драконами и их хранителями. Неизвестность – это прекрасный способ держать сильных людей в неуверенности. Она дарит человеку возможность отстаивать свои интересы. А он подозревал, что ему понадобится отстаивать свои интересы.
Шел зимний дождь, шелестящей по поверхности воды миллионами крошечных фонтанчиков. Вода сбегала по причалам обратно в серые воды реки Дождевых чащоб. По обе стороны реки высился густой лес. Там дождевые капли стучали по бесконечным
Пока они подплывали к причалам, он щурился сквозь дождь. Там было пришвартовано странное судно, вид которого заставил его нахмуриться. Корабль оказался длинным и узким, с небольшой осадкой, и был оснащен и парусами, и веслами. Ярко-синяя краска и золотая отделка палубной рубки казались яркими даже через пелену дождевых капель. Конкуренция «Смоляному»? Возможно, владельцы думают именно так, но сам он в этом сомневался. Никакому другому кораблю не удавалось столь успешно проходить отмели реки Дождевых чащоб. «Стойкий-один» – прочел он на корме. Ну что ж: время покажет, так ли это. За долгие годы, проведенные на реке, он видел множество всяких плавательных средств, которые предположительно были защищены от едкой речной воды. И он видел, как рано или поздно все они шли на дно. Единственным материалом, который служил здесь долго, оставалось диводрево.
Неустанный дождь сильно затруднял работу Сварга, стоявшего у румпеля, да и остальным членам команды приходилось не лучше, пока они делали вид, будто орудуют шестами, направляя баржу к пристани. Протолкнувшись мимо «Стойкого», они нашли место для швартовки. Лефтрин стиснул фальшборт на корме, вглядываясь в берег сквозь ливень. Через перекладину из диводрева он ощущал свой корабль. «Смоляной» был благодарен за устроенный командой спектакль: из-за дождей река Дождевых чащоб разлилась почти как в паводок и живому кораблю трудно было держаться за дно. Его скрытые под водой лапы – секрет его способности быстро маневрировать в таких местах, где другие корабли садились на мель – впивались когтями в ил, задерживались, проскальзывали, цеплялись снова. Рывком «Смоляной» причалил к пристани. Скелли тут же перепрыгнула через борт, держа в руках толстый швартовочный конец, и поспешно бросилась к массивной корабельной утке. Закрепив его, она метнулась на корму, чтобы поймать второй конец, который бросил ей Хеннесси. В считаные мгновения они надежно пришвартовались. «Смоляной» и его капитан успокоились, глядя, как команда слаженно закрепляет канаты.
Капитан Лефтрин надеялся, что благодаря ливню члены Совета предпочтут сегодня сидеть в тепле и сухости. Так оно и оказалось. Однако не успела команда «Смоляного» причалить к плавучему причалу Кассарика, как вымокший юный посыльный уже помчался по дождю к ближайшей лестнице, на которую начал карабкаться с ловкостью древесной обезьянки, взбирающейся по стволу дерева. Провожая его взглядом, Лефтрин улыбнулся.
– Ну что ж. Очень скоро они получат известие о том, что мы пришвартовались. И тогда мы посмотрим, насколько хорошо нам удастся разыграть те карты, которые к нам пришли. Скелли!
Его резкий окрик заставил его племянницу ловко перепрыгнуть с причала на баржу. Она тут же встала радом с ним.
– Да, сударь?
– Ты останешься на борту. Я знаю, что твоя родня захочет с тобой увидеться, и у нас обоих есть важные новости, которыми нам надо с ними поделиться. Мне хотелось бы, чтобы мы были вместе, когда сообщим им о том, что твой статус изменился. Ты не возражаешь?
Она сморгнула капли дождя с ресниц и широко улыбнулась. Ее родня рассчитывала на то, что Скелли станет его наследницей. На основании этого они помолвили ее на очень выгодных условиях, но сейчас ей очень хотелось расторгнуть эту помолвку из-за того, что она встретила Алума и влюбилась в этого спокойного хранителя драконов.
