Гонтлгрим
Шрифт:
Дор'кри не обнаружил никакого выхода из помещения, и его глаза расширились от удивления, когда он заметил, что корень Главной Башни не теряется в трещине, а, извиваясь по стене, уходит прямо вниз сквозь пол. Вампир улыбнулся, решив, что его путешествие подходит к концу. Он задул свечу и стал таким же бесплотным, как и пар вокруг. Вампир скользнул через трещину в полу, спускающуюся вдоль корня.
Несколько дней спустя немного обескураженный и весьма заинтригованный Дор'кри снова появился в палатах Валиндры Теневой Мантии.
В покоях
— Я бродил в корнях Главной Башни, — пояснил он. — Ты помнишь Главную Башню…?
— Конечно.
— Знаешь ли ты это место: огромный зал, где корень исчезает под землёй?
— Она не сможет тебе ответить, — послышался другой голос.
Далия показалась из-за одного из декоративных гобеленов, висевших здесь повсюду. Она чуть заметно улыбнулась и кивнула в сторону каменного черепа, в который был заключён дух Арклема Грита.
— Вот он может.
— Ты…?
— Расскажи мне об этом «огромном зале».
— Это поистине удивительное место, по размеру сравнимое с некоторыми городами Под…
— Гонтлгрим, — прервала его Далия, и Дор'кри уставился на неё, ничего не понимая.
— Древняя родина дварфов Делзуна, — пояснила эльфийка. — Потерянная настолько давно, что уже стала мифом.
— Но он реален, — сказал Дор'кри.
— Ты исследовал его?
— Я повернул пока не зашёл слишком далеко.
Далия смотрела на него, подняв одну бровь.
— Призраки, — пояснил вампир. — Призраки дварфов и другие более тёмные твари. Я подумал, что будет благоразумнее вернуться и рассказать тебе о том, что я узнал. Как, ты сказала, он называется? Гонтлгрим? Как ты узнала?
— Грит рассказал мне. Главная Башня была связана с этим самым древним из дварфийских городов. Она была построена дварфами, эльфами и людьми в стародавние времена, и хотя построена она была для всех, лишь немногие дварфы жили непосредственно в Главной Башне.
— А её могущество принесло пользу этому городу, этому «Гонтлгриму»?
Далия пересекла комнату, на ходу пожимая плечами.
— Очень надеюсь, Арклем Грит знает больше, чем говорит, или я пойму больше из его слов. Вскоре я попробую снова с ним поговорить. Она древняя — не то чтобы совсем, конечно, но чувствуется качественная работа, в кладке и магии, которые сотворили Главную Башню Тайного Знания. И она действительно как-то связана с… — Далия замолчала, когда заметила озадаченный взгляд Дор'кри.
— Ты носишь два алмаза в правом ухе, — пояснил вампир. — Восемь в левом и два в правом.
— Неужели ты ревнуешь, — парировала Далия.
— Борланн Ворон нуждается в стимуле, я полагаю?
Далия только улыбнулась.
— Ревную? со смехом сказал Дор'кри. — «Успокоился» — это слово больше подходит. Лучше быть очередным в твоём правом ухе, чем знать о твоей
Далия долго и внимательно глядела на него, и вампир испугался, что, возможно, было не самой лучшей идеей, рассказать ей, что он понял значение украшений.
— Теперь мы знаем, где искать, — сказал эльфийка после долгой и неуютной паузы. — Я продолжу свою работу с Арклемом Гритом, используя все, что он может мне предложить, а ты должен попытаться собрать как можно больше информации о Гонтлгриме, или о том, как нам отвлечь стражу вроде тех призраков, о которых ты рассказывал.
— Это опасная дорога, — ответил вампир. — Если бы я не мог покидать физическое тело, мне пришлось бы биться, как за право войти, так и за право выйти. И с грозными противниками.
— Тогда мы найдём ещё более грозных союзников, — пообещала Далия.
Глава 5
Дроу и его дварф
Моргенштерны были диагонально закреплены за спиной, их стеклянно-стальные шары ударялись друг о друга при каждом шаге. Прохожим Атрогейт казался скорее дипломатом, нежели воином. Его густые чёрные волосы были ухожены, а длинная борода заплетена в три косички, украшенные ремешками с ониксами. Ещё один камень — магический — был вставлен в обруч на голове дварфа. Широкий пояс, окрашенный в чёрный цвет, придавал своему владельцу огромную силу. Чёрные сапоги истоптали тысячи дорог, но остальная одежда дварфа соответствовала последней моде: штаны из серого вельвета, рубашка тёмно-аметистового цвета и чёрный кожаный жилет, не дававший закреплённому за спиной могучему оружию навредить хозяину.
Увидеть Атрогейт в Лускане было обычным делом, а его связь с тёмными эльфами являлись самым плохо скрываемым секретом Города Парусов. Но дварф ходил по городу открыто и без сопровождения. Видимого, во всяком случае. Казалось, он сам напрашивался на нападение. Не было ничего, что дварф любил бы больше, чем хорошую драку, но в последнее время они стали редкостью. Его партнёр смотрел на это увлечение неодобрительно.
Атрогейт подошёл к зданию напротив своего любимого паба — Укус Акулы — подходящее место для того, кто хоть раз побывал в обществе Весёлых Мясников. На углу переулка он прислонился спиной к стене и, достав большую трубку, начал забивать в неё табак.
Дварф наслаждался дурманом, выпуская дымные кольца, медленно уплывающие вдаль, когда стройная эльфийка вышла из Укуса Акулы и остановилась возле кучки пьяниц, которые тут же начали бросать похотливые комментарии в её сторону.
— Ты её видишь? — спросил Атрогейт, не вынимая изо рта трубку.
— Трудно не заметить, — ответил голос из тени позади воителя.
Учитывая разрез на юбке, высокие чёрные сапоги на красивых ножках и низкий вырез блузки, эти слова были, по меньшей мере, сильным приуменьшением.