Голые
Шрифт:
– Я могу и уйти. – Мне хотелось сказать это с яростью, однако мои намерения выдал голос, предательски задрожавший.
– Можешь, – согласился Алекс. – Но не хочешь.
Я действительно этого не хотела, поэтому сидела не шелохнувшись, когда он расстегнул мои джинсы и скользнул рукой внутрь. Его ладонь проползла по моим трусикам – на сей раз кружевным, выбранным больше для эффекта, чем для удобства. Алекс потер клитор, и мое тело дернулось в чувственной судороге.
Действуя одной рукой, он умудрился ловко сдернуть джинсы к моим бедрам. Я не могла помочь ему – только не сейчас, когда мои руки были
– Черт возьми, – выругался Алекс тихим, охрипшим голосом, почти справившись с непокорной одеждой.
Я рассмеялась, выгибая спину навстречу его губам, скользнувшим по моему животу.
– Что-то ты расстарался.
Алекс окончательно сорвал джинсы, еще раз коснулся губами моей кожи и подтянул меня повыше, чтобы заглянуть мне в глаза. Его хватка на моих запястьях ослабла.
– Соедини свои руки, ладонь к ладони. Сцепи пальцы.
Волосы Алекса упали вперед, и это придало ему распутный, невозможно сексуальный вид. Сегодня Алекс не побрился, и один случайный взгляд на его щетину заставил меня дрожать: я представила, как шероховатая поверхность щеки дотронется до моего живота, когда он поцелует меня снова. И да, я сделала то, о чем он просил.
Алекс шумно, судорожно выдохнул, глядя на мои сжатые руки.
– Черт! Это… охренительно, Оливия.
Я выгнулась снова, безмолвно предлагая ему свое тело и гадая, что же он придумает теперь. И как отреагирую я, когда он воплотит все свои идеи в жизнь.
– Не опускай руки, – предостерег Алекс зловещим, низким голосом. – Я хочу видеть, как долго ты сможешь продержаться.
Немного встревожившись, я замерла на месте:
– Как долго я смогу продержаться… прежде чем что?
Его улыбка успокоила меня.
– Прежде чем у тебя возникнет потребность прикоснуться ко мне.
И, не говоря больше ни слова, Алекс потянул меня немного вниз, чтобы припасть губами к спрятанному под кружевами клитору. Он поцеловал меня там… Я инстинктивно дернулась, но по-прежнему держала свои руки сцепленными вместе. Тихий смех Алекса только раздул во мне влажный жар, и я распахнула бедра навстречу новым ласкам.
Он подцепил пальцем мои трусики и плавно опустил вниз, следуя за ними губами. Поцелуй сыпался за поцелуем: сначала – мой живот, потом – бедро, дальше – колено. Обе лодыжки. И снова выше, уже по другой ноге, пока он опять не оказался в центральной точке, с которой начал…
Я лежала очень, очень тихо. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем его рот снова стал ласкать меня, и, когда это произошло, мои пальцы скользнули, разъединившись. Лишь на какую-то секунду. В следующее мгновение я снова крепко сцепила их над головой.
– Я знаю, ты любишь побеждать. – Губы Алекса защекотали мою кожу. Его язык нашел клитор и закружился там, одновременно я чувствовала нежные поглаживания его пальца. – Разве не так?
– Это не игра Dance Dance… – Мои слова превратились в стон наслаждения.
Алекс еле слышно рассмеялся, а мне стало так хорошо, что тело невольно дернулось вперед, навстречу его языку. Его палец скользил внутри меня, и это тоже доставляло
Он лизал и нежно поглаживал меня, пока я не задрожала от неумолимого приближения кульминации. Только тогда Алекс оставил свои ласки и отпрянул. Диван немного просел, когда мой любовник приподнялся и встал на колени. Я не осознавала, что лежала зажмурившись. Но вот Алекс прервал свои ласки, и мои глаза с недоумением распахнулись.
Лицо Алекса оставалось серьезным, когда он расстегнул свои джинсы и сдернул их вниз, выпустив член на свободу. Избавившись от штанов, Алекс снова вернулся в прежнюю позицию, одно его колено оказалось между моими ногами, другое – сбоку от меня. Он принялся медленно ласкать себя, его глаза сосредоточенно сузились.
Мои внутренние мышцы сжались, клитор пульсировал. Каждый мускул моего тела напрягся, готовый взорваться от оргазма, и теперь я парила на грани блаженства. Я нисколько не сомневалась: чтобы довести меня до пика удовольствия, в этот момент достаточно лишь одного-единственного поцелуя или прикосновения.
Но Алекс не дотрагивался до меня. Он продолжал медленно поглаживать себя, его лицо оставалось сосредоточенным и серьезным. Прикусив губу, Алекс откинул голову назад. Его бедра непроизвольно дернулись вперед, подталкивая член в его руке.
В это мгновение Алекс представлял собой восхитительную картину. Даже с ощущением приближающегося оргазма, сковавшего мое тело, я мысленно поместила Алекса в объектив фотоаппарата. Вспышка, щелчок.
Глаза Алекса открылись, и он посмотрел на меня. Чувствуя, что вот-вот проиграю, я злобно зарычала. Когда мой соперник улыбнулся, мне захотелось послать его куда подальше, но он выглядел столь восхитительно, что я просто не смогла.
– Я офигительно твердый, – сказал мой мучитель, медленно поглаживая себя. – Я хочу быть внутри тебя, Оливия.
Мои пальцы вновь расцепились, всего на миг. Я опять подняла руки к голове, чтобы опереться на них лбом, ладони оказались прямо перед глазами, но я все-таки прекрасно видела Алекса. Мне хотелось наблюдать за ним.
– Ты играешь нечестно!
Его смех перерос в стон:
– Черт, как же хорошо… но может быть еще лучше.
Мой клитор снова стал пульсировать. Волна наслаждения не ослабела, я все еще балансировала на грани, так близко к оргазму, что, вероятно, могла достичь его, всего-навсего сжав бедра. Влагалище томительно ныло, желая, чтобы его наполнили.
– Ты – такая влажная, – продолжал искушать Алекс. – Я бы тут же скользнул внутрь, вперед… а потом назад…
Он лукаво приоткрыл один глаз, ожидая моего ответа. Я засмеялась бы, но была не в состоянии сделать это, тщетно пытаясь восстановить дыхание. Все мои силы были сосредоточены сейчас на том, чтобы попытаться не расцепить пальцы.
– Вот черт, – признала я после секунды борьбы с собой и уселась на диване, потянувшись к нему. – Ты выиграл.
Я притянула Алекса к себе так, чтобы он оказался сверху, и наши губы сцепились в диком, неистовом поцелуе. Его руки заскользили по моему телу, помогая избавиться от оставшейся одежды. Раздетая им, я шумно выдохнула. Все во мне напряглось в ожидании желанной разрядки.