Горечь Пепла
Шрифт:
после этих трех? — с нахальной усмешкой смотрю в ее округлившиеся глаза и
моментально ощущаю звонкую пощечину.
— Знаешь что, Кейн Коулмен, — тычет в мою грудь пальцем, — Ты… придурок! —
всхлипывает, разворачивается и убегает за дверь какого-то кабинета.
Ага. Взаимно.
Глава 17
Дилан
С одной стороны, просить номер у Кейна было опрометчивым решением. Но я никак
не ожидала такой реакции! Как он мог подумать, что я буду
Или он предположил о том, что я попрошу его об еще одном «секс-эпизоде»? А не пойти
бы ему куда подальше?!
Сволочь! Гад! Трахнул и забыл?! Выбросил из головы, как мусор!
Я не девочка для траха. Я никогда в своей жизни не поступала так легкомысленно, и
уж никак не ожидала от себя такого... Ха, он тоже хорош! «Ты меня возненавидишь!»... Да
я уже тебя ненавижу, придурок!
Дома я не могу найти места, хожу из угла в угол. Это же надо, спросила номерок,
чтобы перепихнуться!
Отбрасываю
в
сторону
тапок
с
ноги.
Он хоть допускает мысль, что телефон мне был нужен, чтобы сообщать ему новости о
Микки?! Кого я обманываю… Ведь, его похотливый взгляд и сильные руки преследуют
меня во сне.
Я хотела серьезных отношений. Я не знаю других. Почему мне пришло в голову,
что он способен на это? Бред какой-то. Один сплошной бред.
Усаживаюсь на диван и собираюсь заказать пиццу. В этот момент звонит телефон.
Джонни.
— Привет, Джонни! — отвечаю ему сразу.
— Привет, детка… — замолкает. — Я тут подумал, как на счет того, чтобы
выбраться отдохнуть, возможно, немного выпить?
Детка... Я пропускаю мимо ушей мое новое прозвище, видимо, у Коулменов это в
порядке вещей.
— Ну, на счет выпить — я не уверена, слишком опасно. В памяти свежи
воспоминания о последнем эпизоде, — эх, прикусить бы мне язык, — эээ, помнишь, когда
ты меня тащил на себе, отмахиваясь от моей блевоты.
— Оу, ты об этом. Было мило, — смеется Джон. — Я понимаю, мы договорились?
Через час я буду возле твоего дома. И не беспокойся, детка, я захвачу дождевик на случай
непредвиденных осадков.
Джон все еще смеется, а я качаю головой, удивляясь тому, что у него все легко.
Разъединившись, я обдумываю свой «аутлук» на вечер. Джинсы и футболка? Банально. С
чистыми вещам у меня напряженка. Я не являюсь обладательницей огромного гардероба
по части джинс. А мама заботится исключительно о моих платьях.
В поисках идей, я открываю шкаф,
ладони скользят по шелковой ткани. Потрясающее платье, но я его совершенно не
помню.
Новое платье — свежее тело
В спешке я цепляюсь за порог в душе, едва не распластавшись на кафеле, и вижу на
полу тоненькое ажурное белье от «Agent Provocateur». Кейн! Кейн, мать твою, долбаный
Коулмен!
Под струями воды, смывая с себя нахлынувшие воспоминания, я зависаю. Я же не
спала с Джоном, когда мы напились? И не приставала к нему?! Или приставала? Господи,
что у меня в голове? Какого черта со мной происходит?
Переключаю воду в режим холодной воды, чтобы остудить мысли.
Раздается стук в дверь. Джон! Проклятье, я забыла совсем о времени.
— Дверь открыта, можешь посчитать до пяти и заходить, — через всю квартиру
пытаюсь докричаться до Джона.
— Раз, два… — считает Джон, но дальше двух я не слышу, закрываюсь в своей
спальне.
Наверняка, Кейн не стал бы считать, а просто зашел бы и …
Да, чтоб тебя! Что за мысли в этой голове?!
Наспех надеваю платье. Оно идеально садиться по фигуре, вот только, если натянуть
белье, оно будет слишком заметным под ним. Решаю ограничиться одними трусиками.
Мне кажется платье уж слишком откровенным, его длина чуть выше бедра. Да неважно!
Хватит прятаться в скорлупе! Может это мой шанс? Шанс проявить себя красивой
женщиной и не выглядеть, как серая мышь. Подвожу губы алой помадой (удивлена, что
такая есть в моей косметичке), глаза выделяю тушью. Ну, кажется, я готова...
— Ну, ничего себе! — Джон подскакивает с дивана и замирает, открыв рот. — Ди?!
Какого...
Джон внезапно не находит слов и замолкает, его глаза увеличиваются в размере и,
мне кажется, он краснеет.
— Джонни, что-то не так? — я начинаю сомневаться и нервно одергивать платье. —
Дай мне минутку, сейчас переоденусь, - разворачиваюсь и направляюсь в сторону
спальни.
— Дилан, стой, где стоишь! Я серьезно, Ди, не двигайся! — тон его голоса совсем не
похож на обычный. В нем преобладает какой-то стальной оттенок.
Он закрывает глаза, делает несколько медленных глубоких вдохов, его руки сжаты в
кулаки.
— Джон, я... — вытягиваю руки вперед и медленно направляюсь в его сторону.
— Молчи, Дил. Просто дай мне минутку.
Он открывает глаза, и плотоядная улыбка расползается по его лицу. Мне кажется,
или это фирменный оскал Коулменов.
— Детка, ты великолепна! И секси. Очень секси, — произносит Джон хриплым