Год первый
Шрифт:
Арлис вошла через черный ход, так как Тим из службы безопасности снабдил ее полным набором ключей и магнитных карт, прежде чем исчезнуть. Затем она взбежала по ступеням: после пары отключений электричества все предпочитали пользоваться лестницей. Кроме того, подъем на пять этажей восполнял нехватку привычных тренировок в спортзале.
Оглушительная тишина пустых помещений больше не беспокоила Арлис. Она направилась на кухню, перемолола оставшиеся там зерна кофе, пересыпала их в пакет, убрала в рюкзак и только потом
Иногда Малышка Фред – энергичная стажерка, прозванная так за миниатюрный рост, и продолжающая появляться на работе, как и сама Арлис, – пополняла запасы. Журналистка никогда не спрашивала, где подвижная рыжая девушка достает кофе, шоколадки и кексы, а просто наслаждалась этими щедрыми дарами.
Сегодня Арлис наполнила термос горячим крепким напитком, выбрала один из батончиков и направилась в новостную редакцию. Можно было занять отдельный кабинет, благо свободных теперь имелось больше, чем занятых, но открытые пространства создавали ощущение безопасности.
Арлис включила свет, наблюдая, как лампы одна за другой загораются над пустыми столами и темными экранами, и попыталась не думать о том дне, когда выключатель не сработает. Затем привычно устроилась на выбранном месте и запустила компьютер, скрестив пальцы на удачу. Интернет в квартире сдох пару недель назад, но на станции новостей по-прежнему имелся.
Соединение шло невероятно медленно, то и дело прерываясь, но шло. Арлис нажала на символ почтового ящика, налила себе кофе, откинулась в кресле и принялась ждать, едва смея надеяться. Когда на экране появился список входящих сообщений, она выдохнула и радостно воскликнула:
– Живем!
Затем проверила, как делала несколько раз в день, не пришло ли письмо от родителей, брата или друзей, которые остались в Огайо. Уже неделю ни от кого из них не было новостей, и связаться по телефону тоже не удавалось. В последний раз, когда Арлис разговаривала с отцом, тот заверил дочь, что с ними все в порядке, но голос его звучал неубедительно и слабо.
А потом контакты полностью прекратились. Звонки не проходили, а сообщения и электронные письма оставались без ответа.
Арлис отправила еще одно послание, указав в адресной строке сразу всех.
«Пожалуйста, свяжитесь со мной. Я проверяю почту несколько раз в день. Мобильный телефон тоже пока работает. Как у вас дела? Сообщите хоть что-нибудь о вашем местонахождении и состоянии. Я начинаю всерьез волноваться.
Мелли, если получишь это письмо, пожалуйста, проведай моих родителей.
Надеюсь, у вас и ваших близких все в порядке.
Арлис».
Она нажала кнопку «отправить», запретила себе думать о родных, понимая, что пока ничего больше не может предпринять, и принялась за работу.
Сообщений на сайтах «Нью-Йорк
Бывший госсекретарь, ныне президент по порядку правопреемства, провел видеоконференцию с министром здравоохранения и соцслужб, исполняющим обязанности директора Центров по контролю и профилактике заболеваний – предыдущий скончался на девятый день пандемии – и недавно назначенным главой Всемирной организации здравоохранения. До последнего времени пост занимал Карлсон Трэк, но он заболел и передал полномочия Элизабет Морелли. Вопросы о состоянии мистера Трэка остались без ответа.
Арлис сделала пометку о заявлении ВОЗ, что, усилиями мировых экспертов, новая вакцина против вируса H5N1-X будет готова к массовому производству в течение недели.
– Забавно, что Трэк говорил то же самое десять дней назад. Брехня остается брехней даже в герметичном бункере, – пробормотала репортер себе под нос.
Затем прочитала сообщение о том, как группа людей, которые забаррикадировались с кучей припасов, еды и воды в начальной школе Квинса, устроила перестрелку с другой группой, которая попыталась забраться внутрь. Погибли пять человек, в том числе женщина с десятимесячным младенцем.
Уравновешивала эту трагедию новость о церкви в пригороде Мэриленда, где раздавали одеяла, свечи, батарейки, сухие пайки и другие предметы первой необходимости.
За этим последовали сообщения об убийствах, мародерстве и изнасилованиях. И гораздо более редкие – об актах героизма и проявлениях простой человеческой доброты.
И, само собой, росло количество новостей о созданиях со светящимися крыльями и людях, которые швырялись друг в друга огненными шарами, слетавшими с кончиков пальцев.
Арлис проглядела рапорты военных о перевозке тех, кто предположительно обладал иммунитетом к вирусу, для исследований в защищенные объекты. Интересно, где они находятся?
Затем последовали заметки о помещении в карантин целых кварталов, о массовых захоронениях, о блокадах и о зажигательной гранате, брошенной на лужайку Белого дома.
Фанатичный проповедник Иеремия Уайт заявлял, что пандемия вызвана гневом Божиим на грешный мир, и обещал, что праведники спасутся, если сами истребят всех злодеев.
«Они ходят неузнанными среди нас, – кричал он, – но являются посланниками ада, а посему должны быть возвращены пламени!»
Арлис делала пометки, переходя с сайта на сайт. С каждым днем их становилось все меньше. Затем она посмотрела на часы и включила Skype, чтобы связаться со своим самым доверенным источником.
Он появился на экране почти сразу после вызова и натянуто улыбнулся, приглаживая встрепанную белую шевелюру, зачесанную наверх, как у Билли Айдола, и открывающую приятное бесхитростное лицо.