Голос сердца
Шрифт:
— Это не тебе повезет, — сказала она со слезами на глазах. — Это мне повезет. Почему тебе хочется все это ради меня делать? — спросила она, все еще немного испуганная и озадаченная. После усердных стараний Стивена расстаться с ней так трудно было поверить, что нашелся кто-то, пожелавший быть с ней рядом.
— Мне хочется делать «все это», потому что я тебя люблю, — просто сказал он. — И я хочу, чтобы ты знала — это для меня в самом деле новая отправная точка. Я многие годы серьезно никем не увлекался, пожалуй, со времени развода. Еще я обещал себе, что никогда больше не буду иметь детей… Я не хотел бы полюбить твоего
— Я не забыла, — возразила Адриана. Билл улыбнулся:
— Да, я знаю. Ты просто не сказала об этом. Небольшое упущение. А как ты собиралась объясниться, если бы в один прекрасный день слопала меня вместе с содержимым моей квартиры?
Билл обожал подтрунивать над ней. Адриана обиженно швырнула в него салфеткой:
— Я столько не ем!
— Не ешь. Но должна есть. Ребенку это необходимо.
Адриана посерьезнела:
— А ты не боишься так рисковать? Что, если он вернется? Он имеет право жить с ребенком, а ребенок — с отцом; я обязана это право соблюдать.
— Я с тобой не согласен. Я не считаю, что ты имеешь в отношении него какие-то обязательства, после того как он с тобой обошелся, но раз ты такого мнения, я вынужден его уважать. Но не думаю, что он вернется. Маловероятно, чтобы кто-то, кто добровольно отказывается от родительских прав в штате, где их не лишают даже за массовое убийство, планировал вернуться и стать папулей. Но, может, я ошибаюсь. Я тебе сказал — я иду на риск из-за любви к тебе.
Когда он это произнес, Адриана поднялась со своего кресла, подошла к нему и поцеловала. С улучшением ее самочувствия в последние два дня страстность их случайных поцелуев возрастала. Адриана гадала, что в этом плане ждет их по возвращении в Лос-Анджелес, но до отъезда мальчиков вопрос на повестке дня не стоял.
Последний вечер в гостинице они провели в спокойной обстановке, сидя вдвоем на террасе, глядя на звезды и держась за руки. Вдруг Билл засмеялся и посмотрел на Адриану, чувствуя себя ужасно счастливым.
— Ты понимаешь, какое это безумство? Я влюбился в женщину, у которой пятый месяц беременности! Представляешь, как будет смешно, когда ты не сможешь видеть своих ног? Ну очень современный роман!
Адриана тоже стала смеяться, так они и сидели, хохоча над абсурдностью ситуации.
— Знаешь, это прямо-таки сюжет для кинофильма: парень встречает девушку в супермаркете, по уши влюбляется в нее, и они продолжают встречаться. Девушка замужем, но муж ее бросает, узнав, что она беременна его ребенком. Парень из супермаркета снова появляется, и у них начинается большая любовь. Она ходит с огромным пузом. Они женятся. Рождается ребенок, и дальше они живут очень счастливо. Толково, а? Может, я использую это в сериале? Но так будет слишком просто. В сериале ты должна была бы убить Стивена, забеременеть от кого-то совершенно постороннего, а мне полагалось бы быть мужем твоей сестры или, на крайний случай, твоим отцом. Вот классный вариант! Надо будет над ним поработать.
Она
— Кстати, а когда состоится ваш развод? До или после родов?
— Примерно одновременно, как мне кажется. Точно не знаю.
— Было бы здорово, если бы мы могли дать малышу другую фамилию, а не Томпсон.
То есть не ее девичью фамилию. Адриану тронуло то, как Билл это сказал. Он предлагал ей брак или хотя бы легализацию ребенка. Она наклонилась и поцеловала его за такое великодушие.
— Билл, ты же не обязан это делать.
— Я знаю, что не обязан. Но, может, к тому времени я захочу? И ты вдруг захочешь… если я правильно сыграю своими картами и мне очень повезет.
Билл прикрыл глаза. Адриана откинулась в шезлонге и снова стала любоваться звездами. Она хотела бы иметь ответы на все вопросы, но Билл оставлял ей открытые двери, и о большем мечтать она не могла. Адриана готовилась к тому, что будет в жутком одиночестве ждать ребенка. Ей и в голову не приходило, Что все может повернуться иначе.
На следующий день они отправились в обратный путь. Ночевали в Сан-Франциско, а потом выехали на автостраду № 5 и к ужину были в Лос-Анджелесе. Адриана поджарила тосты с сыром, пока Билл готовил мальчиков ко сну. Ужинали они в пижамах и с большим интересом слушали рассказы Адрианы о разных смешных случаях, происходивших у нее в редакции и в телекомпании вообще. Всем было немного жаль, что две недели прошли так быстро, особенно Адриане — утром ей надо было ехать на работу.
— А как мы теперь будем с тобой видеться? — спросил Томми обеспокоенно.
— Я буду приходить каждый вечер после работы. Обещаю.
— А можно нам навестить тебя на работе? Это был вопрос Адама.
— Конечно, но там не очень интересно. Кроме того, обычно она была очень занята. Билл это знал. Он предложил в выходные съездить в Диснейленд, Адриане такая перспектива тоже пришлась по душе. Ее очень огорчала невозможность проводить с ребятами все время. Особенно грустно ей стало, когда она уложила их спать и, почитав любимые книжки, пожелала спокойной ночи.
— Мне в самом деле не хочется уходить, — тихо сказала она Биллу после того, как они убрали на кухне. Ее вещи по-прежнему стояли у Билла в прихожей.
— Ну и не уходи. Ты можешь ночевать в комнате для гостей.
— Мальчикам это покажется странным. Все-таки у меня же есть своя квартира, и причём совсем рядом.
— Ну и что? Притворись, будто потеряла ключи. Биллу идея очень понравилась, Адриане тоже. Она посмеялась и согласилась. Через полчаса они сидели на диване и ели попкорн. На ней была ночная рубашка и один из халатов Билла.
— Как здорово! — засмеялась Адриана. — Это все равно что снова быть ребенком и гостить у Друзей.
Билл простодушно улыбнулся ей:
— Вообще-то относительно людей моего возраста это называется несколько иначе.
— Правда? — подхватила его тон Адриана. — А как?
— По-моему, это называют браком.
Он помолчал, сходил еще за порцией попкорна и, улыбнувшись Адриане, сказал:
— Брак может принести большую радость. Особенно если двое поступают сознательно и сильно любят друг друга. Мы могли бы иметь ребенка. Своего, я имею в виду. Давай так и будем считать — что это наш ребенок.