Гонтлгрим

Сальваторе Роберт Энтони

Женщина била противника снова и снова, и к тому времени как исчерпала всю энергию вращения, дьявол свалился на пол.

Воительница посмотрела на Дриззта, и они обменялись улыбками и кивками.

— Мой король? — услышал дроу позади. Он обернулся, с сомнением качая головой, и посмотрел в сторону узкого тоннеля, прежде чем обратится к дварфу. Но к тому времени, как он собрался поприветствовать старого товарища, тот, разобрав, что к чему, со всех ног бросился к коридору, которым ушёл Брунор.

Дриззт и Далия собрались присоединиться к нему, но не

успели они сделать и пары шагов, как отряд Ашмадай перешёл в наступление.

Скоро прольётся ещё больше крови.

* * *

Щит столкнулся с булавой, поглощая часть энергии удара, но оставшейся силы хватило, чтобы сбить однорогий шлем Брунора и повредить кожу головы.

Но обмен ударами был на руку дварфу. Его топор врезался в рёбра дьявола, нанося страшную рану.

И снова они сошлись вместе в титанической борьбе, сталкиваясь лбами, кусая и колотя друг друга.

Но в арсенале у демона было больше оружия. Его хвост, действующий сам по себе, беспрестанно хлестал Брунора по спине, ища прорехи в броне. Покрытые костяными наростами руки болезненно впивались в дварфа, разрывая кожу на его предплечьях. И пасть… необычайно широкая и полная длинных зубов…

Брунор взглянул вверх на открытую пасть противника, а затем в его дикие глаза, в тот момент, когда дьявол собрался укусить его. Но вместо того, чтобы уклониться, дварф ответил собственной атакой. Сильный ноги подбросили его вверх, и Боевой Молот встретил жадные челюсти своим лбом.

Кровь заливала лицо — его собственная кровь, осознавал Брунор. Но при этом он знал, что нанёс противнику сильный удар.

Обхватив дьявола, дварф переложил топор в другую руку, а затем сдавил монстра чуть выше груди и ниже повреждённого подбородка. Брунор вложил в это действия все свои силы. Как и былые короли и древние боги, что сейчас были в его теле.

Боевой Молот отбросил Биалтиматуче прочь. Почти ослеплённый потоком собственной крови, Брунор с трудом мог разглядеть потрясённого дьявола или что-то меньшее, внезапно возникшее рядом с противником и яростно накинувшееся на него. Но тут он услышал крик — гимн дружбе — знакомый на протяжении многих десятилетий…

— Мой король!

Брунор пошатнулся и потряс головой, смахивая кровь с глаз. Это был Тибблдорф Пуэнт!

Конечно, это был Пуэнт.

В тот момент Боевой Молот даже не задался вопросом, как берсерк очутился здесь. Более того, было бы куда удивительней, не окажись Пуэнт рядом, когда Брунор так нуждается в нём, когда в нём нуждается сам Гонтлгрим.

И Брунор, благоразумно оставшись на месте, наблюдал, как беснующийся Пуэнт набросился на демона, как шип на его шлеме погрузился глубоко в плоть врага, как острые грани на кулаках, коленях и мысках пронзали, кромсали и лягали, срывая широкими полосами красную кожу.

Брунор поднял, и на мгновение подумал, что его вмешательство уже не требуется.

Но Биалтиматуче был дьяволом ямы, герцогом Девяти Кругов Ада, существом невообразимой силы.

Пуэнт вздрогнул, когда отравленный шип на

конце хвоста ужалил его в затылок. Он остановился, и Биалтиматуче оттолкнул его прочь. Дьявол шипел и рычал, пока длинный шип на шлеме берсерка выходил из его торса. Пуэнт поднялся, уставившись на противника и прилагая существенные усилия, чтобы удерживать равновесие.

Ударом слева дьявол отправил берсеркера в полёт, завершившийся жёстким столкновением со стеной у выбитой двери.

Брунор смотрел, как Тибблдорф Пуэнт сползает на пол.

И с превосходящей всё в этом мире яростью, бурлящей внутри старого короля — за Гонтлгрим, во славу древних дварфийских богов, за саму сущность дварфов, дварфов Делзун, дварфов Боевого Молота — Брунор снова бросился в бой.

Его ярость возрастала с каждым мигом. Дварф пропускал опасные удары огненной булавой, но не обращал на это внимания, давая выход своему гневу. Комната тряслась от звуков столкновения оружия не с другим оружием или щитом, но с плотью. Противники обменивались оглушительными ударами, и ни один не собирался сдаваться.

Биалтиматуче снова опасно взмахнул булавой, но Брунор вскинул щит и, пригнувшись, отклонился вправо. Огненное оружие врезалось в металлическую поверхность, не настолько сильно, чтобы отшвырнуть дварфа, но достаточно для того, чтобы придать дополнительный импульс его вращению и подбросить вверх.

Подлетев достаточно высоко, Брунор схватил топор обеими руками и занёс его над головой. И он начал опускаться вниз, всё его тело буквально затрещало от неимоверного напряжения, мышцы протестующе загудели, чувства обострились.

Топор Брунор опустился прямо промеж закрученных рогов. Сила кузницы Гонтлгрима, сила королей прошлого и древних богов высвободилась через Короля Брунора и его оружие.

С ужасающим хрустом топор расколол череп Биалтиматуче надвое. И опускаясь ещё ниже вместе с падающим Брунором, раскроил дьявола вплоть до самых колен.

Дьявол всё ещё держался на ногах, хотя разрубленная голова безвольно болталась за спиной. Но ярость дварфа всё ещё не иссякла. Он отбросил топор и щит и накинулся на монстра, хватаясь одной рукой за горло, а второй за промежность. Брунор выпрямился в полный рост, подняв Биалтиматуче в воздух. И хотя он снова казался просто дварфом — сила трона, волшебного зелья, королей и богов покинула его — он всё ещё гордо стоял на ногах и всё ещё удерживал дьявола на выпрямленных руках.

Брунор шагнул на уступ. Он посмотрел вниз в огненную яму Исконного и увидел зверя, огненным глазом смотрящего на дварфа.

Боевой Молот швырнул дьявола в яму.

Затем Брунор упал на колени, силы покидали его, кровь текла из десятка страшных ран. Он рухнул на грудь, распластавшись на земле, голова свесилась с края, чтобы увидеть падение дьявола.

Вместо этого на глубине около тридцати футов на одном из выступов Боевой Молот заметил кого-то похожего на дварфа, лежащего в абсолютно неестественной позе, но явно живого. Существо жалобно протянуло руку навстречу ему и позвало по имени.