Голая королева
Шрифт:
– Спит? – сказал он вслух.
– Видимо… Где ж ему еще быть? Погодите, прослушаю свой автоответчик.
Снова Алекс сосредоточился над телефоном. Внезапно он уцепился за рукав детектива и заговорил:
– Послушайте, послушайте! Мне оставили запись на автоответчике! Мужчина! Незнакомый! Сказал, что перезвонит через полчаса! У него есть информация о моей жене! Это, наверное, от них, от похитителей!
Кис выхватил телефон у Алекса и вслушался в глуховатый и простоватый мужской голос с хохляцким говорком.
– От них, – кивнул
– Постараюсь!
– Сможете записать разговор на магнитофон. Сможете?
– Да. Как вы думаете, деньги будут просить?
– Скорее всего.
– Я соглашусь.
– Нет. Вернее, пообещайте, но потом. Требуйте, чтобы сначала они предоставили вам возможность увидеть вашу жену живой и здоровой. Или хотя бы услышать ее по телефону.
– Они, по-вашему, на это пойдут?
– Не думаю. Но вы настаивайте до последнего. Если почувствуете, что номер не проходит, соглашайтесь на их условия. Пока они рассчитывают на деньги, ее жизнь, я думаю, в безопасности.
– Вы мне не говорили, что ее жизнь может быть в опасности… – медленно произнес Александр, и лицо его застыло в жестком выражении. – Я с вами поеду. Я поручу Георгию вести переговоры от моего имени. Он может и сам записать разговор.
– Нет. Они не будут разговаривать ни с кем, кроме вас. Дело принимает теперь слишком серьезный оборот. Они начнут нервничать, если не застанут вас дома, – подозревать, что вы заняты поисками жены. Кроме того, вы ничего не можете поручить вашему секретарю, поскольку он не подходит к телефону. Вы должны ехать домой.
Алекс нехотя кивнул Кису и убрал телефон в карман кожаной куртки.
Кис дотронулся до его плеча легким жестом.
– Я не думаю, что жизнь Алины в опасности. Ее бывшие друзья пока что мучаются дурью. Но все же нужно действовать быстро. И осторожно.
– Хотите сказать, что дурь может далеко завести…
– Именно. Бывает, начинают с шалости, потом попадают в ловушку собственной глупости и разгоревшейся агрессивности. Марго – не убийца, просто завистливая соперница. Но у каждой истории есть своя логика, и иногда она становится неподвластна тем, кто историю затеял… Как я понимаю, крупную сумму наличными в минуту не снимешь, нужно сначала заказывать их в банке, а это займет пару дней, должно быть?
– Не меньше 48 часов.
– Вот и хорошо, на этом и играйте. Вам нужно двое суток, но для начала вы желаете увидеть или хотя бы услышать вашу жену. Блефуйте! Они не профессионалы, может, и пройдет…
– Они наверняка потребуют, чтобы я не сообщал в милицию. И я им пообещаю.
– Наверняка потребуют. И вы, конечно, пообещаете.
– Может, действительно в милицию сообщить?
– Сразу после их звонка. По коням, Александр, надо торопиться! Я вам позвоню при первой же возможности. У моей «сотки», к несчастью, батарейки сели, но я найду автомат.
– Возьмите мою машину. Она быстрее
– Нет.
– Возьмите, Алексей. Я на вашей домой поеду. А вы мне сможете из машины домой позвонить, да и я вам тоже.
– Я не гарантирую сохранности машины.
– Неважно. Меня интересует только Лина.
– Лады.
Они обменялись ключами и машинами. Алекс устроился на высоком сиденье вездеходной «Нивы», которую детектив, вопреки моде, предпочитал всем импортным машинам; Кис переложил карты и небольшой чемоданчик в черный полированный «БМВ» Мурашова.
– Удачи! – негромко произнес Алекс и захлопнул дверцу. Кис молча махнул рукой и плюхнулся на сиденье, кожаная обшивка которого, недовольная вторжением чужака, что-то сердито проворчала под его тяжестью.
И через секунду темная дорога проглотила две машины, разъехавшиеся в разные стороны.
…И снова Аля слышала, как внизу Филипп размашисто мерил шагами гостиную до тех пор, пока не зашумел мотор.
Хлопнула входная дверь.
– Все отлично! – оживленно проговорила Марго, входя. – Мурашов переведет деньги с открытием бан…
Ее голос осекся, она поперхнулась.
«Увидела Георгия на полу», – поняла Аля.
Марго сдавленно захрипела, и почти сразу же Антон заорал:
– Ты чего, блин, е…нулся или чего?
Ответом ему был звук удара.
Хлопнула входная дверь. Кто-то пришел или вышел? Аля изо всех сил вслушивалась, но ничего не могла понять… Они дерутся? Из-за того, что Филипп убил Георгия? Почему Марго их не остановит? Где она? Ее не слышно… Только молчаливый стук ударов доносился до чердака. Марго ушла, оставив их драться? Или… Алине вспомнились его побелевшие, с сузившимися точками черных зрачков глаза. Или Филипп бьет Марго?.. Тогда где же Антон? Почему не заступится? Неужто сбежал? Струсил? Это за ним закрылась входная дверь?
Она все же решилась и, приоткрыв люк, осторожно выглянула. Бились двое, Антон и Филипп. Мертвый Георгий с окровавленной головой по-прежнему лежал ничком у дивана. Ни Гены, ни Марго не было видно. Означает ли это, что дверь хлопнула, закрываясь за ними?
Аля приоткрыла люк чуть шире и высунула голову, стараясь рассмотреть часть прихожей, видную из комнаты…
И, едва не свалившись в люк, в ужасе отпрянула.
В проеме двери в веревочной петле висела Марго.
Глава 26
Слепые, спящие окна; черные силуэты деревьев; благоуханный воздух летней ночи; бесшумный быстрый бег ухоженной машины; тихое журчание музыки по радио. Кис, как это ни странно, чувствовал себя отдохнувшим, в хорошем рабочем тонусе.
Он уже сворачивал на указатель «Дерюжкино», где находилась дача родителей Гены, когда в машине зазвонил телефон.
– Полмиллиона. Долларов, – услышал он голос Алекса.
– Кто звонил? Антон?
– С украинским говором.