Гордые сердца
Шрифт:
Уилл скептически посмотрел на Водери.
— Это правда! Я видел этого человека в бою. Он один заменит таран, к тому же бесконечно предан Ги, да и всей семье де Фо.
— И он достаточно умен, чтобы пойти на переговоры вместе с вашим братом?
— Нет, — засмеялся Водери. — В нем нет и капли ума, но он мастерски владеет оружием! Он очень ловок в бою, предвосхищает любое движение противника и сам предпринимает атаки. Но хватит ли у него ума, чтобы участвовать в обыкновенном разговоре? — Водери с сомнением покачал головой. — Дядяговорил, что
— А я узнаю его по его росту? — спросил Уилл.
— Одного его роста было бы достаточно, но у него есть еще одна особенность: он одинаково хорошо владеет обеими руками. В любой рукопашной схватке это смертоносно.
— Я принимаю предостережение и постараюсь не ударить в грязь лицом, чтобы покончить с ними, выменяв несколько заложников на одного, посланного мной. И… — на лице Уилла появилась улыбка, в этом и заключалась соль его плана, — если им покажется, что Касси погибла в фальшивой драке…
Водери усмехнулся. Английский рыцарь и в самом деле прекрасный тактик. Поскольку враги Уилла предложили план, цель которого вовсе не возвращение Касси, а скорее готовность пожертвовать ею для достижения нужного результата, их вряд ли заинтересует видимость ее смерти. Да у них и не будет причин заподозрить обман.
— И все-таки, — со зловещей улыбкой продолжил Уилл, — если мой план провалится, они положат конец тем дням, когда я стоял на страже Уилда, и убьют моего заложника. — Он мрачно взглянул на Водери: — А что будет с вами?
— У меня нет причин бояться, что со мной случится что-то нехорошее. Он не верит мне, но убивать не станет, потому что, видите ли, — Водери саркастически улыбнулся англичанину, — пока я жив и здоров, самим своим существованием я служу буфером между ним и Вальнуаром, сдерживая жадность моего брата.
Уилл был потрясен беспринципностью французской семьи и откровенностью, с которой в этом придавались.
Водери рассмешила реакция Уилла: он знал, английский рыцарь достаточно циничен, чтобы так изумляться.
— Я должен объяснить, что представляет собой моя почтенная семья. Мой брат и я — единственные наследники нашего дяди, поскольку сына у него нет. Мой брат сделал бы все возможное, чтобы ни Касси ни любая другая женщина не вышла замуж за Ги и не родила ему сына. Это так, хотя и звучит неправдоподобно. Поэтому в лагере дяди я в безопасности, и, — добавил он с заговорщической улыбкой, — клянусь, что, если все пойдет как задумано, я освобожу того, кого вы пошлете в качестве заложника. Но этот человек должен знать обратную дорогу к вашему лагерю, и мы вернемся вместе. Вы же понимаете, я не смогу уйти и не уйду без моей любимой жены.
Уилл улыбнулся:
— Я чрезвычайно благодарен вам за помощь. Конечно, лучше, чтобы наш план был больше основан на фактах, чем на предположениях, но у нас нет иного выхода. Клянусь, в случае успеха
Водери расцвел: английский рыцарь все больше нравился ему.
— Мы враги по рождению, но друзья по выбору. А с тех пор как я женился на вашей молочной сестре, мы своего рода братья! Вы поняли мои чувства к Беате и выдали ее за меня, так как же я могу не видеть вашей любви к Касси и не сделать все, чтобы впереди у вас была долгая и счастливая совместная жизнь!
— Когда закончатся наши злоключения, — проговорил Уилл, — останемся верными нашим сеньорам и не будем искать общения друг с другом, пока страны не придут к миру. Согласны? Водери с Уиллом крепко пожали руки, утвердив глубокую и искреннюю связь между собой.
Глава 18
Беата и Сара сидели за столом и смеялись, глядя на играющих в шашки Кенуорда и Тома. Касси торопливо штопала дырку на платье, постоянно прокалывая пальцы острой иглой, отчего домотканая материя уже кое-где была испачкана капельками крови.
Она была уверена, что Уилл отправился на прогулку с Водери, чтобы обсудить ответ на требование о выкупе, ответ, которого она страшилась. С прошлой ночи, когда Уилл втолкнул ее в дом, Касси не представилось случая поговорить с ним. Теперь он и Водери, который, несомненно, предпочел бы остаться со своей молодой женой, уехали на весь долгий день и не вернулись к полуденной трапезе. Неужели они попали в опасность? Может быть, они отправились на встречу с Ги или Вальнуаром, не сказав никому ни слова? Не взяв никого с собой? От предчувствия беды пульс Касси угрожал взорваться.
Раздраженная тревожным ожиданием и постоянными уколами, Касси воткнула иголку в грубую ткань. Она отложила шитье как бесполезное занятие, встала, подошла к окну и выглянула в щель между закрытыми ставнями. Снаружи все было спокойно: по поляне плыли клубы тумана да в воздух поднимались столбы серого дыма из трубы дома, гдеЭдна готовила ежедневную еду.
Звук открывающейся двери испугал Касси. Очевидно, рыцари подъехали из леса прямо к конюшне поэтому она и пропустила их появление.
Войдя в дом, Уилл немедленно нашел ее взглядом и одарил своей неотразимой улыбкой. Касси вытаращила глаза, удивленная сменой его настроения, и стояла молча, не замечая ни Беаты, бросившейся на шею мужу, ни понимающей улыбки Тома.
Увидев ее изумление, Уилл мягко рассмеялся. Теперь у него есть надежда, и он намерен сделать все, чтобы она осуществилась. Касси стала принадлежать ему в ту пламенную ночь в комнате наверху, и, если это будет угодно Богу, вскоре он возвестит об этом всему миру! Он нежно смотрел в удивленные фиалковые глаза и слегка покачивал головой, избегая ответов на готовые сорваться с ее языка вопросы.
Ужин в этот вечер был гораздо проще, чем в прошедшие праздничные дни, но атмосфера за столом была такой же теплой и веселой, хотя за столом сидели только обитатели дома.