Годы испытаний. Честь. Прорыв
Шрифт:
Геннадий Гончаренко
(1921–1988)
Текст печатается по изданиям:
Гончаренко Г. Честь. М.: Московский рабочий, 1965;
Гончаренко Г. Прорыв. Новосибирск: Новосибирское кн. изд-во, 1960.
Честь
Часть 1
Армейские
Больше поту в ученье, меньше крови в бою.
Глава первая
Лейтенант Миронов отстал от поезда и опоздал в часть. Начальник штаба майор Чепрак запальчиво отчитывал его:
– У командира полка так просто не отделаетесь! Он разгильдяев не терпит!
Миронов стоял навытяжку. Он дважды порывался оправдываться, но майор обрывал его. Мелькнула мысль: «Он даже не желает выслушать, что со мной случилось?..» А потом, вдруг кончив распекать, Чепрак, к удивлению Миронова, проводил его до двери и посоветовал:
– Вы, лейтенант, не вздумайте перед командиром полка оправдываться. Ух, как он не любит этого!..
Это напутствие еще больше расстроило Миронова, и он переступил порог кабинета командира полка с таким чувством, будто впервые прыгнул с парашютом.
Миронов попал в просторную, светлую комнату. За столом сидел подполковник – коренастый, крепко сбитый, широкоскулый, с суровым лицом. Его острые, пронизывающие глаза глядели пристально на него. Лейтенант покраснел и запнулся. Но тут же овладел собой и доложил:
– Товарищ подполковник, лейтенант Миронов прибыл в ваше распоряжение для прохождения дальнейшей службы. – Голос лейтенанта осип, задрожал.
Зазвенел телефон. Подполковник взял трубку:
– Канашов.
Из трубки доносился чей-то громыхающий бас.
Только сейчас у большого книжного шкафа лейтенант увидел девушку. В простеньком полотняном платьице, в белых спортивных тапочках на стройных ногах, она была совсем неожиданна в этом служебном кабинете. «Мне вот попало и тебе сейчас попадет», – сказали ему ее глаза. На правой щеке девушки он заметил темную родинку. Она очень подчеркивала нежную свежесть лица. Бросив недовольный взгляд на лейтенанта – видно, он помешал их разговору, – девушка вышла из кабинета.
Твердый голос подполковника привлек внимание Миронова.
– Категорически запрещаю, капитан Горобец, заниматься другими делами. Понимаете, за-пре-щаю! Надо дорожить честью полка…
Резко положив трубку, подполковник встал.
– Вы недавно из училища, лейтенант? – пробегая глазами предписание, спросил командир полка и оглядел кареглазого лейтенанта, подтянутого, в новеньком, ладно подогнанном обмундировании, затянутого в хрустящие, пахнущие новой кожей ремни.
– Так точно, товарищ подполковник.
– Значит, пулеметчик…
– Так точно, товарищ подполковник.
–
Телефонный звонок снова прервал разговор.
– Здравствуйте, товарищ полковник. Да, да. С Горобцом только что говорил… Что? – Темные широкие брови подполковника поползли кверху. – Опять холостые выстрелы и сплошное ура?.. Это, конечно, безопасно, но, товарищ полковник, я не согласен… Одно из двух: или мы готовим учение, приближенное к боевой обстановке, или устраиваем традиционный тактический парад! Командующий, как я понял, ждет от нас учения в сложных условиях, отвечающих требованиям современной войны. Вот я и использовал одну треть боеприпасов, отпущенных на генеральную репетицию. Обстрелянные солдаты уверенней действовать будут. – И неохотно добавил: – К вам? Зайду. – И, положив трубку, остро глянул на Миронова.
У лейтенанта перехватило дыхание. «Вот сейчас спросит, почему опоздал… И чего он тянет?»
– Вы женаты?
Вопрос застал Миронова врасплох.
– Нет, товарищ подполковник.
– Хорошо… Получите комнату на двоих. Вы, кажется, с Жигуленко из одного училища? – И, закурив, как бы между прочим, спросил: – Как стреляете из пистолета?
Миронов стрелял в училище неважно и не скрыл этого от подполковника. Тот приказал:
– Получите сегодня же пистолет, отстреляете в полковом тире и доложите мне. – Потом посмотрел строго: – Вы прибыли в полк с опозданием, товарищ лейтенант. Так начинать службу не годится.
«Сейчас посадит под арест».
– Вы свободны, лейтенант. Идите.
Миронов не помнил, как вышел от командира полка, и, только встретив по дороге Жигуленко, очнулся.
– Ты куда запропал? – спросил растерянно Миронов.
– А я встретил по пути начальника штаба. Волнуется за тебя. Говорит: командир полка второй день не в духе. Как бы ты не попал ему под горячую руку. Не понимаю, зачем ты связался, Сашка, с этим ребенком? Опоздал в часть… Милиция должна разыскивать его мать… Ты был у командира полка?
– Только от него.
Жигуленко прищурился, поглядел на Миронова.
– Арестом или строгачом отделался?
– Ни того ни другого.
– Брось ты!.. К начальнику штаба зайди. Ждет, волнуется.
– Зайду. Пистолет получу и зайду.
Жигуленко удивленно смотрел на товарища.
– Зачем?
– Командир полка приказал отстрелять в полковом тире и доложить результаты… И знаешь, комнату нам выделил. Будем жить вместе.
Жигуленко вернулся к вечеру расстроенный и усталый.
– Представился?
– Да… Тебе повезло, быстро отделался. Что творилось у Канашова! Полно командиров. И все со срочными бумагами. Я насилу протиснулся в кабинет. Выслушал он меня без удовольствия. Хитрый мужик этот Канашов. По-моему, себе на уме.
Миронов не стал возражать. Что можно было сказать о человеке, которого он видел впервые.
– А мне его дочь понравилась. Когда я представлялся, она была в кабинете.
– Красивая?
– Да-а, интересная…
Жигуленко вынул из нагрудного кармана фотографию девушки с пышной короной светлых волос.