Горец-дикарь
Шрифт:
Поняв, что девушка хотела поговорить, отвлечься от мучительных переживаний из-за младшего брата, Кэтрин кивнула и ответила:
– Так происходит с самого детства. Это не всегда самый верный способ понять, попал ли кто-нибудь в беду или нет. Сейчас живот может меня беспокоить, поскольку Ранальд хочет меня убить. Я не считаю себя вправе давать сейчас какие-то распоряжения по этой причине. Мои люди точно бы подумали, что я потеряла разум, если бы я потребовала, чтобы они выбежали в темноту, где их, несомненно, поджидает Ранальд со своим отрядом, только потому, что у меня разболелся живот и я подозреваю,
Энни улыбнулась, но ее улыбка была слабой и быстро исчезла.
– Это правда. Если мы только дадим им хоть один повод считать нас глупыми женщинами, то их насмешкам не будет конца.
– Ну, мои двоюродные братья и без того постоянно насмехаются над всем женским родом. – Кэтрин протянула руку и похлопала Энни по судорожно сжатым рукам. – Иногда охота занимает много времени. Я согласна с Уильямом, что Лукас, возможно, пытается поймать побольше дичи, чтобы потом у нас не было нужды выходить из пещер еще ночь или две. Он очень хорошо понимает, насколько опасно сейчас находиться на поверхности, и будет глаз не спускать с Томаса. Я также рассказала ему о том, что у меня болит живот и что это означает.
– Ты рассказала об этом сэру Лукасу? – спросил Уильям.
Кэтрин кивнула и подавила желание вновь посмотреть в сторону входа в ее спальню.
– Он принял это без возражений. Похоже, он верит в предчувствия, в его семье есть люди, которые наделены похожим даром. – Она перевела взгляд на Энни. – В общем, он был мной предупрежден.
– Я подожду еще один час, сестра, а потом я возьму с собой кого-нибудь и постараюсь отыскать Лукаса и Томаса, – сказал Уильям. – Мне просто не верится, что они могут попасть в беду. Если твой живот тебя о чем-то предупреждает, то это может быть, как ты и сказала, из-за того, что на тебя начал охотиться Ранальд.
Вдруг за стеной послышался какой-то шум, который тут же привлек к себе внимание. Уильям нахмурился. Казалось, будто вся их маленькая армия стремительно бежала в сторону спальни Кэтрин. Мгновение спустя в дверном проеме появился грязный, запыхавшийся Томас. С веревки, которая служила ему поясом, свисали четыре мертвых кролика.
– Ранальд поймал сэра Лукаса и теперь хочет, чтобы к нему пришла Кэтрин. Иначе он убьет его!
Кэтрин посмотрела на Томаса, потом на Уильяма. В ее голове появился какой-то странный нарастающий гул, которого раньше ей не доводилось ощущать.
– Что ж, кажется, мой живот все-таки говорил правду, – сказала Кэтрин и, побледнев, упала спиной на подушки.
Уильям услышал позади себя тихий звук. Оглянувшись, он увидел, что Энни тоже упала в обморок. Девушка сползла вниз по креслу, что у нее получилось необыкновенно изящно. Уильям опять посмотрел на свою лежащую без чувств двоюродную сестру, женщину, которая никогда не падала в обморок, а затем вновь перевел взгляд на Энни и потом – на дверь. Томас смотрел на обеих женщин широко раскрытыми глазами. Мужчины, что толпились позади него, тоже выглядели ошеломленными.
Томас наклонился вбок, чтобы получше разглядеть сестру. Уильям посмотрел на него и сказал:
– Томас, ты все сделал правильно. Нам сейчас придется оставить их одних и пойти обдумывать план, как спасти сэра Лукаса. Они
Глава 10
Сначала Лукас ощутил ужасную боль в руках. Он подавил стон и медленно открыл глаза. Ему не удалось сразу разглядеть, что находится вокруг него: в голове стучали сотни молотков, и от этого его глаза будто закрывала темная пелена. Лукас несколько раз медленно, глубоко вздохнул, пытаясь справиться с болью в теле. Когда зрение восстановилось, Лукас не сильно удивился, увидев стоящего перед собой ухмыляющегося Ранальда, хоть и надеялся, что смутные воспоминания о том, что его поймали, окажутся просто кошмарным сном. Единственное, что его сейчас радовало, – это отсутствие Томаса.
Быстро оглядевшись по сторонам, Лукас понял, что они находятся в старом сельском доме, который почти полностью развалился. На самом деле от него осталась только одна пустая оболочка, которая все еще держалась на честном слове. В таком месте будет трудно отражать нападение, но Лукас сомневался, что Ранальд ожидал его. Ему оставалось только надеяться, что такое поведение не имело под собой веских причин. Вдруг Ранальд обнаружил людей Кэтрин и теперь знал, что никто из них не сможет прийти ему. на помощь?
– Лучше бы тебе было оставаться мертвым, Мюррей, – сказал Ранальд.
– Нас, Мюрреев, не так-то легко убить, – с достоинством произнес Лукас. Он был подвешен за руки на толстой веревке, прикрепленной к балке на потолке, и его ноги находились в нескольких дюймах от пола. Лукас поднял голову вверх и внимательно изучил узлы, которыми были связаны его запястья. – Странным образом ты увеселяешь своих людей, Ранальд. – Он услышал, как захихикали другие мужчины, что находились в хижине. Но тяжелый, наполненный злобой взгляд Ранальда быстро заставил их замолчать. – Ты решил, что я стал браконьером?
– Теперь Данлоханом правит Агнес, а она не давала тебе разрешения охотиться на ее землях. Значит, ты и впрямь охотился незаконно. А ведь за это могут и повесить, ты же знаешь.
– Так же, как и за убийство. Кроме того, мне кажется, что вопрос о том, кто должен править Данлоханом, пока остается открытым. А что касается повешения, – Лукас посмотрел на веревки вокруг своих запястий, а потом вновь перевел взгляд на Ранальда, – я думаю, что тебе нужен урок или два на тему того, как это делается. – Лукас подавил сильное желание отпрянуть от острого конца меча Ранальда, когда тот разрезал на лоскуты его рубашку. – Эй, парень, поосторожнее. Эту рубашку мне сшила мама.
– Скоро ей придется шить тебе саван. Как же тебе удалось спастись год назад, Мюррей?
– Я умею плавать.
– У тебя же была сломана нога, вернее сказать – совсем раздроблена. Как ты смог плыть?
– Как я уже говорил, человек способен вытерпеть практически любую боль, если знает, что это не даст ему утонуть.
– Ну, на этот раз смерти тебе не избежать.
– Смерти? Ты хочешь убить меня?
– Да. – Этот правдивый ответ Ранальд кинул холодным, резким тоном. – Но сначала с помощью тебя мы доберемся до этой маленькой мерзавки Кэтрин.