Гонец. Том 2

Володин Григорий Григорьевич

К повозке подходит Грон в сопровождении двух Бегунов. Они подхватывают связанного Битча и уводят его прочь, а мастер Серж говорит:

— Новик Битч — предатель, он пытался убить своих товарищей. А еще… со мной связался Жорж. Сегодня вечером проведем общее собрание послушников.

Мастера, переговариваясь между собой, уходят в сторону административного корпуса, а мы с Линой обмениваемся взглядами. В ушах до сих пор стоит каркающий голос красного ворона. Война. Настоящая мясорубка, на которую, если верить приказу, отправят

даже зеленых Новиков без активных навыков. Я едва заметно качаю головой, подавая девушке знак: мол, держи язык за зубами, незачем пугать ребят раньше времени. Подготовиться к такому мы всё равно не успеем, так пусть поживут без этой тревоги хотя бы до вечернего собрания.

— Вальд! — раздается возмущенный девичий крик.

К нам быстрым шагом направляется Рита. Ее волосы сейчас рассыпались черным крылом по плечам.

— Ты вообще следишь за своим лосем?! — накидывается брюнетка на меня.

— А что не так с Батоном? — напрягаюсь я, мигом забыв про все военные угрозы.

— Я, кстати, его покормил и даже выгулял, пока вас не было, — тут же вклинивается подошедший Тимур.

— Спасибо, выручил, — благодарю я друга.

— Леон, ты посмотри на мои волосы! — не унимается Рита. Глаза ее так и сверкают. — Ничего не видишь странного?!

Я неуверенно предполагаю:

— Они лезут тебе в рот?

— Тьфу! — Рита сплевывает попавшие на губы кончики прядей. — Твой Батон сжевал все мои запасные ленты для волос! Вытащил и сжевал! Даже любимую розовенькую!

— Какой ужас! — Кира в шоке поднимает ладони к лицу.

— Причем странно, что он начал жевать уже после кормежки, — замечает Тимур. — Ходит, постоянно что-то мусолит во рту. И поскуливает иногда, будто живот болит.

— Хм… — я начинаю всерьез беспокоиться.

— Иди уже, Вальд, — Лина легонько подталкивает меня в плечо. — Иди проверь Батона, потом присоединишься к уборке. Мы пока тут сами.

— Хорошо, — киваю я и быстрым шагом спешу наверх к нашим комнатам.

Тело хоть и устало, но мышцы благодаря зелью Сержа посвежели.

Батон сразу кидается ко мне, поскуливая, и тут же начинает жадно мусолить мои пальцы. Ощущение забавное: поскольку верхних резцов у лосенка нет, он не кусает, а плотно прижимает палец к жесткой верхней десне и скребет по нему нижними зубами. Оглядевшись, замечаю, что он изжевал соломенную подстилку и даже обгрыз деревянные балки в тамбуре.

— Да у тебя никак зубы режутся, сохатыш, — хмыкаю я. Заглядываю ему в рот, после чего подхватываю вертлявую ярко-рыжую тушку на руки и несу в медкрыло.

Внутри застаю Рану.

— Что случилось, Лёня? — она подходит ближе и ласково поглаживает Батона. Лосенок тут же переключается на нее и начинает жадно обсасывать пальцы девушки.

— Да у Батона, похоже, зубы режутся, совсем места себе не находит, — объясняю. — Я не собираюсь просить препараты, сестра. Знаю, что Новикам нельзя давать лекарства без указа мастеров.

Но, может, хотя бы советом поможешь?

— Помогу и советом, и не только, — тепло улыбается она, не отнимая руки у лосенка. — Совет такой: давай ему жевать свежий сочный ивовый прутик. Ивовый сок отлично снимает воспаление с десен и обладает легким обезболивающим эффектом.

— Спасибо, сестра, — киваю я и уже собираюсь унести рыжего пастись во двор.

— Постой, брат Лёня, я же сказала, что не только советом помогу, — Рана задерживает меня с хитрой, понимающей улыбкой. — Новикам я, правда, не имею права выдавать лекарства, устав есть устав. Но животным-то зачем страдать? Им наше суровое обучение проходить не нужно.

Рана достает из шкафчика тонкие пластинки, заворачивает их в бинт и передает мне. Вдогонку вручает маленькую склянку.

— Пластинки — это растительное обезболивающее. Будет мучиться — сунешь одну под язык. А в склянке легкое снотворное.

— Снотворное точно можно ему?

— Это можно, — мягко улыбается сестра. — Острая боль после пластинки уйдет, но зуд останется. Если он не уснет, то от стресса разнесет вам весь блок. Капнешь на язык на ночь, и до утра у вас будет тишина, а Батончик отдохнет.

— Спасибо, сестра, спасаешь, — с облегчением киваю я.

— Обращайся, Лёня, — улыбается Рана, напоследок погладив лосенка по голове.

Я перехватываю своего ездового зверя поудобнее и несу его обратно через двор. Батон в это время увлеченно жует мое левое ухо, мерно причмокивая.

Дорогу вдруг перекрывают трое парней из группы Битча. Конопатый Сыкл и еще двое. Имен их я не помню, так что назову-ка их про себя Лопоухий и Сопатый за колоритную внешность.

— Вы вроде не прозрачные, насквозь не пройдешь, — замечаю, крепче придерживая брыкающегося лосенка.

Они не расступаются.

— Почему Битч был связан?! — с ходу наезжает Сыкл, агрессивно насупившись. — И куда его увели?!

— Вечером на общем собрании мастера, может быть, скажут, — я делаю шаг в сторону, пытаясь просто пройти мимо, но мне не дают, перегородив путь.

— Нет, ты нам сейчас скажешь, — цедит Сопатый, надвигаясь на меня. — Где наш напарник?

Я вздыхаю. Какие упертые. Могу ли я им вообще сказать правду? Разрешения от Сержа у меня нет, но, с другой стороны, пускай знают, за какую гниду они сейчас заступаются.

— Думаю, он уже в тюрьме Гильдии, — спокойно отвечаю. — Он предатель. Пытался убить меня и моего одногруппника.

— Что за бред?! — багровеет Сыкл, сжимая кулаки. — Ты гонишь! Жирдяй, ты просто подставил его!

— Видимо, Битч — действительно отличный парень, раз вы сами его колотили втихую, — киваю.

— Он наш одногруппник, нам можно его бить, а тебе нет! — рычит Лопоухий и вскидывает руки.

? [ПРОТОКОЛ «ЗНАНИЕ ПУТИ»: АНАЛИЗ ОКРУЖЕНИЯ]