Гора

Олли Уильям

Фарли схватил полотенце для посуды и на мгновение замер, глядя в сторону улицы.

– Черт побери, - сказал он, а затем сжал полотенце в кулаке и прошел через двойные двери слева позади себя.

– Может, нам стоит уйти, - сказала Бренда.

– Может, и стоит, - согласилась Тельма.

– Подождите, мы вас проводим, - сказал Марк, когда Фарли ворвался через двойные двери, морщась и прижимая к голове полотенце. Он шевельнул рукой, и из полотенца выскочил кубик льда.

– Черт возьми, Тель, - сказал он.
– Я

не собираюсь мириться с этим дерьмом, не в своем баре.

– Фарли, - сказала она.
– Мне так жаль.

– Да, но он будет сожалеть об этом сильнее, когда я вызову копов на его задницу.

– Давай, вызывай, Фарли, - пожала она плечами.

Фарли отнял полотенце от головы. Шишка выглядела ничуть не меньше, чем когда он ворвался с улицы. На самом деле, казалась гораздо больше.

Эдди повернулся, чтобы скрыть ухмылку, расплывшуюся по его лицу.

– Не волнуйся, я не собираюсь звонить в полицию, - проворчал Фарли.
– Но вот что я тебе скажу: я надеру его тощую задницу, когда увижу в следующий раз.

– Ты знаешь, что он не хотел этого.

– Мне плевать, хотел он этого или нет, в следующий раз...

– Да, - сказал Марк.
– Если бы я не увернулся...

– Да, именно так. Если бы ты не увернулся, я бы не стоял здесь, прижимая к голове пакет со льдом. Может, мне стоит надрать и тебе задницу!

– Хо!
– воскликнул Марк, ухмыляясь, вытянув руки перед собой.

– Ну и хрен с ним, - сказал Фарли, морщась, прикладывая лед на ушибленное место.
– Просто убирайтесь отсюда - все вы.

* * *

Снаружи, на деревянном крыльце, Марк посмотрел на время. Было четыре часа. Скоро его мать вернется домой. Они поужинают и обсудят дела, прежде чем одолжить ее машину, чтобы немного разведать обстановку. Перед домом с ревом пронесся вишнево-красный Камаро с откидным верхом, за машиной поднялись облака пыли, когда она начала разворачиваться на грунтовой площадке.

У Бренды отвисла челюсть, а глаза Тель расширились.

– У Фарли будет припадок!
– сказал Тельма.

– Будет?
– спросил Марк, когда Камаро прекратил свое круговое вращение и выехал с парковки. – Он уже в припадке.

Глава 5

Том Трабер откинулся на стуле, глядя прямо перед собой, упираясь ладонями в стол. У него было подтянутое, мускулистое тело человека, выросшего на ферме, хотя прошло уже много лет с тех пор, как он на ней работал, и каштановые коротко стриженные волосы. В свои тридцать лет он чувствовал себя еще мальчишкой в мужском теле, но в маленькой горной общине был представителем закона. Когда Мэри Джексон села напротив него, он уделил ей все свое внимание, и хотя уже понял, что не случилось ничего экстраординарного, все равно выразил искреннее беспокойство, когда она сказала ему, что Синди все

еще не вернулась домой.

– Вы звонили своим родственникам, чтобы узнать, не могла ли она пойти к кому-то из них?

– Они бы позвонили мне, если бы она появилась. Она не появится... с ней что-то случилось.
– Мэри достала салфетку из своей открытой сумочки и промокнула ею глаза.
– Я знаю, о чем ты думаешь, но ты ошибаешься. Синди не убегала. Она...

– Мэри, то же самое вы говорили, когда приходили сюда в среду утром. Что звонили из школы, потому что она прогуливала, а Мерл на нее наехал, и она с криками выбежала из дома.

– С ней что-то случилось! Я знаю это! Я чувствую это!

– Мэри...

Мэри вздохнула. Она выглядела усталой и осунувшейся, как будто не спала всю ночь, ее хрупкие плечи ссутулились под тяжестью беспокойства о своей дочери. Выражение лица женщины было таким, без которого Трабер никогда ее не видел - усталость от того, что никогда не знаешь, в каком настроении ее пьяный муж войдет в дверь и на ком он может выместить свою озлобленность. Когда она заговорила, в ее голосе прозвучало смирение:

– Я просто так волнуюсь за нее.

– Я знаю, что беспокоитесь.

– Я знаю, что это не первый раз, когда она убегает, но она всегда возвращалась раньше.

– Слушайте, если ее никто не видел, это не значит, что с ней что-то случилось. Может, она решила, что с нее хватит Мерла. Он там на вас довольно жестко наезжает, знаете ли.

– Но у нее нет ни денег, ни одежды, ей некуда идти. Она не может же вечно скитаться.

Трабер поерзал на своем стуле. Его внимание привлек звук отъезжающей машины, и он посмотрел в окно, а затем снова на расстроенную женщину напротив себя.

– Мэри, я знаю, что вы расстроены, но она не первая девчонка, которая уезжает отсюда. Некоторые возвращаются, а некоторые так и не возвращаются... Черт, это не то место, куда хочется вернуться. Возможно, она прибилась к какому-нибудь дальнобойщику, отправляющемуся в большой город. Думаю, она выйдет на связь...

– А что если нет, Том? Что, если она ушла в горы и бродит, заблудившись в лесу, или попала в руки этого чертова клана Джонсонов?

Мэри выпрямилась. Сузив глаза, она посмотрела на Трабера холодным, жестким взглядом.

– Она может быть где угодно, и мне кажется, что вместо того, чтобы сидеть здесь и делать все, что в твоих силах, чтобы убедить меня, что моя дочь не в беде, ты бы оторвал свою задницу и попытался найти ее. Ты здесь закон и порядок, не так ли?

– Притормози, Мэри. Нас только двое, ты знаешь - я и Ральф. Я поговорил с ее друзьями, соседями. Что еще, по-твоему, я должен сделать?

Мэри встала, уперлась руками в стол и наклонилась вперед. Не сводя глаз с Трабера, она сказала:

– Если моя дочь найдется мертвой в этом лесу, ты пожалеешь, что не сделал ничего, чтобы предотвратить это.