Город Цветов

Хоффман Мэри

На том празднике было мало женщин, но Детридж пригласил на танец Джудитту, а Раффаэлла прекратила играть, чтобы по­танцевать со Скаем. Она была красива яркой красотой и танцевала с пылкостью, свойственной ее народу, что очень сму­тило Ская.

Монахи нашли довольно забавным, что у их послушника такая необычная партнерша, хотя многие из них теперь знали, что Скай не настоящий монах, а переодетый важный прихожанин. Веселая музыка не оставила равнодушным даже брата Туллио. Онсхватил Сандро за обе руки и закружил в танце, а Фрателло возбужденно лаял, пока

они кружились по трапезной.

— Они выглядят счастливыми, не так ли? — сказал Лучано.

— Сандро и Туллио? — не поняла Арианна.

— Родольфо и Сильвия, глупышка, — улыбнулся он ей.

— Можно ли быть такими счастливыми, после того как по­гибло столько людей ? — спросила она. — Мы оба кого-то убили, но я чувствую себя так хорошо, как давно уже не чувствовала.

Но Лучано не успел ей ответить — в трапезную ворвался Гаэтано.

— Простите, — сказал он. — Я не хотел портить вам праздник, но Фабрицио только что издал свой первый приказ об аресте. И это касается Лучано.

* * *

Франко, подмастерье, правил телегой, выезжающей из город­ских ворот, которые вели к дороге на Беллеццу. У его ног сто­яла большая бутыль вина с приплюснутыми боками, а рядом с нимна козлах сидела хорошенькая девушка. Страже было приказано останавливать всех, кто уезжает из города, и обы­скивать их повозки: а вдруг там спрятался предатель — кавалер Лучано из Беллеццы, который убил великого князя, нарушив правила дуэли.

—Добрый вечер, — вежливо поздоровался Франко с дород­ным стражником, которого он узнал. Франко был хорошо из­вестен в пределах и за пределами стен города. Территория его ночных похождений была не меньше, чем у кота.

— А, Франко, — произнес стражник. — Что ты делаешь на дорогетак поздно?

— Везу статую, — честно признался Франко. —Это статуя молодойкрасавицы Duchessa Беллеццы, которую создала моя хозяйка,maestra Миеле. Может быть, до васдошли разговоры о ней? Ещеодин шедевр.

— Ты везешьее в Беллеццу? — поинтересовался стражник.

— Именно так, — подтвердил Франко. — И, как видите, я нашел другой маленький шедевр, который сопровождает меня в пути.

— Конечно, уличный шедевр, — ухмыльнулся стражник, и остальные товарищи зашлись громким хохотом. — Не воз­ражаешь, если я взгляну на груз?

Франко спрыгнул и развязал веревки, которыми покрытый полотном груз был привязан к телеге. Это был массивный упа­ковочный ящик из лёгкого дерева, завернутый в одеяло, чтобы тряска не повредила статую.

— Эта Duchessa — большая девочка, — пошутил один из стражников.

— Как и женщина, которая ее создала, — поддержал его дру­гой. — Ты когда-нибудь видел эту толстуху? Она могла бы согреть всю нашу компанию.

Франко хотелось ударить его: он обожал Джудитту. Но он сохранял спокойствие. Подмастерье был послан с поручением и не хотел осложнять дело.

— Я должен попросить тебя открыть ящик, — сказал Франко знакомый стражник. В телеге находился лом, чтобы распа­ковать груз, когда статую доставят к месту назначения.

Франко

вздохнул.

— Вы не поверите, как долго мы ее упаковывали, — про­говорил он ворчливым тоном, каким говорят подмастерья во всем мире. — Мешковина, солома, потом опять мешковина. Вот почему я отправился так поздно. Мы три часа упаковы­вали Duchessa в ящик. Все надо делать так, как говорит Джудитта Миеле.

— Надеюсь, иначе ты бы не возражал, чтобы ее открыли? — спросил один из стражников.

— А я бы не возражал, если бы она хотела меня шлепнуть, — сказал другой.

Они снова засмеялись. Франко растягивал губы в глупой улыбке.

— Ну что ж, пусть будет так, — согласился главный стражник. — Я тебе доверяю. Посмотрите на его лицо, — обратился он к своим подчиненным. — Не может быть, чтобы такой ан­гелочек врал, не правда ли?

— Не может быть, чтобы такой ангелочек делал то, что он делает, — заметил один из них, рассмешив их снова.

Франко скрежетал зубами, но сохранял ангельскую улыбку.

 — Я ценю вашу Доброту, —поблагодарил он. — Путь до Бел­леццы долог.

Наконец телега выехала из ворот, и Франко был уже в пути. Лучано вздохнул с облегчением внутри деревянного ящика. Он обхватил руками Арианну, но она была холодной и не от­вечала на его объятия, ибо была всего лишь статуей.

* * *

После того как Гаэтано испортил праздник и все граждане Бел­леццы ушли, Скай долго разговаривало Сульеном, прежде чем стравагировать домой. Джорджия и Николас, придерживаясь своего нового договора, не стравагировали в Джилию. А Скай почувствовал, что уже выполнил свою миссию в городе. В воздухе была разлита осенняя грусть, хотя лето еще не началось.

— Мой отец объявился, — сообщил он Сульену, пока они Медленно прогуливались вокруг Большого монастыря. Монах пристально посмотрел на него.

— И что ты о нем думаешь?— спросил он. Скай пожал плечами.

— Думаю, что он хороший. Как бы там ни было, он щедрый. Помогает мне средствами, пытаясь наверстать упущенное. Но я егоне знаю. Мне кажется, я знаю вас лучше, чем его.

— Но ты сделал первый шаг, — произнес Сульен. — Ведь это лучше, чем только догадываться, какой он?

— Он хочет, чтобы я навестил его в Америке, где он живет, — Продолжал Скай. — И я сказал что поеду. Кажется, все будет вовсе не так, как я думал. Моя мать начинает встречаться с отцом моей девушки и, похоже, в конце концов я смогу изучать скульптуру.

— Тогда ты, так сказать, будешь подмастерьем Джудитты.

— Может быть. Но я не смогу отправляться сюда и делать это как следует. По-моему, мне надо прекратить стравагировать в Джилию. Я слишком долго чувствовал себя разорванным надвое. Сначала у меня не было отца, а теперь я, как мне кажет­ся, обрел двоих.

Брат Сульен положил руку Скаю на плечо.

— Здесь у тебя всегда будет третий, если он тебе понадобит­ся, — сказал он. — Ты совершил все, что здесь от тебя требо­валось, и мы тоже должны сделать для тебя все, что можем.