Голос сердца
Шрифт:
— Серьезно? — кричит она, срывая с себя одеяло.
Она выбегает из спальни в коридор, я слышу ее громкие крики восторга, что даже и не разберешь, что она там кричит. Я иду следом за ней в гостиную и вижу Шарлотту и Лану на нижней ступени лестницы, которые держат Жасмин, маленького щенка — нашего нового жителя.
Удивительно, но Олив словно летит на крыльях счастья по ступенькам вниз, абсолютно не падая, замедляя скорость только, когда дотягивается рукой до нашего маленького четвероногого друга.
— Как ее зовут? — спрашивает она.
— Жасмин, — отвечаю я, спускаясь по ступенькам.
—
— Да, — усмехаюсь я.
Шарлотта сияет, наблюдая с любовью, как Олив шепотом разговаривает со щенком.
— Девочки поиграют пока со щенком, а я закончу завтрак, чтобы мы могли отвезти его Ари, — говорит Шарлотта, выходя в переднюю дверь. Удивительно, но она как вихрь проносится через дорогу к себе домой. Мне казалось, что она начала готовить здесь, но, возможно, не успела. Я разбудил ее пораньше, хотя наш рождественский семейный ужин вчера закончился в районе полуночи.
Я пользуюсь этой возможностью, чтобы прибраться на кухне, но успеваю только загрузить посудомоечную машину, когда входная дверь открывается.
— Это я, — ЭйДжей кричит у двери. — Сегодня моя малышка — именинница!
— Эй, дорогая, с днем рождения, — говорит Оливии Тори, новая девушка ЭйДжея.
Мне нравится Тори. Мы встретились с ней впервые несколько недель назад, когда ЭйДжей объявился спустя три месяца молчания, что очень на него не похоже. Мне кажется, он сделал это, потому что у него все было на самом деле хорошо, и он, наверное, боялся испортить это. К тому же, Олив не всегда может помочь своими маленькими тайнами. У нее достаточно компромата на ЭйДжея, чтобы уничтожить любые будущие отношения.
Закончив дела на кухне, я слышу, что вернулась Шарлотта.
— Все готово! — кричит она. — Поехали!
Мы набиваемся в джип Шарлотты и едем шесть километров до больницы «Бруксайд». Ари ждет нас сегодня, поскольку хочет увидеть Олив в ее день рождения, который одновременно является днем, когда Ари получила второй шанс на жизнь, — короткий второй шанс, но это тоже повод для празднования.
Шарлотта берет меня за руку в лифте, крепко сжимая ее. Никому из нас не нравятся больницы. Слишком много людей знают Шарлотту и ее неудачный брак с человеком, который мог закрыть это место своими неправомерными действиями; ну а я не люблю эти запахи — они как отравляющий газ атакуют все мои чувства. Мы доходим до ресепшена на десятом этаже и ждем, пока одна из медсестер обратится к нам.
— Эй, ребята, — говорит одна из них. — Как раз вовремя. Она только что проснулась.
— Отлично, спасибо! — говорю я, пропуская Олив и Лану вперед.
— Мистер Коул, — мягко говорит медсестра, привлекая мое внимание, пока остальные проходят вперед по коридору. — Уже скоро. Поэтому сегодня посещение гостей будет недолгим.
Я сжимаю челюсть, чувствуя знакомое жжение в глазах. Ари не хотела, чтобы я проходил через это. Эти слова, такие далекие, но слишком знакомые.
— Спасибо, — говорю я ей.
Я догоняю Шарлотту, ЭйДжея, Тори и девочек в коридоре.
— Что это было? — спрашивает ЭйДжей.
Все, что я могу сделать, это просто посмотреть на него таким взглядом, который дает ответы на все вопросы, не произнося
ЭйДжей прочищает горло, когда понимает смысл моего взгляда, и сжимает руку Тори немного крепче. Шарлотта, которая, должно быть, заметила мой взгляд, подходит ко мне и берет мою руку в свою. По мере приближения к палате Ари, я сжимаю руку Шарлотты. Прошла всего неделя, но ее кожа значительно бледнее, чем была в прошлый раз, а скулы стали более заметными. В темноте ее волосы словно светятся, и она выглядит так... она умирает. В течение последних нескольких недель она выглядела, как умирающая, но сегодня… я не уверен, будет ли возможен следующий визит.
— Привет, — говорит она слабо, волнение сквозит в ее тихом голосе. — Как моя маленькая девочка поживает в свой день рождения?
Олив, как всегда самая бесстрашная из нас, лезет прямо на ее кровать и уютно устраивается у нее под мышкой.
— Я чувствую себя сегодня настолько старой, — снова говорит Олив. — Ты можешь поверить, что мне уже семь лет? Это как, — она считает свои пальцы, — еще три года до десяти. Я имею в виду, что скоро буду уже за рулем, что очень хорошо, потому что смогу навещать тебя, когда захочу, — и вот так, по каждой крупице я понимаю, что Олив всего семь, и она не может понять всю сложность ситуации, как я думал раньше.
Ари борется за то, чтобы хотя бы поднять руку, и проводит своими пальцами через волосы Олив.
— Ты знаешь, как я счастлива, что встретила тебя? — говорит ей Ари.
— Да, я довольно хорошенькая, — шутит Олив.
—У меня есть кое-что для тебя, — говорит Ари, затем тянется к прикроватной тумбочке, чтобы взять небольшой подарок.
— Что это? — взволновано спрашивает Олив, широко открыв глаза.
Ари дарит ей слабую улыбку и наблюдает, как Олив со слезами открывает подарок. Она открывает коробку и вытаскивает старомодный большой толстый золотой ключ. Мне интересно, что это, но уверен, что Ари не просто так дарит его.
— Это действительно круто, — говорит Олив, любуясь им с обеих сторон. — Что он открывает?
— Однажды твой папа покажет тебе, но сейчас это секрет. Так что, сейчас я нуждаюсь в том, чтобы ты взяла этот ключ и хранила его, потому что ты единственная, кому разрешено хранить его.
— Это магия? — спрашивает она, совершенно очарованная словами Ари.
— Возможно, — отвечает Ари, с трудом смеясь. — Это примиряет людей и сохраняет их, навеки окруженными любовью.
Олив бросается с объятиями на шею Ари и целует ее в щеку. Я смотрю на Ари вопросительно, интересно, поделится ли она со мной этим магическим объяснением, поскольку знаю, что Олив будет спрашивать, что ключ открывает, до тех пор, пока я не умру.