Город драконов

Звездная Елена

* * *

Домик по первому адресу был миленьким, выкрашенным в белые и розовые цвета, с готическими балюстрадами, колоннами, темнокожим дворецким в траурно-розовом камзоле и оплетенным поисковой драконьей магией похлеще, чем иная беседка диким плющом.

Мы с миссис Макстон назвались дворецкому, но не успели войти, как откуда-то сверху донеслось:

— Пятерых рооооодиииишь!

Я замерла, так и не переступив порог, и осторожно полюбопытствовала:

— У миссис Ирати посетители?

— Нет, — с жутким акцентом ответил дворецкий. — Вас

ждут.

— Нас? — опешила миссис Макстон.

— Конечно, — заверил с самым серьезным выражением лица дворецкий, — прямо перед вами заезжал лорд Давернетти, он обо всем…

Миссис Макстон, не став дослушивать, не слишком вежливо вытолкнула меня за порог, а затем и вовсе невежливо захлопнула дверь дома «свахи номер один».

— Пятерыыыыыых! — продолжала подвывать так и не встреченная нами сваха.

Ее вопль разнесся по всей улице и заставил парочку спешащих куда-то дам испуганно оглянуться.

— Лорд Давернетти, значит, — сжимая свой ридикюль с таким видом, словно ей удалось заполучить шею вышеуказанного лорда, протянула моя экономка.

И мы покинули так и не ставшую гостеприимной обитель.

* * *

К дому свахи номер два подъезжать уже не было смысла — от нее, прямо к моменту нашего прибытия, радостно отъезжал лорд Давернетти. Он не обременял себя каретой и сегодня передвигался верхом, а потому был лишен удовольствия оглядываться по сторонам — дул ледяной ветер, и следователь, вскочив на коня, был вынужден поднять воротник.

А вот мистер Илнер сидел на защищенных от ветра козлах, он уже вполне пришел в себя после вчерашних чрезмерных возлияний и, как и мы все, был крайне недоволен нагло-издевательскими действиями лорда старшего следователя.

— Мисс Ваерти, а ну-ка держитесь там крепче! — крикнул он, отодвинув задвижку на миг.

— Гоните, мистер Илнер! — мрачно скомандовала миссис Макстон.

Кучер взмахнул кнутом и резко взял вправо.

Последующая дорога не оставляла возможностей для беседы, потому как мы были вынуждены держаться за все возможное — мистер Илнер безбожно гнал лошадей, мы подпрыгивали на ухабах обледеневшей дороги, но никто не жаловался. Никто даже не собирался жаловаться, мы были преисполнены желания успеть к третьей свахе прежде, чем до нее доберется лорд Давернетти, и всецело полагались на кучера.

Мистер Илнер не подвел.

Срезав дорогу путем проезда по таким закоулкам, о которых едва ли знала даже полиция, он вывернул на главную дорогу и остановился у белоснежного, украшенного серебристыми лианами дома в тот самый момент, когда лорд Давернетти показался на повороте.

Старший следователь был вынужден придержать лошадь, я же, гордо вскинув подбородок, покинула карету, опираясь на поданную мистером Илнером крепкую ладонь, после чего мы с миссис Макстон уверенно направились к дому свахи номер три.

И…

И я остановила нас обеих, едва ступив на порог.

Что-то неуловимое, какое-то странное чувство опасности, словно бритвой полоснувшее в миллиметре от шеи…

— Мисс Ваерти, стойте! — крикнул стегнувший коня лорд Давернетти.

Но меня уже было не остановить.

Оттолкнув миссис

Макстон подальше, я в мгновение призвала «Praesidium» и, окутав себя щитом, вбежала в дом, на ходу срывая плащ. На дворецкого миссис Томпсон, уже практически бездыханного, я едва ли глянула — помочь человеку, захлебывающемуся вязкой смолой «Etmortuusest», можно было и не глядя — я швырнула в него рассеивающим заклинанием и, услышав надсадный кашель освобожденного, взбежала на второй этаж.

И остановилась, с дрожью, с замиранием сердца отсчитывая секунды.

«Geh'ennam» — адское пламя, за несколько мгновений до активации начинает тикать, уподобляясь часам, отсчитывающим последние секунды жизни…

Тихое, пробирающее до костей нарастающим ужасом тиканье я услышала, едва подойдя к первой двери от ступеней.

Очень осторожно потянула ручку вниз, краем сознания отслеживая шаги вбежавшего в дом старшего следователя, распахнула дверь и, четко глядя на призрачно-огненные часы, висящие над стремительно седеющей женщиной, произнесла:

— Rigescuntindutae!

Адское пламя, уже готовое уничтожить жертву, полыхнуло, переливаясь мощью, и… застыло все теми же призрачными часами. Это все, что нам оставалось, — взирать друг на друга: мне, уже шатающейся от применения подряд трех заклинаний, и заклинанию, несоизмеримо мощному в сравнении с моими возможностями, но не способному противостоять простейшим магическим приказам. Воистину у меня не было ни единого шанса его развеять или уничтожить, но вот остановить на срок до четверти часа я могла.

Уже в следующее мгновение, лишенная возможности стоять ровно, я начала медленно сползать по двери вниз, стремясь к неизбежному воссоединению с полом.

— Да чтоб вас, мисс Ваерти! — оглушил меня крик лорда Давернетти.

— Советую вам переступить через меня в прямом и переносном смысле и помочь миссис Томпсон, — сказала я, из последних сил цепляясь за дверь.

Не спешащий последовать благому совету, лорд Давернетти призвал «Nuntius» и, назвав имя Арнела, подхватил меня, уже практически удобно устроившуюся на полу.

— Меня вполне устраивал ковер, — раздраженно заметила я, едва следователь внес меня в комнату, предназначенную, вероятно, для уютного вечернего чаепития или же для приема особо близких гостей.

— Рад за вас, — процедил дракон, невежливо ссадив на диван, после чего я была совершенно забыта, зато мне представилась возможность понаблюдать за работой полиции.

И деятельность старшего следователя впечатляла.

Первым, что он использовал, стало поисковое «Injuriam», окутавшее бледную, дрожащую, перепутанную до едва ли не поднявшихся дыбом волос миссис Томпсон и не выявившее никаких повреждений. Вторым использованным заклинанием оказалось «Rem», и заклинание яви начало демонстрировать всех, кто сегодня имел счастье или же несчастье входить в эту комнату, — образы вспыхивали и гасли, лорд Давернетти пристально вглядывался в каждое из явленных магией лиц, одновременно оплетая чайную комнату сетью «Semita», заставляющей каждый след, каждое прикосновение, имеющее место в этом помещении, вспыхивать призрачным голубым свечением.