Год Мамонта

Романовский Владимир Дмитриевич

— И какое же имя вы выбрали? — спросил Редо, держа ребенка

над купелью и начиная раздражаться. Он не любил, когда женщины болтают попусту. Ему этого дома хватало.

— Я толком не знаю, но вот, вроде, неплохое имя — Нико. Я знала одного… дурак удивительный, но вполне счастливый. И

добрый. А это, возможно, самое главное и есть.

— Нико? — Редо поразмыслил, пожал правым плечом, и опустил младенца в купель. Вода была теплая и младенец не заплакал. — Ладно. Пусть будет Нико.

Конец романа