Голубая Сфера
Шрифт:
– Ты их убила?
– спросил командир.
– Нет.
– сказал Дженер.
– Она разнесла их словами…
Рассказов и впечатлений было больше чем самого действия. Релайсы надеялись, что все будет именно так, а Ирмариса решила провести рейд по Меросу.
Она вышла в чистое поле, раскинула сети радиоантенн и начала передачу на всю планету. Через несколько минут по антеннам был открыт огонь с космических платформ и ответ не замедлил появиться. В течение одной минуты Ирмариса разнесла несколько десятков оборонительных космических платформ, а затем возобновила свою передачу.
– Прошу прощения
– начала она.
– На меня мухи напали из космоса. Пришлось побегать с мухобойкой. Итак, я продолжаю. Эта передача предназначена для трансов, находящихся на Меросе. Надеюсь, меня слышат, если не все, то многие. Я Ирмариса Ливийская. Несколько часов назад я летала на Планету и имела переговоры с некоторыми членами Комиссии РЕДА. Разговор был не очень продуктивным, но насыщеным. Я передала им ультиматум с требованием о снятии блокады с Мероса…
– Мы требуем прекратить эту передачу! В противном случае будем атаковать ядерным оружием!
– ворвался голос на радиволну.
– Опять кто-том хулиганит.
– сказала Ирмариса.
– Господа, сверху, ядерное оружие это не игрушка. Загорится здесь, может переброситься и на другую планету. Не шутите с огнем. А еще лучше, позвоните родителям и спросите их что вам делать. Я Ирмариса Ливийская!
– А нам плевать какая!
– зарычал голос сверху.
– Вы понимаете что делаете?
– спросила Ирмариса.
– Я прошу вас не делать глупостей. Случится что со мной, сюда прилетят бабушка Иммара и дедушка Ррниу и они не будут спрашивать ваших имен, уничтожая ваши скорлупки!
Голоса с орбиты стихли.
– Меня тут перебили малость, но я продолжаю.
– сказала Ирмариса.
– Ох, какая бандура летит! Дружок из корыта, забери ее назад, пожалуйста.
– Сдохни!
– прорычал голос.
– Как пожелаешь…
Удар Ирмарисы пронзил ядерный заряд, прошел к кораблю, выпустившему его, ушел дальше и краем задел еще какой-то корабль. В космосе возникло два взрыва, а затем появился сигнал бедствия с поврежденного корабля.
– Он приказал мне долго жить.
– сказала Ирмариса.
– Итак, на чем же я закончила? Ах, да. Я передала ультиматум в Комиссию РЕДА. Мое предложение таково. Решить этот вопрос либо мирным путем, либо силовым. Я предпочитаю мирное решение, но, к сожалению, есть много релайсов, кто это не поддерживает. Так вот что я хочу всем передать. Если начнется драка в космосе, я прошу всех оставаться на планете, дабы, я не задела бы кого своего. Пользуясь случаем хочу передать привет и всем трансам на Планете и в космосе. Я не хочу вам зла и предлагаю все решить миром. Я не прошу что бы вы выполняли все мои требования разом. Я предлагаю разумный подход к решению проблемы. А именно, выход на переговоры и совместное обсуждение проблем с поиском их мирного решения. Кстати, мое предложение о том что бы трансы оставались на планете в момент возможной драки в космосе так же относится и ко всем остальным трансам. Если у вас спор с коллегами, если вы убеждены, что мир возможен, воздержитесь от драки. Я не буду трогать тех, кто желает мирного решения.
Что повлияло больше, появление на заседании Комиссии РЕДА или же радиопередача, было трудно сказать. Факт был один. Через два дня Ирмариса приняла радиопослание от Комиссии РЕДА, в котором сообшалось о согласии на переговоры.
– Я отправлюсь туда одна.
– сказала Ирмариса своим новым друзьям.
– Риск более чем велик. Я не знаю, кого там встречу и мне будет легче, если вы все останетесь здесь. А ты, Сандра…
– Я полечу с тобой и никаких разговоров.
– ответила Сандра.
– Террористка ты.
– ответила Ирмариса.
– Ладно. Летим.
Они унеслись к другой планете и некоторое время оставались невидимыми в зале, где собирались релайсы. Теперь их было значительно больше и все были в огромном напряжении.
Время подходило к самому началу.
– Чрезвычайное положение.
– сказал Председатель.
– Не знаю, запаздывает она или специально ждет последней секунды…
Ирмариса и Сандра объявили прямо перед ним и он замер на несколько мгновений.
– Надеюсь, мы не опоздали?
– спросила Ирмариса.
– Ваша самонадеянность… - проговорил Председатель и замолчал.
– Вы хотели этой встречи и я не буду вам мешать.
– сказал он, уходя со своего места.
– Не буду распыляться на знакомства, надеюсь, все знают кто мы такие.
– сказала Ирмариса.
– Ты убила нескольких трансов и должна ответить за это!
– послышался чей-то вой из зала.
– Извините, господа, но мне сложно рассчитывать слабые удары, особенно, когда на меня накидываются трансы целым скопом.
– ответила Ирмариса.
– Я никогда не нападала первой, так что ищите виновных среди трупов.
– Ты давишь на всех своей силой и говоришь, что якобы хочешь мира!
– прорычал другой голос.
– А что мне остается делать, если вы не понимаете иного языка? Я никого не задевала, пока вы сами не применили против меня силу. А раз так, то мне что, сдаться? Я знаю, что вы слабее меня и я предлагаю вам мирное решение. Разве моя сила не является доказательством того что я говорю искренне?
– Это еще не известно, какая у тебя сила.
– послышался еще один голос.
– Вот видите, у вас и мнения разные о моей силе, так что незачем на меня навешивать глупые обвинения.
– А вас никто не просил оскорблять нас!
– зарычал тот же голос.
– Чем я лично вас оскорбила?
– спросила Ирмариса.
– Не меня, а всех!
– Тогда, вам придется признать, что вы все так же оскорбили меня. И, между прочим, не один раз.
– Когда это было?!
– Пять лет назад, когда вы бросили нас на Мерос. Вы не удосужились даже выслушать нас и мы ходили по Меросу изучая местный фольклор. Так что, извините, если я вас оскорбила словами. Я плохо знаю ваш язык.
– Ты только прикрываешся этим!
– Других тем для споров у вас уже нет.
– произнесла Ирмариса.
– Я пришла сюда не для того что бы обсуждать мой лексикон. Я пришла сюда, что бы решить назревшую проблему. Пришла от имени тысяч релайсов, живущих там.
– От тысяч преступников.
– проговорил кто-то.
– От тысяч невиннососланных. От тысяч родившихся там. От тысяч тех, кого вы послали на мучительную смерть от тех кого действительно следовало убить. Но вы их не убили. Не знаю почему вы присвоили себе право осуждать невинных, но имея этот факт я присвоила себе право защищать их!