Годы опавших листьев

Гор Алана

– Борис! – Возмутилась Эмма Карловна, но вдруг резко сменила тон и продолжила вкрадчивым голосом, – кстати, как поживает ваша племянница, Наташа? Она же теперь кажется замужем за офицером?

Василий Александрович нахмурился. Пожалуй, из равновесия его могли вывести не три, а четыре вещи.

– Она теперь в Гатчине, – не выдержав, ответила за отца Сима, – ее муж, Владимир Владимирович Вульферт, поручик Эскадрона синих кирасир, – отрапортовала она с гордостью.

– Значит служит под командованием

самого Великого князя Михаила Романова?! Вот оно как! – Воодушевился Сомов, – достойная служба!

– Ну вот, Симочка, – обрадовалась Эмма Карловна, – и тебе нужно брать пример с сестры!

– Да уж, пример, – процедил сквозь зубы Василий Александрович, – вертихвостка!

– Папа, ты к ней несправедлив, – возмутилась Сима забыв о приличии.

– Несправедлив?! Да вертихвостка – это самое мягкое ее обозначение! Как, по-твоему, можно назвать женщину, разрушившую жизнь порядочному, во всех отношениях, мужу, музыканту? Любящему ее и потакающему всем ее прихотям!

– Но она полюбила другого! – С чувством выдала Сима.

Василий Александрович вскочил из-за стола и заходил взад и вперед по комнате.

– Другого?! А полюбит третьего? Опять разведется и замуж пойдет? Хороший пример, нечего сказать.

Василий Александрович остановился и с осуждением посмотрел на Эмму Карловну. Та смущенно вздохнула:

– Ну, так уже вряд ли возможно…

– Коли мой глупый брат, присяжный поверенный, не будет потакать ее вечным капризам и устраивать разводы, так и не возможно. Хотя она из него с детства веревки вьет!

– Папа! – Воскликнула Сима и на ее глазах проступили слезы.

– Что? Вот ты ее все время защищаешь, а ей-то на тебя наплевать! Она, вон, две недели как в Москве, а к тебе и не заехала ни разу!

– Как в Москве? Как две недели? – Опешила Сима.

В комнате стало тихо.

Сима оглянулась. Она вдруг поняла, что все Сомовы молчат, с интересом и недоумением наблюдая за их перепалкой. И еще одна мысль мелькнула в ее голове. Видно, что отец не сильно трезв, но это вряд ли является причиной тому, что он до сих пор не прогнал ее с глаз. Определенно имеется что-то, что его сегодня удерживает.

– Но ты знал, – прошептала Сима, вставая из-за стола и направляясь к выходу, – и мне не сказал.

– Куда?! – Крикнул ей Василий Александрович.

– К Наташе! – С вызовом ответила Сима.

Эмма Карловна ахнула. Она никак не ожидала такой непокорности.

– Поздно! – Победоносно заявил Василий Александрович, посмотрев на часы, – поезда до Петербурга теперь, слава богу, не задерживают.

Сима на секунду замерла, плотно сжав губы, затем сорвалась с места и выбежала из гостинной. Через мгновение послышался сильный хлопок входной двери.

Все оставшиеся переглянулись.

– После замужества это пройдет, – сказал Борис Петрович

и, немного подумав, добавил, – наверное.

– Наверное, – нерешительно вторила ему Эмма Карловна.

Василий Александрович молча опустился на стул.

Как на это отреагировал Аркадий, в принципе, никого не интересовало.

Глава 5

Сима подгоняла извозчика. Не успел экипаж до конца остановиться, она спрыгнула с подножки и побежала на вокзал.

Наташа стояла на платформе у входа в вагон и беседовала с дамой в широкополой шляпе с длинными перьями, подходящей больше для променада чем для путешествия в поезде. Во всем облике Наташиной собеседницы ощущался определенный перебор и читалось желание привлекать взгляды окружающих. Было заметно, что она получает удовольствие, ловя их на себе. Глубокое декольте и яркая помада дополнялись громким уверенным голосом.

– И не говорите, голубушка, – обратилась она к Наташе, – мы с вами в соседних вагонах, бывают же такие совпадения!

Дама старалась спрятать свой взгляд, но невозможно было скрыть, что она смотрит на Наташу оценивающе, с некоторой долей зависти.

Скромное дорожное платье, аккуратно уложенные локоны, открывающие стройную шею. Небольшая, но изящная шляпка. Проникновенные, очаровательные, будто бархатные глаза Наташи производили удивительное впечатление, заставляя окружающих смотреть на нее с неподдельным восхищением.

– Так что заходите на чаек, поболтаем… – Дама приблизилась к самому ее уху и загадочно добавила, – Посплетничаем.

– К сожалению, дочка без меня не засыпает, – невозмутимо соврала Наташа, – и…

Она хотела добавить еще что-то, но сквозь окружающий шум вокзала до нее неожиданно донесся голос Симы:

– Наташа!

Сима уже видела ее и бежала, огибая людей и стоящие на платформе вещи.

– Симка?! – Наташа помахала рукой.

Сима налетела, как ураган, чуть не сбив с ног Наташину собеседницу. На бегу раскрывая объятия она издала победный вопль и повисла на шее у сестры.

– Успела! Я успела! – Сима радовалась, как ребенок.

– Откуда ты взялась? – Спросила Наташа отстраняясь и разглядывая запыхавшуюся Симу.

– От чего ты не сказала, что в Москве? – Вопросом на вопрос ответила та.

Наташа хмыкнула.

– Я писала… но у тебя экзамены…

– Понятно, – вздохнула Сима. Она оглянулась, – а где Тата?

Наташа кивнула на окно купе из-за которого за ними с большим интересом наблюдала Тата.

Сима радостно замахала руками. Тата замахала в ответ.

– Татка, счастливого пути!

Тата приложила к стеклу ухо и щеку, чтобы расслышать Симины слова. Та не долго думая, чмокнула племянницу прямо через стекло. Тата заулыбалась.