Горизонты ада

Шэн Даррен

– Вернулся из отпуска, – сказал Джерри, приветствуя меня поднятой кружкой.

Вслед за этим начались расспросы, и я приятно провел четверть часа, описывая прошедшую рыбалку.

– Мне бы тоже хотелось побывать на реке, – заметил Ойсин, парень с печальными глазами. – Я с Нового года работаю по выходным. А ехать среди недели – не то же самое.

– Поменяйся сменами, – посоветовал кто-то.

– Бессмысленно. Жена тоже работает по выходным. Если возьму выходные без нее, она решит, что я задумал сходить налево.

– Женщины ни хрена не понимают в рыбалке, – заявил Майк. – Я ездил на

рыбалку, когда был моложе. И каждый раз, когда возвращался, моя подружка обшаривала все мои вещи – искала улики. В конце концов мне это осточертело, и я отказался от рыбалки. А надо было отказаться от подружки.

Мы все согласились и несколько секунд помолчали, раздумывая над странным поведением женщин. Принесли мой заказ: тосты и кофе, – и я быстро покончил с завтраком. Предпочитаю начинать день налегке.

– Что-нибудь случилось, пока меня не было? – поинтересовался я, стряхивая крошки с губ.

– Парочка новых ребят поступила, – сообщил Джерри. – Учим их уму-разуму.

– Тассо и Вельд опять сцепились, – прибавил Майк.

Форд Тассо, правая рука Кардинала, когда-то возглавлял гвардию. Несколько лет назад, когда он занялся более масштабными вещами, его заменил Франк Вельд, но Тассо продолжал считать гвардию «своими людьми» и постоянно критиковал методы руководства Вельда. Я симпатизировал Вельду, но мне нравился Тассо, и еще я считал, что жизнь шла куда интересней, когда Тассо был боссом.

– Что на этот раз? – спросил я.

– В прошлую пятницу в «Скайлайте» убили какую-то девку, – сказал мне Джерри. – Без соответствующего разрешения. Кардинал вышел из себя. Он грыз Тассо, а Тассо грыз Франка. Они вопили друг на друга все выходные. Тассо орал, что никто не мог проскользнуть мимо гвардейцев, когда он был начальником. А Франк снова ругал систему безопасности в «Скайлайте».

Франк хотел улучшить систему безопасности в отеле с тех времен, как принял дела у Тассо. В «Скайлайте», одном из столпов империи Кардинала, проживали многие из его работников и останавливались клиенты извне, когда бывали в городе. Но в сравнении с Дворцом, где работал Кардинал, сердцем его империи, по сути, представлявшем собой неприступную крепость, отель охранялся не столь тщательно. Кардиналу это нравилось, так его гости не чувствовали постоянного надзора и расслаблялись, но Франк, которому попадало всегда, когда что-то случалось, ненавидел эту систему.

– Похоже, он будет доставать нас всю неделю, – вздохнул я.

– Мы уже один день пережили, – заметил Джерри. – Вчерашний день войдет в историю как один из самых омерзительных понедельников. Тебе повезло, что ты его пропустил.

– Ага, – поддержал его Майк, глядя на часы и допивая свой кофе, – но будет совсем плохо, если мы сегодня опоздаем. Малейший повод, и Франк на нас навалится. Давайте расходиться.

– Но у нас еще полчаса, – возразил я.

– Думаешь, Франку есть до этого дело? – ответил Майк. – Я вчера пришел на десять минут раньше, так он меня чуть не уволил.

– Приятно вернуться к работе, – проворчал я, вставая. – Ничего, если я суну свой велик в багажник фургона и поеду с вами, ребята?

Джерри испытывал особую нежность к своему фургону и, как правило, мне отказывал. Но на этот раз сжалился и даже помог мне погрузить

велосипед, чтобы я не поцарапал краску.

Франк при нашем появлении в раздевалке гвардейцев демонстративно уставился на часы. Мы пришли на восемнадцать минут раньше начала смены!

– Еще раз в такое время придете, – проворчал он, – будете собирать свои манатки.

Пока Франк распространялся насчет опаздывающих, мы переодевались в форму. Темно-синие брюки, пиджак такого же цвета, светло-синяя рубашка (в холодную погоду полагался голубой джемпер). Зелено-синий берет. Черные ботинки до щиколоток. Никакого галстука, слава богу. У меня имелись три комплекта формы, всегда идеально чистые, ни пятнышка. Форд Тассо большого внимания на внешний вид не обращал, но Франк постоянно придирался. И был прав. В старые времена, когда гвардия представляла собой нелегальную шайку бандитов, было трудновато. Но Кардинал обрел могущество, и мы стали официально признанной армией, а значит, обзавелись всеми прибамбасами респектабельности. Нам во Дворце иногда даже устраивали проверки. Разумеется, мы работали на гангстера, но представляли общественное лицо его организации и, следовательно, должны были выглядеть аккуратно и профессионально.

Джерри присмотрелся к своим ботинкам, покачал головой и начал собирать во рту слюну. Мои ботинки блестели, поэтому я направился по лестнице в один из многочисленных конференц-залов, где мы узнавали задания на текущий день.

В помещении уже находилось много гвардейцев, некоторые только собирались заступать в смену, как я, у других был перерыв. Я нашел свою фамилию на доске объявлений и перевел взгляд направо. Парадная дверь до ланча, патрулирование двора днем. Это подразумевало автомат. Черт! Я ненавидел любое оружие, с которым требовалось обращаться двумя руками.

Я расписался за «калашников» – воспоминание о временах Тассо, – и Анна, хорошенькая девушка, выдала мне автомат.

– Скучала по тебе вчера, – сказала она.

– Отгул, – пояснил я.

– Что-нибудь интересное?

– Рыбачил на реке.

– Ты на этой неделе хочешь поработать сверхурочно? – спросила она.

– Обязательно.

– Сегодня и завтра. О дальнейшем поговорим потом.

Сверхурочная работа никогда не была проблемой в гвардии. Я в последний год наработал много часов сверхурочно. Больше нечего было делать. Кроме того, когда занят, проще держаться подальше от бутылки. Когда мы с Эллен разошлись, я здорово пристрастился. Меня едва из гвардии не вышвырнули. Увяз так глубоко, как только можно, не захлебнувшись. Из этого состояния меня выдернул Билл.

Первую половину дня я провел у парадного входа Дворца с еще несколькими гвардейцами и парой привратников в красной униформе. Мы составляли первую линию охраны. Выглядели вполне обыденно в глазах множества людей, входящих внутрь и выходящих наружу, как неотъемлемые элементы антуража, но на самом деле мы постоянно изучали всех, кто входит, и были готовы открыть огонь при малейших намеках на угрозу. Оружие мы не искали – для его обнаружения служили металлоискатели внутри здания, – но высматривали особое выражение лица или нервный тик. В нашу задачу входило выявление людей, которых здесь быть не должно.