Голконда
Шрифт:
Когда буйное солнце окончательно скрылось, перестав отвлекать на себя внимание, вечер продолжился в более романтическом русле. Вино растеклось по удобренной высотой и тихой музыкой почве. Казалось, ресторан находится в капсуле с остановившимся временем, которое течет теперь только снаружи, за окнами небоскреба, на улицах неугомонной Москвы. Но Олег и Милана находились вдалеке от бессмысленной людской беготни. Они наслаждались изысканным вечером, позабыв все неурядицы типа увольнения и ужасного настроения. Эти проблемы существовали только за стеклянной стеной ресторана, были отгорожены от плывущего над пространством момента, оторванного от земли, а значит и от всей
Милана оставила хорошие чаевые, и вечер начал плавно перетекать из одного места в другое. Перемещение между локациями не ощущалось опьяневшей от удовольствия парой. Они словно были и собой, и рестораном одновременно, затем они стали лифтом, улицей, машиной такси и всеми дорогами разом. Они целовались, чувствуя себя не людьми, а теми местами, которых касались их руки. Каждая часть тела поочередно приковывала к себе внимание. Вот Олег, плывя в мыслях сквозь уносящую вдаль межзвездную пустоту, чувствует прикосновение Миланы к ноге. Жена вынуждена на нее опереться, чтобы было удобнее целоваться на заднем диване такси, не напрягая ни одной лишней мышцы. Короткое время все сознание Олега находилось в этой ноге, оргазмируя всеми задетыми клетками кожи, потом опять вернулось к пульсирующим губам, слившимся в послевкусии изысканной кухни. Он хищник, а она жертва и наоборот, они пытаются съесть друг друга.
Отражения высоток на стеклах такси сменялись отражениями низких, едва заметных зданий, на периферии сознания пропал видеоряд столичной рекламы, взгляд уже ничто не отвлекало, и можно было окунаться глубже в подаренный вином чувственный мир. Никаких размышлений, сомнений, имен, все как в первый раз. Такси приехало в уютный пригород, свободный от городской суеты, и остановилось у дома супругов. Олег с Миланой вышли, машинально забрав свои вещи. Они не думали ни о чем, были всего лишь телами. Они смогли выключиться из жизни и повесили табличку «Переучет» на сознании. Никто их больше не беспокоил. Воистину вино создает много чудес. Недаром им банчил Иисус. Оно может даже телепортировать с улицы прямо в квартиру. Только что Олег с Миланой стояли возле такси, а в следующий момент они уже дома, зажигают свечи, чтобы не разрушить идиллию ярким светом, попутно оберегая природу – они против глобального потепления.
Они не могли полностью себя контролировать и, как бывает в таких случаях, не особо следили за происходящим, но ясно было одно – они делали все, чтобы получить настоящее удовольствие. Не рекламное, описуемое, а подсознательное и необъяснимое. Они отняли все лучшее у этого вечера и покусились на ночь. Уносясь в сладком дурмане сквозь космос, Олег понял, зачем вселенной так много звезд – чтобы у каждого из миллиардов земных созданий был собственной укромный уголок кайфа.
Как обычно, солнце не могло долго дуться на то, что его не спасли, и вернулось. Будто кто-то сомневался в обратном. У винного телепорта есть один большой минус – как бы лихо и весело он ни перемещал тебя ночью, сильнее и неотвратимее всего он швыряет тебя в гулкое утро, в самый последний момент выхватывая у тебя табличку «Переучет», и уже сам закрывается на все замки. Стучаться и молить о помощи бесполезно. Утро всегда беспощадно, а утро безработного беспощадно вдвойне.
Солнце вошло в каждое окно Пышминска – пригорода Москвы.
Олег
– Доброе утро, дорогая, – сказал он, когда милое создание уже начало просыпаться.
– Который час? – промурлыкала она, жмурясь.
– Уже десять.
– А тебе разве не надо… А, ну да.
Остатки башни из слоновой кости, умело выстроенной прошлым вечером, окончательно растворились под напором нового дня и бесконечной нужды человека двигаться дальше по зыбучим пескам нерешенных проблем.
– Ага, я теперь безработный, как ты, и мы можем больше времени проводить…
– Вот не надо! – бросила Милана и приподнялась в постели. – Я работаю над собой, над своим каналом, прохожу курсы по психологии и личностному росту! У меня уже двадцать тысяч подписчиков. Чем это не работа!
– Прости, я ляпнул не подумав. – Олег сел на край кровати и через плед погладил бедро жены. – Я просто обрадовался, что мы теперь сможем больше времени проводить вместе.
– А жить мы на что будем? – спросила она, садясь и начиная есть яичницу. – Надо же выплачивать за квартиру. Да еще и курсы. Посмотри, сколько пользы они приносят.
– Я просто озвучил мысль. Такую знаешь, приятную. Не значит, что я пущу нас по миру ради мимолетной фантазии.
Не усидев на краю кровати и полминуты, Олег снова встал. Сказывались похмелье и нервное напряжение из-за ситуации, в которую он сам себя загнал глупой выходкой со статьей. Чуткая Милана сразу же захотела его успокоить и, запив кусок яичницы крепким кофе, сказала:
– Знаешь, это несправедливо, что ты тянешь все сам. Ты пока без работы, поэтому я продам прошлогодний телефон, чтобы заплатить за свои курсы. Этого должно будет хватить на целый месяц.
– Кстати, насчет твоих курсов. Так ли они нужны?
– Не начинай. – Жена надула нежные щеки и свела брови. – То, что ты не понимаешь смысла этих тренингов, еще не означает, что они бесполезны. Они позволяют мне разобраться, чего я на самом деле хочу. Я стала глубже чувствовать многие вещи, проработала детские блоки. Да я за месяц стала в два раза популярнее в соцсетях!
Олег тяжело выдохнул и машинально взял чашку с кофе другой рукой. Будучи на нервах, он коснулся низа чашки и, сразу почувствовав, насколько она горячая, вздрогнул и быстро вернул все обратно, чтобы не разлить на пол.
– Я не говорил, что не понимаю смысла. Я говорил, что не вижу его.
– А в чем разница? Это одно и то же, – с умным видом сказала Милана.
– Нет, разница огромна, – парировал он, пытаясь казаться убедительным.
– Все не то, чем кажется.
Вот опять эта фраза! Взятая из его статьи, она уже жила своей жизнью. Это не может быть лишь совпадением!
– Что? Что ты сейчас сказала? – закричал он и, испугавшись своего тона, пролил часть кофе на пол.
– Сказала, что нет разницы. Это одно и то же.
– Нет, после этого!
– Ничего. Ты же сразу начал кричать. О господи, Олег, что с тобой?
Он снова сел, но уже на самый угол кровати, подальше от удивленной жены. Сомнений быть не могло, действительно показалось. В каких бы глупостях ни была замешана Милана, она точно не могла так подло подшучивать и издеваться. Должно быть, начал действовать алка-зельтцер. Сколько таблеток он выпил? Видимо, далеко не одну.