Гонец. Том 2
Шрифт:
— Помогу небольшим советом, — Жорж снова сцепляет руки за спиной. — Тебе нужно минимум сто рабочих каналов, чтобы твои активные навыки могли работать на полную эффективность.
— Очень полезный совет, — без капли энтузиазма роняю я. Эту потрясающую новость мне уже сообщила Система.
Он слегка хмурится на мой сарказм.
— Мой совет еще не окончен, Новик. Чтобы заставить организм формировать новые каналы, тебе придется осваивать максимально разносторонние навыки. Таким образом твое тело начнет остро нуждаться в дополнительных
А вот это уже действительно интересно. Ценная информация.
— А как при этом развиваются сами активные навыки?
— Те методы, которыми мы их развиваем у учеников со стандартной маной, тебе не подходят, — качает головой Жорж. — О Пульсирующих мы вообще знаем крайне мало. Обычных послушников мы учим плавно работать с маной и направлять усилия строго по Пути Гонца. Пульсирующим же нужно всё делать через надрыв. Тебе придется постоянно переступать предел и буквально рисковать жизнью.
Что-то подобное я и подозревал. Каждый раз, когда я едва не протягивал ноги и выгрызал себе еще немного времени, Система щедро отсыпала подарки. Стресс и риск — вот мой катализатор роста. Ну и, само собой, все эти риски должны лежать в рамках Пути Гонца.
— Похоже, с такими вводными мне самое место на предстоящей войне, — философски замечаю.
— Можешь не утруждать себя излишними размышлениями на этот счет. За тебя уже сделали выбор, — отрезает Жорж. — Генерал Кнут, главнокомандующий армией против вулканцев, хочет видеть сына Эльса Вальда на фронтире. И нет, твоя любимая отговорка, что ты больше не сын своего отца, здесь не сработает.
Я задумываюсь. Хм, и сдался же боевому генералу толстый Гонец? Вряд ли Кнут следит за моими скромными успехами в Училище. Не исключено, что здесь замешана старая неприязнь. Возможно, кто-то из верхушки хочет устроить сыну «грязного предателя Эльса» смерть на поле боя, списав всё на боевые потери. Или даже сам генерал Кнут был в числе ненавистников моего отца и теперь хочет отыграться на сыне. В любом случае, звучит как приговор.
И что, мне бояться? Да сейчас! Разбежались! Я был заочно приговорен к смерти с той самой секунды, как появился в этом мире. И ничего — до сих пор дышу.
— Иди занимайся, Новик, — Жорж отворачивается к окну, давая понять, что аудиенция окончена.
Ну, я и иду. По расписанию как раз ужин, и когда я добираюсь до столовой, ребята уже вовсю уминают свои порции под гул голосов.
— Лёня, Батона я покормил и уложил спать, не переживай, — тут же рапортует Тимур, едва я подхожу к столу.
— Спасибо, дружище.
Сажусь с тяжелым подносом и начинаю жадно уплетать еду — после адреналиновых качелей и системных обновлений организм требует калорий. Лина сидит напротив. Она выглядит вымотанной, задумчиво ковыряется ложкой в каше и почти ничего не ест.
— А вы
— Ты его совсем не знаешь, Рита, — резко и угрюмо обрывает ее Лина. От тона подруги брюнетка растерянно хлопает глазами. Лина же переводит взгляд на меня. — Спасибо, Лёня. Спасибо, что пошел со мной в кабинет Первого Мастера. Я у тебя в долгу.
— Ой да брось. Для чего еще нужны друзья? — отзываюсь я, проглатывая еду. Понимая, что тянуть бессмысленно, решаю сразу предупредить группу. — В общем, меня отправляют на войну. Вопрос решенный.
— Ого! Вот это да! — восхищенно вскрикивает Дима.
— Поздравляю, брат! — тут же подхватывает Тимур. Да и остальные парни за столом радостно загомонили, предвкушая будущую славу.
— Я вам это сказал не для того, чтобы вы меня поздравляли, — я откладываю ложку и окидываю друзей взглядом. — Включайте головы. Скорее всего, вас, как моих одногруппников, тоже прицепом отправят на фронт. Никто не будет разбивать слаженные отряды. А потому все оставшиеся дни в Училище мы обязаны провести с максимальной пользой.
— Что ты имеешь в виду, Лёня? — спрашивает Кира.
— Практические умения, — отвечаю — На войне мы должны знать, как быстро обработать рану себе и товарищу, чтобы остановить кровопотерю. Также в копилку основы самообороны, чтобы выжить в рукопашной. Ну и то, как банально раздобыть еду и чистую воду в походных условиях.
— Лёня прав, — кивает Лина, лицо которой после визита к Жоржу окончательно лишилось детской наивности. — Сегодня вечером в библиотеке мы не будем зубрить шифры. Мы ищем профильную литературу по выживанию и полевой медицине.
После ужина мы расходимся по баням. Стянув через голову рубашку и избавившись от штанов, я вдруг кожей чувствую на себе чужое внимание. Оглядываюсь: парни вокруг смотрят на меня с непривычным уважением, а некоторые и вовсе откровенно сторонятся. Особенно та недавняя троица — Сыкл, Лопоухий и Сопатый с распухшим носом, которые жмутся подальше и стараются лишний раз не встречаться со мной глазами.
— Чего это они все на меня так пялятся? — вполголоса спрашиваю я у Гворка, который как раз оказался рядом.
— А ты сам на себя глянь, — усмехается здоровяк. — Здоровый как буйвол, только вот пропал вид рыхлого, нежного теленка. Выглядишь так, будто убить можешь.
— Ты что, жир сжег, Лёня? — влезает в разговор Тимур.
Зеркал тут отродясь не водилось, но мне и без отражения всё понятно. Я опускаю взгляд: под кожей вполне отчетливо выпирает бицепс, стоит чуть напрячь руку.
— Нет, Тим, за одну неделю столько жира не сбросить, — со вздохом поясняю. — Это просто лишняя вода из организма сошла, ну и внутренние отеки со вздутиями спали. Только и всего.