Голос гнева
Шрифт:
Она еще поборется.
***
Ника чувствовала время. Всегда, сколько себя помнила. Эвр просыпался только от лучей солнца, и его кровать стояла прямо напротив окна, иначе брат просыпал.
А она, открыв глаза посредине ночи, точно могла сказать, какой час. Ей не нужны были никакие дополнительные ориентиры, она чувствовала время также, как другие люди ощущали холод или жару.
Она открыла глаза, потянулась, бесшумно встала. Афина любезно подсветила все предметы в темноте, позволив не зажигать лучину
Небо на востоке только начало светиться, когда Ника тихо прикрыла предательски скрипнувшую дверь. Немного постояв на пороге, она неторопливо двинулась в сторону северных врат.
Афина раскрывалась как донельзя полезный реликт. Ночное зрение, анализ кригеров, который становился все более точным — Афина предупредила, что для совершенной точности Нике придется хотя бы раз подраться с ними, но даже так охотница видела все слабые места в их доспехах, их силу и скорость, оружие и стиль боя, которые они предпочитали.
А еще Афине все реже требовались голосовые команды. Система действительно обучалась, причем быстро. Ника улыбнулась, глядя на едва заметные звезды. Полоска холодного света на востоке стремительно разрасталась, теплея и обретая золотистый оттенок.
Ника чувствовала радость и предвкушение — на несколько недель она покинет город. Жаль Эвра, который останется вариться в этой напряженной атмосфере и лицезреть кригеров, но каждый раз, уходя на охоту, она ощущала счастье.
Привычно проверив рюкзак, Ника удовлетворенно кивнула и ускорилась, скоро врата должны были открыться.
Нерей и Таврион еще не пришли, зато она заметила заспанного торговца, который, кряхтя и ругаясь, тащил на себе повозку с едой. Она приблизилась и поприветствовала отдувающегося бедолагу, всучила ему оставшиеся три серебряных и шесть медяков сверху за доставку, и торговец весьма споро ушел прочь — вероятно, досыпать.
Ника дышала ночной прохладой. Порывистый ветер иногда кусал за щеки, и Ника припомнила, взяла ли с собой утепленную рубашку под доспех — осень окончательно заявляла свои права, а в горах еще холоднее.
— Приветствую, — услышала она сбоку.
— Приветствую, — она кивнула, рассматривая бодрого Нерея и почти спящего Тавриона.
— Ого, — Нерей увидел повозку со снедью. — Ты подготовилась. Мы тоже взяли.
— Мы можем задержаться, — Ника пожала плечами. — И мне тут все уши уже прожужжали на тему важности полноценного питания. И мне еще кое-что нужно, секунду.
Она направилась к сонным кригерам, вставшим на пост.
— Охотница, — недовольно буркнул Фаандр в ответ на ее сухое приветствие. — За шкурами?
— Да. Мне нужно копье из оружейной.
— Зачем? Ты никогда не брала.
— В горах уже снежно, — Ника смотрела прямо в глаза высоченному кригеру-ученику. — На снегу сложнее
Фаандр фыркнул.
— Если барс тебя найдет, тебе конец. Ты же слабая.
— Мне нужно копье, — упрямо вздернув подбородок, повторила Ника.
Фаандр махнул рукой и зевнул.
— Ну пошли.
Ника прошла вслед за кригером в небольшую пристройку у врат. Охотникам дозволялось иметь арбалеты и луки, а вот все оружие ближнего боя они сдавали при входе в город и брали, выходя на охоту.
Никто их технитов не понимал этой логики, Ника считала, что дальнебойное оружие опаснее в городе, но у кригеров были предубеждения против них. Особенно им не нравились арбалеты.
Ника выбрала себе легкое копье по совету Афины, нехотя кивнула Фаандру и вернулась к вратам. Нерей чуть щурил глаза и молчал. Таврион вообще не проснулся.
Он не проснулся, когда они распределили еду по рюкзакам. Не проснулся, когда они прошли через врата, миновали посевные поля и углубились в лес у подножия Драхуса. Рассвет занялся уже вовсю, солнце выкатилось из-за горизонта, а в глазах парня все еще не было видно ни единого признака осознавания реальности.
Ника поразилась такому навыку — она уже несколько раз упала бы, а Таврион весьма ловко продвигался с едва открытыми глазами.
— Он всегда так, — заметив ее взгляды, усмехнулся Нерей. — Я тоже не понимаю, как у него получается не переломать себе ничего.
— Перед горами хорошо бы ему прийти в себя, — буркнула Ника. — Там так не выйдет.
Нерей хмыкнул.
— А кто его знает. Может, и заберется, не приходя в сознание.
— Разбужу, — жестко пообещала Ника. — Там опасно.
Где-то пополудни они встали на стоянку, чтобы пообедать. Ника уже готова была признать, что еды, вероятно, она взяла слишком много — но пока не вслух.
— Мы же вначале в то помещение? — уточнил Нерей.
Ника кивнула, засыпая костер землей.
— Шкуры могут попортиться. Мне было бы спокойнее, если бы мы вначале пошли на охоту, но не стоит вызывать подозрений.
— В горах уже снег, — Нерей задумчиво жевал травинку. — В снегу, на барсов…
— Выхода нет, — Ника закинула тяжеленный рюкзак на спину. — И нам придется убить минимум троих.
— Мы и так вызовем подозрения. На барсов обычно поодиночке ходят, — Нерей поднялся. — Но да ладно, что-нибудь соврем про новый способ охоты. Раскрывать его, конечно, мы не будем, ибо секрет!
Ника улыбнулась и кивнула.
— Глупая легенда. Есть шанс, что сработает.
По давно знакомой тропке они шли еще полдня, прежде чем Ника уверенно взяла чуть западнее. Кривое дерево, похожее на сгорбленного старика у паперти, замшелый камень — она отмечала все ориентиры, тщательно зафиксированные в памяти в прошлый раз.