Горизонты
Шрифт:
— Ах, эти? — улыбнулся доктор. — Да, когда они прибыли, то были весьма настойчивы. Они сделали несколько грубых и угрожающих заявлений. Однако, удивительно, как немного Мед-Икса с Лунным Камнем могут успокоить некоторые агрессивные личности. Надеюсь, по прибытии сюда, Принцесса разберётся с этим недоразумением.
Если Когнитум будет в дурном настроение, то это разбирательство может включать разбор тел на запчасти.
— Вы знаете о Горизонтах? — поинтересовалась я.
— Проект Горизонты? Да. Это был план Голденблада по восстановлению Эквестрии, путём магического внедрения лунного камня в определённое место на поверхности.
— Неплохое Стойло, да? — спросила я его. Мы направились в сторону рабочей секции. По дороге мы прошли мимо ещё одной детали, которой не было в Девяносто Девятом: окна! Насколько это было причудливо? Через них открывался вид на кристаллические изломы лунного ландшафта.
— Останется ли оно таким, если Горизонты выстрелят? — ответил он вопросом на вопрос.
Ох, об этом мне думать не хотелось! Стойло, полное хороших пони и…
— Будем считать это просто ещё одной причиной поторо…
Коридор передо мной взорвался и через завесу дыма и пламени въехал танк, разбрызгивая траками маслянистую воду. Его гусеница наехала прямо на меня, и я подняла копыта, и закричала.
В следующую секунду я обнаружила, что меня удерживают и трясут пони.
— …плохая идея! — донёсся до меня голос доктора. — Нам нужно доставить её обратно в санчасть!
— Нет! Нет. Я в порядке, — возразила я, будучи уверена, что где-то, кому-то сейчас определённо намного хуже. — Просто ещё одна причина поскорее со всем этим покончить. В нас нуждаются там, на Эквусе. — Я отпихнула их копыта, чтобы они не потащили меня обратно.
Оставшийся путь до реакторного уровня мы не разговаривали, а затем увидели указатель с надписью «К Лунному Дворцу». Подходя к раздвижным дверям, я постаралась не обращать внимания на звуки стрельбы. Это было только в моей голове. Просто у меня в голове…
Или нет?
Двери распахнулись, и перед нами предстала пара пони в боевой броне. Одна из них левитировала дизентергрирующую винтовку. У другой на боевом седле были закреплены два многоствольных пулемёта. Я моргнула, пытаясь понять, Отродья это или нет. В следующую секунду Рампейдж вынырнула передо мной, закрывая телом от потока свинца.
— Ой! Ой! Ай! — зашипела полосатая пони, когда пули с визгом принялись врезаться в её броню, разлетаясь во все стороны беспорядочными рикошетами.
П-21 немедленно послал по направлению к паре гранату, но единорожка с дизентегрирующей винтовкой подняла мерцающий зелёный магический щит за мгновение до взрыва, так что вся его сила пришлась на нас. Нашу компанию накрыло дождём из осколков, вгрызавшихся в неприкрытые участки шкур. Глаза П-21 сверкнули гневном от столь вопиющего акта унижения его гранаты. Прикрывшая меня Рампейдж бросилась в сторону двери, но как только дым рассеялся, стало ясно, что защитное поле осталось без изменений. Тут в магической стене образовалась пара маленьких отверстий и вырвавшийся из них дождь из пуль, снова швырнул полосатую кобылу на бетонный пол.
Я теле… Поправка, мой рог бешено заискрил,
Ухватив ртом Бдительность и прижавшись щекой к земле, я всмотрелась в мерцание силового поля там, где оно встречалось с полом. Скользнув в ЗПС, я послала четыре бронебойных пули в её переднее левое копыто. Две из них бессильно отскочили от щита, но две других прошли свободно и попали точно в цель. Кобыла закричала, разбрызгивая кровь из искалеченной конечности. Подгибая раненую ногу, она стала отступать, одновременно закрывая отверстия, через которые пони вела стрельбу.
Но прежде чем последняя бойница успела захлопнуться, через неё влетела граната, выпущенная из Аргумента.
Взрыв накрыл обоих пони. Единорожку отшвырнуло влево, и щит лопнул, словно мыльный пузырь, а жеребца с пулемётами прижало к земле. Он даже умудрился подняться на ноги, но спустя секунду, подскочившая Рампейдж завела накопытные когти ему за затылок и оторвала голову от плеч. Кобыла попыталась поднять дизентегрирующую винтовку и навести её на Рампейдж, но я послала в неё ещё три пули, так и не дав выстрелить. Винтовка с лязгом упала на пол и я приблизилась.
Она не была особо симпатичной кобылой. Серо-голубая, как Хомэйдж, но с прямой чёрной гривой. Её взгляд остановился на мне.
«Я ранена. Блядь. Ничего не чувствую… не могу пошевелиться…. блядь!» — Её глаза распахнулись шире, дыхание прервалось и на губах запузырилась кровь. — «Нет. Я должна убить её. Если она умрёт, с Рассет всё будет хорошо. Всем будет…» — Я смотрела, как её тело забилось в конвульсиях и по окровавленной щеке скатилась слеза. — «Рассет… Милая моя девочка… Я должна… Я должна… должна…» — Пони ещё раз содрогнулась, обмякла, и её красная метка исчезла с моего Л.У.М.-а.
— Блекджек? — позвал П-21, положив копыто мне на плечо.
Я подпрыгнула от неожиданности, оглянулась на него и почувствовала беспокойство, сквозившее в его взгляде.
— Я в порядке. В порядке. — Я лгала, и он знал это. Отведя взгляд, я посмотрела на кобылу. — Добудь мне их броню. И погляди, можно ли надеть на меня это боевое седло, и закрепить на нём Секси.
— Спасибо… — начала было я, обернувшись к доктору Комет и только сейчас увидела, что он неподвижно лежит на земле. На его розовой шкуре, точно там, где у единорогов должен быть рог, резко выделялась кровавая дыра.
Я приношу Пустошь всюду, куда прихожу. Ксанти была права. Помоги мне — и это приведёт тебя к смерти. Повстречайся со мной — и это приведёт тебя к смерти.
— Идём, — хрипло буркнула я, возвращаясь в вагончик и волоча за собой кобылу за воротник. Рампейдж притащила второго пони. После того, как мы разместились в вагончике, и он тронулся, я освободила единорожку от боевой брони. В ней было несколько пробоин, но это лучше, чем ничего. В кармане нашлась бумажка с рисунком. Это был простой карандашный набросок единорожки, которую я убила и маленькой, смазанной кобылки.