Гори, гори ясно

Вран Карина

Сие занятие есть тягомотина невообразимая: ты просто стоишь возле стола и ничего не делаешь. Задремывает в процессе стояния с непривычки каждый второй. С опытом приходит умение спать с открытыми глазами, чтобы не спалили камеры и проходящее мимо начальство.

Тут бы и настала пора для нехитрых развлечений, призванных убить рабочее время. Но не в этот раз.

Теперь у нас была Тамара, девочка из покер-клуба. И, как внезапно выяснилось, Маргаритка тоже умела работать на холдеме. Начальство знало правила, а еще эти двое тоже скучали. И потому с легкой руки Жана: «Случись казино расшириться на

зал стад-покера, у нас уже будут обученные кадры», — наше уютное «подземелье» преобразилось в игровой зал для своих.

За соседние столы усадили на раздачу Марго и Тамару. Именно усадили: я еще, помнится, удивлялся странной манере индианки сдавать карты, согнувшись над столом, теперь понял, почему она так делала. Крупье покер-клуба при раздаче сидят, они на одном уровне с игроками.

В роли клиентов (и заодно обучаемых) выступили мы, дилеры. Шах-и-Мат вкратце рассказала правила. Те же пятьдесят две карты, как и в обычном пятикарточном покере, абсолютно те же комбинации. Все игроки получают по две карты в закрытую, так называемый «префлоп».

На самой первой раздаче крайний слева игрок «сидит на баттоне», то бишь, получает круглую фишку без номинала, и сдача карт начинается с него. Роль «баттона» в нашем случае сыграла черная фишка с рулетки.

Игрок, сидящий за «баттоном», выставляет половину минимальной ставки (она же «малый блайнд»). Второй после «баттона» делает полную минимальную ставку, «большой блайнд». Третий и далее игроки до раздачи ничего не ставят.

Карты сданы, начинается первый круг торговли. Первым торгуется игрок, сидящий сразу за «большим блайндом». Можно спасовать, отказаться от карт. Можно согласиться с предыдущей ставкой (по умолчанию это «большой блайнд»). Можно повысить ставку. И так по кругу, по очередности, последним торгуется игрок на «большом блайнде».

Круг торгов закрыт, на стол выкладываются три карты в открытую, их называют «флоп». Открытые карты являются общими, то есть цель игры (очевидная): собрать из двух карт в руке и пяти карт на столе наилучшую комбинацию.

Немного менее очевидная, но более верная цель игры: забрать себе все прочие ставки. Казалось бы, одно следует из другого, но это не всегда так. Но об этом чуть позже, пока про правила.

Открытие «флопа» начинает новый круг торгов. По завершении их на сукно кладется четвертая открытая карта, «тёрн». Следом, правильно, еще один круг торгов. Далее приходит черед «ривера», пятой открытой карты. И — последнего круга торговли.

Те, кто не вышел из игры в течение всех кругов ада... ставок, я хотел сказать, вскрывают карты. Крупье сравнивает комбинации и называет победителя. Ему и уходит банк: все фишки, что были поставлены с начала раздачи и до закрытия торгов.

Далее «баттон» сдвигается на одну позицию по часовой стрелке, за ним ставятся «блайнды», стартует новая раздача.

Звучит сложновато из-за обилия терминов, но по сути механика игры проста. Три-четыре-пять, и еще плюс два со старта. Любую непонятность разъяснит крупье, он для того и усажен за стол.

Хитросплетения начинаются с торгами. Очевидно, не всякий раз на руки приходят хорошие карты. И тут в игру вступает его величество блеф. Помните, я сказал про чуть менее очевидную цель игры? Вам нужно забрать банк, вот в чем цель.

С какими картами вы это сделаете — другой вопрос.

Тот, кто лучше блефует и считывает чужой блеф, куда вероятнее сорвет куш, чем любой другой персонаж за столом.

Позже, когда законы изменятся, и в Питере не останется легальных казино, многие «переедут» в онлайн-казино. И это уже будет суррогат. Не почувствовать через монитор эмоций противника, не заметить блеск азарта в глазах, дрожь пальцев или спрятанную за картами (бокалом, сигаретным дымом — нужное подчеркнуть) ухмылку. Настоящую ли, мнимую?

Голая механика останется, но «соль», как по мне, уйдет, растворится в сигналах интернет-провайдеров.

За моим столом собралась отличная компания. Почти... Таша, Джо, Макс, Майя и Жан. Если бы не присутствие Обуреевой, можно было бы смело называть нас «дримтим». Впрочем, наша крашеная блондинка с карими глазами погрузилась в новую азартную игру по самую выбеленную макушку, и потому вела себя вполне прилично.

По залу прошелся Пол, наш менеджер. Пожал руку Жану, одобрил инициативу с расширением кругозора. Сам сходил к барной стойке, распорядился принести на всех нас кофе. В кофе, судя по аромату, капнули грамм пятьдесят виски.

Баталии на зеленом сукне разыгрывались нешуточные (если забыть, что играли мы не на свои), и каждый норовил обхитрить товарищей по игорному делу.

Возможно, дело в капельке виски в кофе, или же в кольцах дыма — то Жан раскурил сигару, окончательно наплевав на правила внутреннего рабочего распорядка. В какой-то момент я живо и красочно обрисовал нашу компанию в ином свете. Это не были видения, навеянные алкоголем или проявленные в огне образы. Чистая фантазия, игра воображения.

Жан с его вальяжными манерами вписался в образ аристократа в изгнании. Сапфировые запонки, безукоризненный шелк жилета и барские повадки. Он ставил всякий кон, всегда по-крупному, порой даже не глядя в карты. Просто потому, что мог (что было верно, поскольку ключи от флотов с фишками лежали в его кармане).

Майя много говорила. То щебетала, то допытывалась. Стреляла глазками напропалую, эдакая кокетка. Ее я увидел с завитыми в крупные локоны волосами, в алом платье с блестками, с массивными, издали заметными украшениями. Она сбрасывала карты куда чаще, чем принимала ставки, но при этом умудрялась не уходить в большой минус.

Джо играл равнодушно. Презрительно посмеивался над уловками блондинки. Заходил с откровенно слабыми картами в торги. Вот только за этим видом скрывался цепкий взгляд прожженного плута. Он играл не на картах — он играл на реакциях тех, кто делает ставки. Выигрывал.

Макса, с его чутьем хищника и манерами слона в посудной лавке, не нужно было никак представлять. Черная кожа, много металла, раскатистый хохот — такой он по сути, только на работе прикидывается «цивилом». Наш шумный приятель проигрывал чаще других.

Ташу, рациональную и быструю, мое воображение обрисовало в белом. Атлас под горло, жемчуг и серебро. Столбики фишек перед нею неуклонно увеличивались.

Один раз я заглянул в ее карты, причем, как мне кажется, это было не очень-то и случайно. На руку с раздачи Таше пришло два туза. Флоп, три в открытую: две двойки и восьмерка, разномастные.