Головорез
Шрифт:
Адвокат, чувствующий себя обиженным, может отважиться на "купание среди больших белых акул". В отличие от Онтарио, которое представляет либеральное крыло, апелляционный суд Британской Колумбии является консервативным. И королевская власть, и адвокаты любят называть его "яблочным судом" ("в каждой корзине есть одно или два гнилых"). Кто является гнилым яблоком, зависит от точки зрения; при этом кандидатами на это звание обычно являются "Непогрешимый", «Недоразумение» и "мистер Золотая Середина".
Недоразумение получил своё имя в тот день, когда он попал в суд и произнёс приговор, написанный своими тремя коллегами-судьями. Дело касалось укрывательства наркотиков,
Апелляционный суд заседает при нечётном числе судей. Это гарантирует то, что он никогда не попадает в тупик. Когда приговор произносится с места, в отличие от письменного изложения обстоятельств, председательствующий первым высказывает своё мнение, а за ним высказываются остальные, говоря "Я согласен со своим коллегой" или возражая ему.
В свой первый день на месте судьи мистер Золотая Середина (который на практике составлял завещания) не смог уловить этого простого положения. Подойдя к завершению первого дела, председательствующий сказал: "Я удовлетворяю эту апелляцию". Следующий старший судья сказал: "Я отклоняю эту апелляцию". Мистер Золотая Середина – не из тех, кто гладит против шерсти – примирил их, сказав: "Я согласен с обоими своими коллегами".
И был ещё Каттер, составляющий свой собственный класс.
Главный судья имел так много кличек, что трудно проследить происхождение их всех. "Ром, Содомия и Плеть", "Железный Кулак в Железной Рукавице", "Улыбающаяся Гадюка", «Луноликий» – список можно было бы продолжать. Позднее адвокаты прозвали его "Мистер Уловка-22". Это проистекало из его логики в суде:
Пример номер один:
– Мистер Пибоди, у вашего клиента есть доказательства?
– Нет, милорд главный судья. Но он и не обязан их иметь.
– Спокойней, спокойней, мистер Пибоди, все мы знаем закон. Обычный судья не может указывать на ложность показаний заключенного. Мы же, однако, являемся апелляционным судом, и по моему мнению, отсутствие у него доказательств достаточно красноречиво. Это тот самый случай, когда заключённый не нашёл правильного ответа. Апелляция отклонена.
Полминуты спустя, пример номер два:
– Мистер Пибоди, ваш клиент представил доказательства?
– Да, милорд. Представил.
– Ах, так, но ему не поверили, иначе вы не были бы здесь. Уголовный суд заслуживает исключительного доверия. Вашему клиенту представлялся случай доказать свою невиновность, но он представил фальшивые доказательства для своей защиты. По-моему, одного этого достаточно, чтобы вынести приговор. Апелляция отклонена.
Мнение адвокатов о Каттере не знало никаких границ. Адвокат, покидающий большую землю и направляющийся на Ванкувер-Айленд, прибывает на пирс, когда его корабль покидает порт. На берегу и на палубе находятся сотни людей. Узнав знакомого коллегу на борту, адвокат, находящийся на берегу складывает ладони рупором и орёт: "Ты слыхал хорошую новость, Фрэнк? Главного судью свалил серьёзный сердечный приступ". Каттер, однако, выжил и снова занял своё место на судейской скамье.
– Войдите, – приказал он, когда секретарь постучал.
ДеКлерк, Чандлер и Тэйт шагнули в кабинет главного судьи. Секретарь прикрыл дверь, отрезая им путь к отступлению. Комната являла собой причудливую смесь датского модерна и морской спасательной службы. Широкие угловые окна выходили на Фолс-Крик. Перед
– Главный судья Верховного Суда изъявила желание поприсутствовать, – сказал Каттер, кивая в сторону женщины, сидевшей перед его столом.
Главный судья Британской Колумбии руководил апелляционным судом. Главный судья Верховного Суда курировал уголовные суды. Когда Элизабет Туссен поднялась и протянула свою изящную руку, Тэйт окинула ее тем взглядом, каким женщины окидывают друг друга. Туссен была одета в мантию налогового суда: чёрную шёлковую накидку с алой отделкой, хорошо сочетающуюся с надетым под нее простым чёрным платьем с отложным белым воротничком и V-образным вырезом. Тэйт расценила её как женщину крайне сдержанную и подумала о том, чем она должна была пожертвовать, чтобы подняться так высоко к пятидесяти годам? Над патрицианскими глазами и сдержанной улыбкой каштановые волосы Туссен контрастировали с её мантией.
– Не будем терять времени, – сказал Каттер. – У меня много работы.
Главный судья был коротышкой с губами, напоминающими трубку. Адвокаты называли его "Луноликим", так как его лицо напоминало задницу. [7] Он выглядел так, будто кто-то надул его насосом.
– Итак? – спросил Каттер. – Что это, псих разошёлся?
Он не пригласил копов сесть, поэтому они остались стоять.
– Беспокоит знак зодиака, – сказал ДеКлерк. – Двое судей убито, и с обоими убийствами связан один и тот же символ. Моя уверенность в том, что это работа одного и того же убийцы, основывается на общих обстоятельствах обоих преступлений. Хотя мы и не можем сбрасывать со счетов тот факт, что вчерашние газеты перепечатали сан-францисскую записку. Человек, совершивший убийство прошлой ночью, мог быть и подражателем.
7
"Луноликий" – «Moon Face» – задница (англ., амер. слэнг)
– Может, кто-нибудь использует Мэрдока в качестве ширмы? – спросила Туссен.
– Дело, которым занимался Максвелл, касалось колумбийских наркотиков. Его язык был вытащен наружу, словно "колумбийский галстук". Как я понимаю, он собирался сегодня вынести приговор. Смерть Максвелла эффективно остановит этот процесс.
Повторное разбирательство будет стоить несколько миллионов долларов. Может, Корона захочет принять участие в этом деле, чего не стала делать раньше? И спустит процесс на тормозах, чтобы избежать нового расследования? Тогда знак Зодиака маскирует этот мотив.
– И в этом случае, – сказала Тэйт, – убийства не связаны между собой. Если только Мэрдок не был убит первым, чтобы напустить тумана. Кокаиновые деньги объяснили бы использование сложного оборудования. "Вальтер WA2000" и генератор случайных чисел – дорогие игрушки. И то и другое доступно картелям Меделлини.
– Именно так было повреждено охранное устройство? С помощью устройства случайных чисел? – спросил Каттер.
– Наиболее вероятно, – сказал ДеКлерк. – Это самый верный способ. Миникомпьютер электрически подсоединяется к замку. Он включается в цепь, затем перебирает все возможные комбинации. Когда он попадает на соответствующий код, дверь открывается.