– Эту услугу мне предлагает мой дядя или мой капитан?
– Не дерзи, матрос!
– Да, сударь, независимо от того, кто спрашивал! – Она беззаботно ухмыльнулась. – Я бы предпочла, чтобы мы сделали это вместе. И они не удивятся, если мне будет приказано оставаться на борту, пока ты не сделаешь доклад Совету. Если кто-то зайдет навестить меня до твоего возвращения, я ничего им не стану говорить: объясню, что все должен рассказать ты сам.
– Отлично, девочка. И я не желаю, чтобы на борт «Смоляного» в мое отсутствие кто бы то ни было поднимался. Родственники членов команды – это ладно. Рассказывайте им поменьше и велите держать услышанное при себе. Они поймут. Но никаких торговцев и никаких членов Совета. И я скажу Хеннесси, чтобы никаких шлюх. Если ему так уж неймется, пусть уходит с корабля, но чтобы с собой обратно никого не приводил. Сейчас не время. – Лефтрин почесал мокрую щеку. Его чешуя разрасталась и постоянно зудела. Проклятые драконы! Небось, это они виноваты. – Я разрешу остальным сходить на берег, но на борту постоянно должны находиться либо Сварг, либо Хеннесси. Беллин, я занесу твой список в мелочную лавку и велю все собрать и прислать на «Смоляной». Как только я выбью из Совета обещанную нам плату, я рассчитаюсь с торговцами и пришлю остаток денег сюда. Большой Эйдер пойдет навестить мать, как всегда. А ты останешься на борту и подождешь, пока я не выкрою время, чтобы отвести тебя в гости к твоим родителям.
– Да, сударь.
Остальные члены команды, закончившие все дела, сопряженные с прибытием, подошли к ним ближе. Они были усталыми и исхудавшими, промокшими до нитки и радостными. Он повысил голос, чтобы его услышали сквозь стук дождя по палубе «Смоляного».
– Я рассчитываю на то, что вы доверите мне заключить для нас самую выгодную сделку. Ничего не говорите насчет того, где мы были и что видели, пока я не закончу переговоры. Понятно?
Сварг провел лапищей по волосам, убирая слипшиеся пряди с лица.
– Все договорено, кэп. Ты нам уже говорил, и мы не забыли. Здесь не о чем тревожиться. Удачи.
– Выжми этих подонков досуха! – посоветовал Хеннесси, и на лице Большого Эйдера расплылась широкая улыбка согласия.
Остальные кивали головами. Лефтрин кивнул им в ответ: их уверенность в нем ощущалась одновременно как броня и тяжкая ноша. На этот раз от него зависит очень многое – не только получение оплаты за выполненное поручение. «Советы славятся своей скупостью», – подумал он, вернувшись к себе в каюту. Его ухмылка больше походила на оскал: раньше он неизменно выбивал из них все деньги, положенные по контракту, и на этот раз тоже своего добьется. Подписанный договор, в соответствии с которым они и его корабль отправились в плаванье вверх по реке, уже надежно спрятан в непроницаемый футляр. Лефтрин одобрительно взвесил его на ладони. Они исполнят свои обязательства. Им это не понравится, но он заставит их придерживаться собственных записанных слов, и они выплатят те деньги, которые не рассчитывали тратить.
Малта Хупрус сидела перед зеркалом, расчесывая гребнем сверкающие золотыми прядями волнистые волосы. После этого она свернула их в узел и начала закреплять шпильками. Пока ее руки действовали почти автоматически, она рассматривала собственное отражение. Когда же эти изменения закончатся? С момента ее появления в Дождевых чащобах ее тело беспрерывно менялось. Сейчас золото ее волос стало настоящим золотом, а не теми блестящими русыми волосами, которые некоторые люди называют золотыми. Ногти у нее на руках стали алыми. Розовая кожа на лице была покрыта такими же мелкими чешуйками, как брюшко у древесной ящерки – и стала такой же мягкой. Алая «корона» над ее лбом сияла.