Голубое Нигде
Шрифт:
Мгновением позже Фейт со своим маленьким другом снова оказался в сети.
На мониторе Фейта появилось маленькое окошко, и программа «Лазейка» спросила:
Объект-мишень получил мгновенное сообщение от MarkTheMan. Мониторить?
Брат Джеми Тернера, Марк. Фейт щелкнул «Да» и увидел диалог братьев на своем экране.
MarkTheMan: Можешь послать мгновенное сообщение?
JamieTT: Надо играть в факбол, то есть в футбол.
MarkTheMan: LOL [3] .
JamieTT: Обязательно. Да здравствует Сантана!!!!
MarkTheMan: Не могу дождаться. Увидимся через улицу от северных ворот в 6.30. Ты готов к рок-н-роллу?
Фейт подумал: «Конечно, мы готовы».
Уайетт Джилет замешкался в дверях и будто перенесся назад во времени.
Он находился в отделе полиции штата Калифорния по расследованию компьютерных преступлений, расположенном в старом одноэтажном здании за несколько миль от владений полиции Сан-Хосе.
3
Laughing out loud — громко смеюсь.
— Логово динозавра.
— Наше собственное, — откликнулся Энди Андерсен.
Потом он объяснил Бишопу и Шелтону, ни один из которых не выразил горячего интереса, что в начале истории компьютеров огромные машины, производившиеся «IBM» и «Контрол дэйта корпорейшн», помещались в специальных комнатах, похожих на эту, их называли логовами динозавров.
Под фальшполом проходили массивные кабели, названные удавами в честь змей, похожих на них видом (и повадками: провода временами резко разворачивались и ранили техников). Дюжина кабелей кондиционеров также пересекали комнату, охлаждающие системы предотвращали перегрев компьютеров и соответственно возгорание.
Отдел по расследованию компьютерных преступлении располагался в Вест-Сан-Карлосе — районе Сан-Хосе с низкооплачиваемым жильем, недалеко от городка Санта-Клара. Чтобы туда добраться, нужно проехать мимо нескольких агентств по продаже автомобилей — «ez terms for YOU! Se habia espafiol» — и через ряд железнодорожных путей. Одноэтажка, явно нуждающаяся в покраске и ремонте, контрастировала со, скажем, зданием «Эппл компьютере» в миле от него, безупречным, футуристическим строением, украшенным сорокафутовым портретом основателя, Стива Возниака. Единственным произведением искусства в ОРКП являлась сломанная, заржавевшая машина с пепси, примостившаяся у передней двери.
Внутри здания находилась дюжина темных коридоров и пустых офисов. Полиция занимала только небольшую часть помещений — центральное рабочее пространство, где собрались несколько модульных кабин. Там стояло восемь рабочих станций «Сан Майкросистемс», несколько «IBM» и «Эппл», дюжина лаптопов. Везде лежали кабели, одни уходили в пол, другие висели над головой, как лианы в джунглях.
— Старую аппаратуру можно взять за копейки, — объяснил Андерсен Джилету. Он засмеялся: — ОРКП наконец начинают признавать полноправной частью полиции штата и выделяют нам антиквариат, устаревший лет десять назад.
— Смотрите, аварийный рубильник. — Джилет кивнул на красный выключатель на стене. Грязная надпись гласила: «Воспользоваться только в случае аварии». — Я такого никогда не видел.
— Что это? — спросил Боб Шелтон.
Андерсен объяснил: старые универсальные компьютеры нагревались так сильно, что, если охладительная система отказывала,
Энди Андерсен представил Джилета, Бишопа и Шелтона команде ОРКП. Вначале Линда Санчес, невысокая, коренастая латиноамериканка средних лет в мешковатом желто-коричневом костюме. Она являлась служащей ПЗС команды — поиск, захват и считывание, объяснила она. Именно она захватывала компьютер преступника, проверяла его на ловушки, копировала файлы и регистрировала софтвер и хардвер в качестве доказательства. Линда также являлась специалистом по выявлению цифровых доказательств, экспертом по «раскапыванию» накопителей на жестких дисках — проверке их на предмет скрытых или уничтоженных данных (из-за чего и получила, подобно своим коллегам, прозвище компьютерного археолога).
— Я здесь ищейка, — объяснила она Джилету.
— Какие-нибудь новости, Линда?
— Нет еще, босс. Моя дочка — самая ленивая девочка на свете.
Андерсен пояснил Джилету:
— Линда вот-вот станет бабушкой.
— Недельная задержка. Сводит семью с ума.
— А это мой заместитель, сержант Стивен Миллер.
Миллер был старше Андерсена, ближе к пятидесяти. Густые седеющие волосы. Покатые, медвежьи, похожие на груши плечи. Осторожен. По возрасту Джилет определил, что он принадлежит ко второму поколению программистов — мужчин и женщин, новаторов в мире компьютеров в ранние семидесятые.
Третий — Тони Мотт, веселый тридцатилетний мужчина с длинными, прямыми, светлыми волосами и солнечными очками «Окли», болтающимися на зеленой флуоресцентной нитке на шее. В кабине висело множество его фотографий с милой азиаткой, на сноубордах и горных велосипедах. Мотоциклетный шлем стоял на столе, ботинки для сноуборда — в углу. Он представлял последнее поколение хакеров: атлеты, рискующие жизнью — и составляя программы дома за компьютером, и гоняя на скейтбордах по полутрубам на состязаниях по экстремальным видам спорта. Джилет также заметил, что из всех копов ОРКП Мотт носил на бедре самый большой пистолет — блестящий, автоматический.
В приемной отдела по расследованию компьютерных преступлений обычно сидела еще одна служащая, но сейчас она заболела. ОРКП в иерархии полиции штата занимал низкое положение (обычно коллеги-копы называли их «бригада гиков»), и временной замены никто им предоставлять не собирался. Членам команды приходилось самим отвечать на телефонные звонки, просматривать электронную почту и документы, и, естественно, никто из них особенно не радовался дополнительной работе.
Потом взгляд Джилета скользнул к одной из нескольких белых досок на стене, явно используемых для размещения улик. На доске была пришпилена фотография. Джилет никак не мог понять, что на ней, и подошел поближе. Потом охнул и застыл на месте. На фото мертвая молодая женщина в красно-оранжевой юбке, нагая до пояса, залитая кровью, лежала на клочке травы. Джилет играл во многие компьютерные игры — «Мортал комбат», и «Дум», и «Том Райдер», — но, какой бы мрачной ни была в них графика, она не могла сравниться с замершим, жутким насилием над реальной жертвой.