Google для разбитых сердец
Шрифт:
– Неужели? Я прекрасно его знаю. Только что видел в баре.
– Что?
– Шучу, шучу, дорогая. Прошу вас, продолжайте.
– Для того чтобы найти его, я создала на Фейсбуке группу под названием «Где Макс?».
– И эта группа приобрела бешеную популярность, верно?
– Верно, – улыбаюсь я.
– Скажите, а может, ваш Макс просто не хочет, чтобы его нашли?
– Надеюсь, это не так. Видите ли, мы с ним знакомы целую вечность, но он совсем недавно признался, что любит меня. Думаю, когда он узнает, как сильно я его люблю, он поймет и…
– Вы его любите?
– Безмерно.
– Наверное, приятно испытывать такое сильное чувство?
– Приятно. Но было бы еще приятнее, будь он рядом.
– А пока его нет, это похоже на полет без крыльев?
– На полет без крыльев? Может быть.
– Вы чувствуете, что он – ваша вторая половинка?
– Чувствую. И надеюсь, половинки скоро соединятся.
– О ваших поисках уже писали газеты. А сегодня на вас особенная футболка. Скажите нашим слушателям, что написано у вас на груди.
– «Где Макс?». По-французски.
– А почему по-французски, он что, француз?
– Нет, он ирландец.
– Ну, ирландцы – упрямый народ. Не исключено, вам долго придется за ним гоняться, – изрекает Стюарт и громко хохочет.
Я начинаю чувствовать себя идиоткой.
– Уже удалось добиться каких-нибудь успехов? Есть новости о Максе? Или от Макса?
– Пока нет, но надеюсь, скоро появятся. – И почему-то я тоже захожусь хохотом.
– Расскажите о своем блоге, Вивьен. Вы ведь буквально выложили в Сети свое сердце, верно?
– Можно и так сказать. Я пишу этот блог каждый день, чтобы Макс понял – не проходит ни одного дня, чтобы я о нем не думала. Если он только это прочтет…
Меня душат слезы. Не хватало еще разрыдаться в эфире!
– И что же, Макс ответил вам хоть раз? – доносится до меня голос Стюарта.
Я пытаюсь взять себя в руки.
– Нет. Пока нет.
– Не хочу быть жестоким, Вив, но не исключено, он действительно не желает, чтобы его нашли. Конечно, это всего лишь предположение. Но согласитесь, такое может быть.
Я замечаю, что нашу беседу сопровождает приглушенная печальная музыка.
– Не соглашусь. Я уверена, он вернется.
– Значит, так оно и будет, дорогая. Может, вы расскажете нам, что послужило причиной его бегства? – мягко спрашивает Стюарт.
– Да, конечно. Между нами произошло… недоразумение. Он решил, что я… что я предпочла ему другого. Но это не так. Мне нужен только он.
– Послушайте, наверное, я слишком старомоден, но не проще ли было позвонить ему и все объяснить? Стоило ли затевать такую грандиозную кампанию?
– Я звонила ему бессчетное количество раз. Он не отвечал на звонки. Тогда я поняла, что должна во что бы то ни стало рассказать ему о своих чувствах.
Печальная музыка начинает звучать громче.
– Лапочка моя, но, вероятно, он просто хотел от вас отделаться. Не желаю вас расстраивать, просто пытаюсь понять, сознаете вы это или нет.
– Нет. Не сознаю. Я не хочу в это верить.
Внезапно я представляю, как сижу в этой обшарпанной студии в своей пресловутой футболке, с дурацкими наушниками на голове, и меня охватывает неодолимое желание встать и выбежать прочь. Конечно,
– Создается впечатление, что поиски Макса захватили множество людей, – продолжает Стюарт. – В вашей группе на Фейсбуке более десяти тысяч участников. Кстати, один из них – я! Как вы думаете, в чем причина подобной популярности?
– Думаю, людям очень важно верить в то, что любовь существует.
– Правда? Разве в нашем циничном мире, где все подчинено материальным ценностям, любовь не утратила своего значения?
– Для меня – нет. И как выяснилось, для многих людей – тоже.
– Среди этих людей – ваш покорный слуга. Мы с вами неисправимые романтики, да, Вивьен? Верим в силу любви. И хотим доказать это всему миру.
– Честно говоря, я хочу найти любимого человека.
– Да, разумеется! Скажите, Вивьен, а что вы будете делать, если Макс все-таки не вернется?
– Не вернется?
– Да. Давайте представим, что он прочтет ваш блог, зайдет в вашу группу на Фейсбуке, даже послушает нашу передачу и скажет… – Стюарт начинает говорить с комичным ирландским акцентом: – «Господи боже, и почему эта женщина не хочет оставить меня в покое!»
Что, если он прав? Это предположение заставляет меня похолодеть. Я затеяла всю эту канитель, чтобы доказать Максу свою любовь, но что, если эта любовь ему вовсе не нужна? Что, если он возненавидит меня за шумиху, которую я подняла вокруг его имени? В моей памяти всплывает разговор с бабушкой. «Ты всегда пыталась добиться своего, – сказала она. – Всегда думала, что тебе удастся изменить мир». Я представляю себя уже не романтичной возлюбленной, чувства которой преодолевают пространство, а назойливой эгоисткой, не способной достойно принять поражение.
– Так что же вы будете делать, если Макс не вернется? – упорствует Стюарт.
– Об этом я пока не думала, – пытаюсь улыбнуться я.
В наушниках у меня заливаются плачем скрипки. Думать – это вообще не мое занятие. Как всегда, я подчинилась импульсу, не размышляя о последствиях. Мне казалось, я нашла удачный выход. И он обязательно откликнется. Ведь это же Макс. Мой лучший друг. Я так увлеклась, что незаметно превратила нашу любовь в балаган. В мыльную оперу. Внутри меня растет напряжение. Наверное, сейчас самый подходящий случай исправить свои ошибки.
– Стюарт… могу я кое-что сказать? – спрашиваю я.
– Естественно. Именно за этим вы сюда и пришли, дорогая.
– Я хочу прекратить поиски Макса.
– Прекратить поиски?
Музыка в моих наушниках затихает.
– Да, я хочу остановить кампанию.
Стюарт ожидает объяснений, упершись взглядом в панель. В наушниках вместо музыки – какое-то шуршание. Повисает тишина. На радио не должно быть тишины. Так и передачу недолго сорвать.
– Я прекращаю поиски Макса, – повторяю я, чтобы заполнить паузу, и безнадежно смотрю на склоненную макушку Стюарта. Он явно начинает лысеть. Черт, почему он молчит?