Горизонты нового

Квитко Тамара Петровна

ными волосами, концы которых полыхали огненным цве-

том, рекламировали суперкрем по цене в три раза ниже,

как они утверждали, избавляющий не только от морщин,

но обещающий омолодить кожу, сделать её розовой и бар-

хатистой.

Хана невольно засмотрелась на навязчивую рекламу.

И тут она замерла: на экране появилась Антонина. Диктор

сообщал, что девушка обезвредила террористов на откры-

тии Международного культурно-спортивного комплек-

са.

Хана посмотрела на подругу. В этот момент Антонина

снова взяла её за руку, на этот раз довольно сильно сжав.

Хана хотела было укорить её, но каким-то шестым чувс-

твом почувствовала надвигающуюся опасность. Гулкие,

частые удары сердца подтвердили её опасения. Несколько

молодых людей в коричневых комбинезонах, со значками

СБ на груди, прогуливающихся поодаль, явно выражали к

ним интерес. Хана крепко сжала в ответ пальцы Антони-

ны. Антонина тем временем, не переставая улыбаться, по-

казывая ей шарик, как бы случайно оказавшийся в её руке,

спросила:

– Хана, это не твой таинственный подарок?

– Нет, я тебе ничего, к сожалению, не успела подарить.

Но я исправлюсь. Должна же быть у тебя какая-то вещица,

напоминающая обо мне.

– Странно. Я думала, это ты сунула его мне в карман

в нашу первую встречу, - задумчиво вертя шарик между

пальцами, тихо проговорила Антонина.

Тем временем молодые люди приблизились и теперь

находились на расстоянии около пяти метров. Было похо-

же, что они ждали сигнала, чтобы подойти к мирно бесе-

дующим девушкам. Хане любое вмешательство в личную

жизнь не только претило, но и вызывало законное возму-

щение.

– Странно, странно... Откуда тогда он у меня?

– Ты о чём? - Хана ещё крепче сжала пальцы Анто-

нины.

– Вот об этом шарике. Видишь? В нем прекрасная

женщина.

– Ничего особенного. Таких шариков с различными

голограммами внутри полно. В детстве они были для меня

желанными подарками, и я даже их коллекционирова-

ла, - Хана, не выпуская руку подруги, придвинулась к ней

совсем близко, так как заметила: кольцо начало сужаться.

Мужчины в коричневых комбинезонах медленно, словно

чего-то опасаясь, приближались к ним. Сделав несколько

шажков, они остановились в некоторой нерешительности,

переглядываясь друг с другом. Похоже, они ожидали не-

которой паники со стороны девушек, сопровождающейся

попыткой убежать - тогда им легче будет оправдать своё

поведение и взять их под арест. По предписанию, нару-

шить

покой граждан они могли только при явном подоз-

рении в терроризме или другом тяжком преступлении.

Антонина продолжала задумчиво вертеть шарик межу

пальцами правой руки, словно не видя происходящего, и

от этого Хане становилось совсем плохо. И те решились.

Они окружили девушек тесным кольцом, и один из них, по

всей видимости старший, веснушчатый, с рыжей чёлкой,

залихватски вырывающейся из-под берета, чуть хрипло-

ватым голосом произнёс:

– Будьте так добры, предъявите, пожалуйста, ваши ин-

дикаторы личности.

– А в чём дело? Вы кто? - спросила Антонина.

– Служба безопасности, - и говорящий протянул

удостоверение, почему-то сильно покраснев. "Зелёный

ещё", - подумала Хана.

Сердце у неё сжалось, и она буквально вцепилась в руку

Антонины, придвинувшись к ней вплотную, понимая весь

ужас их положения и сильно испугавшись, в первую оче-

редь за Антонину... О себе она не думала, а вот расстаться

с подругой для неё было равносильно смерти.

Антонина широко и, как показалось Хане, радостно

улыбаясь, что никаким образом не могло соответствовать

сложившейся ситуации, подбросила вверх шарик и ловко

его поймала перед несколько удивлёнными взорами пред-

ставителей СБ, которые от спокойствия Антонины и не-

предсказуемости её поведения несколько растерялись.

Хана с удивлением и нескрываемой гордостью посмот-

рела на Антонину, как вдруг всё окружающее начало скры-

ваться за серой, сгущающейся пеленой, а они с Антони-

ной понеслись в непонятном направлении со скоростью,

осознать которую было невозможно. По замирающему,

падающему вниз сердцу, готовому вот-вот вырваться из

груди или разорваться, Хана могла осознать: несутся они

невероятно быстро. Подобное, нет, в сто раз слабее, Хана

испытала, когда впервые скатывалась вниз на аттракцио-

не "Американские горки". Хорошо, что полёт достаточно

быстро прекратился. Она от радости начала читать "Отче

наш", а потом неожиданно ей вспомнились слова дедуш-

ки. Он говорил, что сознанием можно назвать совокуп-

ность химических и гормональных процессов мозга плюс

"опыт", переданный при рождении, полюс личностный

опыт к моменту пространственно-временного прожива-

ния, имеющего возможность длиться. Человек, находя-

щийся в сознании, в осознанности представляет собой