Гора
Шрифт:
– Пару Курс, - сказал Марк, кивнув на блондинку, которая хихикнула и прошептала что-то на ухо своей подружке. Та повернулась посмотреть, улыбнулась и быстро отвела взгляд.
– Как насчет арахиса, Фарли?
– сказала блондинка.
Фарли зачерпнул под барной стойкой из ящика арахиса и высыпал его в деревянную миску, подвинув ее девушкам. Затем он достал из холодильника пару бутылок, и поставил их перед Марком и Эдди. Парни схватили их и жадно отпили.
После этого Марк подошел к девушкам, оставив Эдди допивать свою бутылку.
–
Блондинка окинула его долгим взглядом и ответила:
– Привет тебе, милашка, - что вызвало улыбку на лице Марка, и еще одно хихиканье ее подруги.
– Как тебя зовут?
– спросила она его.
– Марк, - ответил он и хлебнул еще из бутылки.
– Откуда ты, Марк? Не отсюда, это точно, не с этим.
– Она протянула руку, поглаживая длинную прядь его прямых каштановых волос.
– Я бы тебя уже заметила.
– Заметила бы, да?
– Это уж точно.
Марк кивнул Эдди, и тот присоединился к ним. Он встал у плеча Марка, прислонившегося к барной стойке.
– Это мой приятель, Эдди, король южных рокеров.
– О, правда?
Эдди пытался что-то промямлить, но блондинка перебила его:
– Ну, Марк, Эдди. Я Тельма, а это...
– Дай угадаю, - отпарировал Марк.
– Луиза[3].
Брюнетка вздохнула, и Тельма рассмеялась.
– Вряд ли, - сказала она.
– Бренда. Бренда и Тель, к вашим услугам.
– Ну, Бренда, Тель.
– Марк поднял свою бутылку в тосте.
– Очень приятно познакомиться с вами. Мы с Эдди приехали в город, чтобы...
– Эй!
Эдди повернулся и увидел парня, идущего через зал с бильярдным кием. Высокий и худой, он был одет в джинсы, сине-белую полосатую рубашку-поло и выцветшую джинсовую куртку. На голове у него была кепка "Каролинские пантеры" задом наперед. Он быстро приближался с разъяренным выражением лица. Парень остановился перед Марком, стукнул толстым концом кия по его руке и сказал:
– Какого черта, Тель?
– О, Джимми, - сказала она.
– Дай мне передохнуть.
– Что я тебе говорил?
– Может, хватит?
– Эй, - сказал Марк.
– Мы просто...
Джимми замахнулся кием.
– Заткнись, блядь!
– Эй, - повысил голос Марк.
– Господи, - пробормотал Эдди, а затем посмотрел вниз, чтобы проверить, нет ли у парня змей на его ковбойских сапогах, и подумал, успеет ли он обрушить свою бутылку пива на голову парня, прежде чем кий проломит череп Марка. Парень, с которым Джимми играл в бильярд, склонился над музыкальным автоматом. Мгновение спустя зал заполнила песня "So Caught Up In You" группы 38 Special.
– Черт побери!
– крикнула Тель.
Фарли постучал битой о столешницу, перегнулся через стойку и сказал:
– Все разборки - на улице.
– Не лезь, Фарли, - сказал Джимми, и Фарли сильно хлопнул битой по столу.
– Я сказал, на улицу!
Тель спрыгнула со своего барного стула. Загородив Эдди, она
– Может, хватит уже? Господи, Джимми, мне двадцать три года, ради всего святого.
– Мы говорили об этом.
– Да, мы говорили об этом, и я сказала тебе остыть. Так что остынь, блядь!
– Чувак, - окликнул парня один из друзей Джимми, тот, который был у музыкального автомата, а теперь вернулся к бильярдному столу.
– Оставь свою сестру в покое.
– Да, - сказал Марк.
– Остынь, пока не пострадал.
– Пострадал? Это ты сейчас у меня пострадаешь, ублюдок, клянусь ебаной матерью!
– Я даже не знаю твою мать, - парировал Марк, словно нарочно выводя парня из себя.
– Не надо!
– воскликнула Тельма, зная, что будет дальше, однако предотвратить этого не смогла. Джимми взмахнул кием, Марк увернулся, кий пролетел по широкой дуге и врезался в лицо Фарли, откинув того назад, и от удара тот выронил биту.
– Черт побери!
– крикнул он, зажав рукой ухо.
Когда Джимми сделал неуверенный шаг назад, Фарли наклонился, схватил свою биту, встал и потряс ею вслед Джимми, который к этому времени уже отошел к бильярдным столам.
– Ты сукин сын!
– Мне... мне жаль... Фарли, мне жаль. Правда...
– Ах ты мелкий членосос!
– Он не хотел этого, - крикнула Тельма, когда Фарли оббежал стойку бара, и бросился за Джимми и его приятелями, которые побежали к двери. Фарли выбежал за ними на крыльцо, громко ругаясь. С улицы послышались хлопки закрывающихся автомобильных дверей и визг шин. Марк и Эдди ошарашено смотрели друг на друга.
Марк повернулся к Тель, который улыбалась ему.
– Что, - спросил он.
– Что это было?
– Он просто... слишком опекает ее, - сказала Бренда, и Эдди был рад услышать от нее хоть слово, потому как думал, что единственное, что она может делать, это сидеть и хихикать.
– Чрезмерная забота - это одно, - сказал Эдди.
– Но это было нечто из ряда вон выходящее.
– Ни хрена себе, - сказал Марк.
– Ну, - сказала Бренда.
– Несколько дней назад здесь пропала девчонка. Разозлилась на своего папашу и ушла из дома. С тех пор ее никто не видел, и люди беспокоятся о ней.
– Большинство людей, то есть, - добавила Тельма, и Бренда кивнула.
– Большинство?
– сказал Эдди.
– Да, - повторила Бренда.
– Некоторые думают, что она сбежала, потому что у нее неблагополучная семья, ее папаша всегда лупил ее братьев, иногда и ее тоже.
– Она не сбежала, но уже не вернется, - загадочно сказала Тель, и Марк хотел было уже уточнить, почему она так уверенно говорит об этом, когда Фарли ворвался в зал, ругаясь и рассыпаясь в обещаниях поквитаться "с этим маленьким ублюдком, когда тот попадет к нему в руки". Бармен прошел за барную стойку, его бита громыхнула и покатилась по полу, когда он бросил ее на пол, на его голове уже вздулась шишка, а лицо исказилось от злости.