Голому рубаха
Шрифт:
— Че это его так колдобит? — удивился Порнов, даже не пытаясь прицелиться.
— Это нас «колдобит», — ответствовал компьютер. — Повреждения в схеме; плохо регулируется ионная тяга...
— Выключи ее вообще! — приказал Порнов.
Крутить стало меньше; зато цифирки дистанции на экране стали быстро прибывать.
— Сто метров до цели, сто двадцать, сто пятьдесят... — барабанил компьютер.
Длина гарпунного шнура — метров двести, — прикинул Порнов, наблюдая, как в квадратик прицела въезжает левый обтекатель
— Сейчас или никогда; пли!
Удар в плечо — закрутило; длинный, протяжный толчок в поясницу — выпрямило. Секунда, другая: «есть!» Изображение катера рванулось навстречу; цифирки закрутились обратно.
Тут Порнову показалось, что пламя маневровых дюз пошло на убыль.
— Внешний обзор! — выкрикнул он.
Красивое компьютерное изображение катера исчезло; стремительно наехала нагретая на конце докрасна толстая труба; Порнов сообразил, что это обтекатель только что потухшей маневровой дюзы; еще он понял, что с секунды на секунду стоит ожидать запуска главного, маршевого двигателя космокатера.
Лязг пластмассы о металл; «приплыли!».
— Здесь врастаю! — объявил Порнов, соскальзывая с обтекателя на брюхо машины. Щелкнули присоски, прижимая тело к корпусу корабля; компьютер осведомился, что делать с гарпуном, оказавшимся с той стороны машины.
— Забудь, — только и успел ответить Порнов; перегрузка ударила вторично. «Маршевые пошли», — понял Порнов и нырнул обратно в дурманящее облако анестезии.
«Не-е-ет; такие повороты не для моей кобылы», — на сей раз Порнов наблюдал не веселое хмельное, а тяжелое кровавое зарево. Вибрация корпуса быстро стихала; катер входил в зону свободного полета.
Клочья багряного заката быстро таяли, открывая обширную панораму звездного неба. «Прям как ночью на покосе. Темнотища — хоть глаз коли; поле черное, река черная... И сверху над всем этим невидимым светится и ничего не освещает белая кисейная река Млечного Пути... Тишина... Кузнечики стрекочут... Странные какие-то кузнечики...»
— А, черт! — завозился Порнов. — Это же компьютер; ни минуты покоя!..
Закрыв Млечный Путь, на стекле шлема высветилось схематическое изображение скафандра; живых мест на нем было раз-два и обчелся.
— Эдак мы недолго протянем, — заметил Порнов. — Внутрь надо лезть.
Мелкая дрожь стихла окончательно; боясь полностью отцепиться от катера, Порнов попробовал сесть. Это ему удалось не сразу; сталь присосок при стартовом рывке намертво прикипела к металлу корпуса и отлипать обратно не желала. Провоевав с присосками минуту-другую, Порнов все же смог сесть и оглядеться.
— Снайпер хренов, — с неудовольствием сказал он; целился Порнов гарпуном в переднюю часть брюха катера, между носовыми шасси; а оказался почему-то сверху машины, в опасной близости от кормовых дюз. — Еще бы на блистер прилепился; руки в стороны, мордой вниз. Типа:
Теперь надо было думать, как проникнуть внутрь катера; Порнову на ум пришло по крайней мере три варианта.
Во-первых, следуя девизу: «Наглость — второе счастье», можно было попытаться взять неприступную крепость нахрапом, с воем и улюлюканьем вломившись в центральный тамбур-шлюз.
Во-вторых, прикинувшись ремонтным роботом, попробовать проникнуть в катер через какой-нибудь специальный лючок.
В конце-концов, задавшись целью подобраться к Вставалкину максимально незаметно, он мог залезть в широкую, как клубный биллиард, дюзу маршевого двигателя и по-горняцки, киркой и молотом, прорубить себе дорогу вглубь корабля.
Порнов без труда отмел крайности и остановился на среднем варианте.
— Нам главное — что? — подбираясь к маленькой, с открытку, зеленой крышечке на борту, сказал он. — Чтобы ремонтный люк открыли; а для чего его обычно открывают? Правильно, для ремонта! Сейчас мы им открутим чего-нибудь...
— Возражаю, — немедленно отреагировал компьютер. — Первый Закон Святого Айзека: робот не может допустить причинения вреда...
— Помолчи, а? — перебил его Порнов, усердно ковыряя крышечку. — Мы же совсем чуть-чуть...
Компьютер демонстративно выдал на экран здоровенный транспарант: «Отключен», а затем погасил индикацию полностью. Без привычных цифр и графиков Порнов ощутил себя крайне неуютно; впечатление было такое, что он, стоя в одних трусах, рассекает на стальной рыбине необъятные просторы Вселенной; этакий плейбой на водных лыжах.
— Серьезный аргумент, — согласился Порнов. Пытаясь поддеть непослушную железку, он сменил космическую отвертку на космическое долото; затем дошла очередь и до космической монтировки.
— Хрена! — проворчал он, оставив в покое непослушный люк и с тем же успехом пытаясь взломать соседний. — Намертво заделаны! Тут космический лом нужен; а где его взять? Эй, электрический! Как мне эту ...бень открыть?
Компьютер упрямо молчал.
— Богу своему, что ли, молится? — раздраженно произнес Порнов. — Святой Айзек, святой Айзек... Ладно, твоя взяла; буду погибать молодым!
Кибер немедленно включил иллюминацию — сразу стало веселей — и, как ни в чем не бывало, сообщил:
— Катер типа «Герлан» в качестве разгонно-тормозящих использует один и тот же кормовой маршевый двигатель. В ближайшее время корабль будет развернут дюзами вперед. В момент разворота ранцевым двигателем создаем дополнительный вектор тяги. Центральный компьютер катера отслеживает его как неисправность; открывает люк; выпускает ремробота...
— Во блин, — поразился Порнов. — А я тут с фомкой мудохаюсь, замки бомблю... Что молчал-то?
— Согласно команде, — невозмутимо ответил кибер.