Гордые сердца

Роджерс Мэрилайл

— Тогда они так же счастливы, как и мы! — Касси снова прильнула щекой к руке Уилла, а тот, опустившись на колени, прижался к ее нежному лицу.

— Никого нет счастливее меня, но я рада, что

они довольны! — Она посмотрела в жаркое пламя камина и улыбнулась. Да, довольна. Верно сказано. Довольна тем, что им подарена жизнь, никоим образом не похожая на ту, что лишь год назад предстояла ей. Замечательно, что Беата, со своим скромным происхождением, нашла свое счастье в той жизни, которая так не нравилась Касси, а она, Касси, обрела радость в простой жизни, предназначенной скорее Беате. Они поменялись ролями, и обе от этого стали только счастливее, и не только благодаря образу жизни, но скорее супругам, разделяющим с ними эту жизнь.

Слегка повернув голову, Касси встретила губы Уилла нежным поцелуем, который становился все более страстным.

— Слишком скоро, любимая! — Уилл неохотно отпрянул. Уже много недель он был лишен соблазнительных ласк Касси и теперь испытывал непреодолимое желание.

— А Эдна говорит, что в этом больше нет необходимости, — лукаво прошептала Касси,

глядя на него. Ответное желание придало ее глазам знакомый, но на время исчезнувший фиолетовый оттенок.

— Но сейчас середина утра, — не слишком убедительно возразил Уилл. От предвкушения чудесных ласк и неземного блаженства у него перехватило горло и кровь забурлила в жилах.

— Поэтому сейчас не время для любви? — Брови Касси поднялись в насмешливом вопросе. Разве раньше они не нарушали этого правила?

— Нет! — Его золотистый взор ласково прошелся по Касси. — И пока младенец спит, думаю, мы можем еще раз доказать это.

Уилл нежно взял сына из рук Касси и положил его в колыбельку возле камина. Горя нетерпением соединиться с любимой, Уилл повернулся к своему когда-то робкому кролику и застонал: Касси нагая стояла перед ним. Ей так же, как и ему, хотелось снова изведать радость разделенной любви.

Неожиданное сладостное зрелище этого роскошного тела, так долго запретного для него, почти лишило Уилла сил. Он с нетерпением схватил Касси в объятия, чтобы утвердить свою власть над нею — отныне и навсегда.