Год страха
Шрифт:
— Даррелл, — строго посмотрел на меня директор, — то, что произошло сегодня — вопиющий случай. Никогда в истории интерната не бывало нападений на курсантов. Убийца, пробравшийся сюда — нонсенс! И с сегодняшнего дня, я отменяю для тебя свободное посещение места силы, до того момента пока не вернутся с практики старшие курсы.
— Серьезно? — чуть не выругался я, понимая, чего меня лишают, — зачем? Думаете, кто-то пошлет еще одного убийцу?
— Даррелл, я не собираюсь устраивать с тобой дискуссию. Мое решение ты услышал.
— Как я это объясню моим одногруппникам?
— Я предупрежу Илону Аристарховну, скажешь, что это ее решение.
— Это все, или будут еще какие-то ограничения?
— Постарайся не оставаться наедине. Не знаю, что за человек хочет твоей смерти, но от своей идеи он вряд ли откажется. Будь начеку. Мы конечно усилим охрану, но это не дает полной гарантии безопасности.
— Можно подумать вас эта безопасность волнует, учитывая сколько учеников не доживает до выпуска, — выпалил на эмоциях я, и тут же об этом пожалел, не стоило мне выказывать свое раздражение.
— Свободен! — рявкнул Макар Тимурович.
Ковыряясь пальцем в оглохшем ухе, я в самом скверном настроении вышел из кабинета директора. Возле административного корпуса меня уже ждал вездесущий Витек, тут же набросившийся с расспросами.
— Зачем тебя вызывали? Меня вот за все время ни разу туда не звали, а ты, который раз уже там побывал.
— А оно тебе надо? Туда ведь не для дружеской беседы зовут.
— Так оно, но все равно. Так зачем ты туда ходил-то?
— Дела с родней решали, — соврал я. — Витек, а двести орлов это много?
— Конечно, — сбился пацан, готовый задать мне следующий вопрос. — Корову за тридцать купить можно.
— Ну это мне вообще ни о чем не говорит. Сколько к примеру, рабочий на мануфактуре получает за месяц?
— Вроде около двадцати или тридцати орлов. Я ж деревенский, толком об этом не знаю. Но вроде бы так. А зачем тебе?
— Да так, финансовые вопросы обдумываю.
— Ну понятно. Вы дворяне только об этом и думаете.
— Витек! Ты точно когда-нибудь от меня огребешь! Пойди погуляй, а?
— Ладно тебе. Шутки у меня такие, — широко улыбнулся пацан.
— Ну-ну, — кивнул я, — но я серьезно, пойди пока погуляй, мне к Илоне надо зайти. Ты кстати знал, что у нее отчество Аристарховна?
— Не-а. Понятно теперь почему она его не любит. Ишь чего — Аристарховна.
Пожелав мне меньше думать, Витек умчался по своим мальчишеским делам, а я и впрямь собирался найти учителя магии, хотя шанс, встретить ее в учебном корпусе вечером, стремился к нулю. Женщина после занятий уезжала из интерната и возвращалась сюда только к утру. Но в любом случае, мне хотелось побыть одному — нужно было обдумать, как действовать дальше.
Прав директор, пусть убийца пойман, но покушение может повториться и хотелось бы быть к этому готовым, а в идеале нужны превентивные меры. Вот
Идею, как решить вставший передо мной вопрос, сам того не желая подкинул Ждан. После последней нашей стычки он ко мне старался не приближаться и вроде как гадости не планировал, но уязвленное чувство собственного достоинства требовало как-то самоутвердиться. В общем, Ждан подставил Витька под наказание холодной комнатой.
Пока я, погруженный в раздумья, нарезал круги по территории интерната, вокруг образовалась какая-то нездоровая суета. Возле казармы сперва собралась небольшая кучка курсантов, а затем, туда, почувствовав внезапное развлечение, начали подтягиваться и остальные.
Меня эта движуха особо не интересовала, скорее всего опять какая-то драка и смотреть на нее не было никакого желания. Хотят пацаны ребра друг другу пересчитать — их дело. Но оказалось, все обстояло несколько серьезнее.
— Там Витек чуть Кисляка не пришиб. Магией! — подбежал ко мне один из пацанов группы.
— Да твою мать! — вырвалось у меня. Как бы я не относился к болтливому парнишке, но за все время моего нахождения здесь он постоянно был рядом, и я чувствовал ответственность за его жизнь.
Толпу пацанов пришлось распихивать локтями — они столпились вокруг Витька и, верещавшего дурным матом, Кисляка, держащегося за лицо.
— Ослеп! Как есть ослеп! — вопил Кисляк. — Он меня глаз лишил!
— Что случилось? — я схватил Витька за руку, отчего тот испуганно дернулся, но увидев меня, немного успокоился.
— Я не хотел. Они начали говорить, что я ни на что не годен и дворянином мне никогда не стать. Ну вот и…
— На больное значит надавили, твари. Дальше что?
— Ждан мне палку в руку дал, покажи, говорит, что ты достоин здесь находиться. А я достоин!
— Понятно все, — вздохнул я. — Доказал?
— Наверное. — чуть не всхлипывая, ответил парень. — Разозлился я, ну и ударил Кисляка — он больше всех болтал, как учитель Михаил показывал. Магией!
— Витек, ты ведь понимаешь, что тебя спровоцировали.
— Спрово… чего?
— Довели тебя специально, чтобы ты магией ударил. Сил у тебя немного, Ждан об этом прекрасно знает. Кисляк, сука, больше воет, я ведь вижу, что у него на лице синяк да ссадина.
— Да? Так он не ослеп? — тут же повеселел Витек. Я же за это боялся.
— То есть наказание тебя не смущает?
— Не а. Подумаешь комната какая-то.
— Ох Витек, Витек, — покачал я головой, — как ты только дожил до своего возраста.
— Ага. Батя тоже всегда удивлялся.