Горизонт
Шрифт:
— Вы один из постоянных покупателей?
— Я знаю ее два года. Сначала она выкупила у русских книжный на Севинье-плац. Теперь перебралась сюда.
— А почему он называется «магазин Ладыжникова»?
—
Его собеседник оказался американцем, вот уже несколько лет живущим в Берлине неподалеку от Диффенбахштрассе.
— В ее магазине много любопытных книг о Берлине и сборников документов.
— Сколько ей лет?
— Она ваша ровесница.
Босманс уже не помнил, сколько лет ему самому.
— Она замужем?
— Нет, по-моему, она живет одна.
Он поднялся и протянул Босмансу руку.
— Хотите, я провожу вас до книжного магазина?
— Спасибо, но я не тороплюсь. Посижу еще здесь на солнышке.
— Если вам нужны какие-нибудь сведения… Я пишу книгу о Берлине и буду рад помочь…
Молодой человек протянул ему свою визитную карточку.
— Вы всегда найдете меня где-нибудь поблизости. Передайте от меня поклон владелице книжного магазина.
Босманс смотрел ему вслед. Он исчез за поворотом на Диффенбахштрассе. На карточке Босманс прочел его
Вот сейчас он войдет в книжный магазин. Но что скажет, не знал хорошенько. Возможно, она его не узнает. Может быть, она вообще забыла о нем. В конце концов, их жизни пересеклись лишь на краткий миг. Пожалуй, он начнет так:
— Мадам, Род Миллер передает вам поклон.
Он сворачивает на Диффенбахштрассе. Тут его настигает летний ливень, и с каждым шагом Босманс промокает все сильней, хотя прячется под деревьями. Довольно долго ему казалось, что Маргарет больше нет. Напрасно, видит Бог, напрасно. Даже в год нашего рождения, когда этот город с птичьего полета казался грудой обломков, в парках посреди развалин кое-где цвела сирень.
Долгая ходьба его утомила. Но на душе стало светло и спокойно, он был уверен, что вернулся к отправной точке всей своей жизни, оказался в том же месте, в то же время года, в тот же день, в тот же час, будто стрелки, большая и маленькая, дружно указывали полдень. Он погружался в полудрему, его убаюкивали крики детей в сквере, негромкие разговоры вокруг. Семь часов вечера. Род Миллер уверил его, что она закрывает книжный магазин очень поздно.