Гормон счастья
Шрифт:
Да. Бывают в жизни совпадения. У меня самой их было немало.
Я добросовестно высидела на работе до половины шестого и начала собираться, чтобы ехать домой, как вдруг дверь кабинета распахнулась с такой силой, словно по ней врезали стенобитным орудием, и в проеме появилась чуть пошатывающаяся фигура. Человек сделал шаг вперед, на мгновение мне почудилось, что это Корсаков, но тут незваный визитер тряхнул головой, и я узнала Игоря, сына Дмитрия Филипповича. Еще два с половиной часа тому назад он сидел в следственном изоляторе, а теперь ногой
— Чем обязана? — весьма сухо спросила я, вставая из-за стола.
— Да вы сидите-сидите, мы люди не церемонные! — отозвался тот, по всей видимости, едва удерживаясь от смеха.
В приоткрытой двери мелькнула чья-то мрачная небритая физиономия, очевидно, входившая в комплект «охранник Игоря Дмитриевича, одна штука» наряду с мощными плечами, строгим темным костюмом и прочими составляющими.
Игорь оглянулся на него, потом приблизился к моему столу и сказал:
— Вы, Юлия Сергеевна, проявили такую трогательную заботу о моей заблудшей душе, что я захотел исправиться. У меня сегодня небольшой банкетишко по поводу… Ну, вы сами знаете, по какому поводу. Вы приглашены. Отказы и прочие отмазки не принимаются.
Я недоуменно взглянула на Игоря и, еле заметно пожав плечами, произнесла:
— А если у меня другие планы?
— А другие планы мы перепланируем. Если хотите, я звякну папаше, и он вам мигом организует несколько дополнительных рабочих часов. Внеурочно. В дни, когда наши космические корабли бороздят просторы космоса.
Игорь Дмитриевич, разумеется, не имел представления о том, что я не подчиняюсь его отцу. Что субординация у нас чисто номинальная. Что у меня только один прямой начальник — Гром, то есть генерал Суров. Но при своем неведении Игорь Дмитриевич мог позволить себе немного поязвить над моим рабочим графиком.
Я хотела ответить, но он опередил меня:
— Хотя папаша, надо сказать, немного того… Пасет меня, как малое дитя. Сказал, чтобы я из дома и носа не высовывал. Дескать, мне угрожает опасность. Хе-хе! Мне — опасность! Да кто же этот дурак, позвольте спросить, который будет мне угрожать?
— По-видимому, тот самый дурак, что убил Войнаровского, кто бы он ни был, — быстро ответила я.
Сардонический смех Игоря утих. Он глянул на меня разбегающимися в разные стороны глазами — наверно, уже неплохо принял на грудь! — и заявил:
— Я не знаю, что там мой папа имел в виду, только он что-то не в своей тарелке. Хотя, откровенно говоря, это не повод, чтобы мне оставаться позорно трезвым.
Я покачала головой, и тут зазвонил телефон. Я подняла трубку, не сводя взгляда с Игоря, и коротко произнесла:
— Да.
— Юлия Сергеевна, — прозвучал голос губернатора, и я услышала в нем точно такие же тревожные нотки, как тогда, когда он позвонил мне в воскресенье, прося приехать в администрацию. — Юля, Игорь у вас?
— Да.
— Юля, я вас прошу… Он хотел пригласить вас куда-то там на банкет… кажется, в свое «Каллисто», модельное агентство…
Ну и ну! Когда Игорь мариновал свою холеную тушку в камере СИЗО, губернатор был все же поспокойнее. Кажется, ему не нравится, когда его сын на свободе. Имеется в виду — без контроля. М-да…
— Согласиться?
— Да. Я ничего не могу сделать, хоть и губернатор. Он меня не слушает. Ему ведь уже тридцать пять, какое тут, к черту, послушание! Я, конечно, дам свою охрану, но мне все же спокойнее, если рядом с ним будете вы.
— Вот как? — спокойно переспросила я, пока не зная, что ответить губернатору.
— Разве это так сложно? Просто… у меня нехорошее предчувствие.
— Ну хорошо, Дмитрий Филиппович, — при упоминании вслух имени-отчества отца Игорь наморщил лоб, и на его лице появилась мина недовольства. — Хорошо. Не знаю, правда, к чему это приведет…
— Спасибо, — прозвучало в трубке, и раздались короткие гудки.
Я подняла голову, взглянула на сына губернатора и проговорила откровенно ироничным тоном:
— Ну и о чем мы?
— Обо мне говорил? — Игорь кивнул на телефон. — Обо мне, можешь не отвечать. Ну так что… согласна? Будет весело, обещаю.
— Уж в этом-то я не сомневаюсь. Я как-то раз была в одной компании с вами, Игорь Дмитриевич.
Тот хлопнул себя по бедрам и воскликнул:
— Ах, черррт! Ну ладно… обещаю вести себя скромно, быть пай-мальчиком, вай-вай-вай, и все такое.
— Свежо питание, да дезинфицируется с трудом, как говорил один мой знакомый, — ответила я.
Бритая башка за дверью фыркнула…
Кажется, Игорь не умел ничего делать без размаха: подозреваться в убийстве — так сразу трех человек, один из которых бриллиантовый король губернии; гулять по поводу освобождения из СИЗО, где он, впрочем, побывал чисто номинально, можно сказать, мимоходом, — так на полную катушку, в ресторане «Каллисто» при одноименном модельном агентстве, с красивейшими девушками города и морем спиртного.
Впрочем, ничего другого сын губернатора, кажется, делать больше и не умел, только гулять.
В банкетном зале были накрыты столы на тридцать, а то и больше человек. Конечно, по роскоши и изысканности меню существенно уступало тому, что я видела накануне в клубе «Ривароль» у Лозовского, но тем не менее и то, что выставил Игорь, тянуло на кругленькую сумму.
Игорь Дмитриевич рекрутировал целый отряд длинноногих красоток из агентства, которыми руководил длинный тощий очкарик с лохматой гривой и кроличьими передними зубами. Это, как оказалось, был некто Гапоненков, директор и творческий руководитель агентства, лучший друг Игоря Дмитриевича и основной поставщик его гарема. Ведь, как я слышала, большая часть моделей перебывала в постели губернаторского сынка, а та часть, которая избежала этого сомнительного удовольствия и была преимущественно выставлена сегодня, чтобы Игорь мог выбрать себе новую наложницу.