Горечь Пепла
Шрифт:
благосклонна?
— Келли, он опять вывалит на меня все содержимое своего желудка. И стукнет по
голове игрушкой, — начинаю увиливать я.
— Понимаешь, просто дело в том, что он в восторге от тебя, как и все мужчины. —
Она улыбается одной из своих очаровательнейших улыбок. — Я оставлю тебе парочку
фильмов, приготовлю твою любимую лазанью. Могу даже тортик. Все для тебя, моя
любовь.
Наши пейджеры начинают пищать, и мы поднимаемся. Келли берет меня
тащит на выход.
— Дил, по поводу Коулмена. Это очень горячо. И любая была бы счастлива на твоем
месте. Может это твоя судьба? — она шагает по коридору в обратную сторону от меня. —
Всего один денек, Дил! Он будет вести себя хорошо! Я обещаю! — кричит Келли.
Ох уж эти ее обещания. Я согласно киваю. У меня все равно практически нет
выбора. Родители Келли ничего не знают о ее финансовых проблемах. Ее независимость
их убивает, тем более после ее бунтарского поведения в колледже и рождения Лео. Это ее
секреты и ей решать. Я, как хорошая подруга, должна помочь. Возможно, в этот раз Лео
будет послушным мальчиком. Хотя, маловероятно.
Забираю анализы Микки и читаю их на ходу. Что-то не так: большое количество
лейкоцитов, очень похоже на воспаление. Пейджер еще раз надрывно пищит, и я бегу к
нему в палату.
— Оставьте меня! — кричит во все горло мальчик. — Дайте мне умереть! Я хочу к
моим родителям. Мама! Я не хочу быть один! Хочу к тебе.
Микки рвет катетер из руки, и хочет встать. Маленькая медсестра пытается
успокоить его, но он просто не в себе. Это шок?
— Микки, милый успокойся. Все будет хорошо! — пытаюсь перекричать его. —
Ляг, пожалуйста.
— Я не хочу в другую семью. Я не хочу соцработников. Она сказала они придут
поговорить со мной! У меня нет никого кроме мамы с папой! Нет! Я не хочу в приют! —
воет он.
Я пытаюсь схватить его за предплечье, но малец выкручивается и соскакивает с
кровати. Его лицо бледнеет, и он начинает заваливаться на меня.
— Красная кнопка. Быстро! — перекрикиваю я медсестру. — Микки, я здесь.
Держись за меня. Позволь тебе помочь. — Беру на руки, и его рвет на меня кровью.
— Твою мать! Это разрыв желудка! Доктора Девиса срочно. Каталку, да шевелись
ты! — кричу я.
Почти черная кровь выливается на меня в большом количестве. Что за черт?! Вот
почему анализы были плохие. Я укладываю ребенка на каталку, когда забегает мой отец.
— Боже мой. В третью операционную. Быстро, Дилан! — убегает, отдавая по пути
указания по поводу операции.
— Позови того мистера… В огне. Позови. И ты не уходи, — говорит слабым
голосом Микки.
Только киваю головой, пытаюсь
как я ему позвоню!?
Медсестра забирает Микки в операционную. Я забегаю в ординаторскую, чтобы
переодеться, когда Келли достает бутерброды из холодильника.
— Что за черт? — все падает у нее из рук, и она в шоке прикрывает рот рукой.
— Келли, вызови Кейна. Найди его номер. У Микки, которого он спас, разрыв желудка.
Он кричал, что не хочет жить и звал Кейна, — снимаю с себя вещи и оттираю салфетками
пятна крови. — Я — в операционную.
— Принято! — направляется к двери быстрым шагом. — Дил, все будет в порядке!
Я замираю на месте. Слезы катятся из глаз. Бедный ребенок. Я ему нужна. Ему
просто нужен кто-то рядом. У него больше никого нет! Никого!
Кроме отца в операционной находится еще один хирург, и вся команда в сборе. Майкл
готовит наркоз, пока отец мило беседует с Микки.
— Знаешь мы с женой всю жизнь мечтали о сыне. Вот таком, как ты! — говорит
отец и гладит ребенка по руке.
— О каком? — спрашивает сонно мальчик.
— О таком смелом и сильном. Как… — папа смотрит на меня в поиске помощи.
Одними губами произношу «Халк». — Как Халк. Ты должен бороться. Родители очень
хотели бы, чтоб ты жил и был здоров, ради них. Ведь, правда, Микки? Ты же не хочешь,
расстраивать маму с папой на небесах? Не хочешь, чтоб они плакали?
— Нет. Я хочу, чтоб они были со мной. Всегда, — немного подумав. — И я не хочу
быть Халком. Хочу быть пожарным.
— Ну, если ты так сильно этого хочешь, то непременно будешь! А теперь тебе
нужно поспать, скоро ты проснешься и нам будет о чем с тобой поговорить, малыш.
— Мы снова встретимся? И ты пойдешь со мной есть мороженное? — еле
выговаривает Микки.
— Да, Микки. Хоть каждый день! — обещает папа.
Микки с улыбкой закрывает глаза и засыпает. Отец часто моргает, чтобы не
прослезиться и молча отворачивается спиной.
— Пап? Ты в порядке? — пытаюсь говорить бодро.
— Да, милая. Просто мне известно, что значит остаться одному против всего мира,
— задумавшись, замолкает. — Итак, — хлопает в ладони, — приступим! Скальпель!
Глава 16
Кейн
Солнечные лучи пытаются пробраться сквозь тёмные шторы. Мы лежим
абсолютно обнаженные и ничем не прикрытые, нежно лаская друг друга.
Пару дней назад Эмма подарила мне свою девственность. И сейчас, не спеша, мы