Гнездо Дракона
Шрифт:
– Вы обвиняете меня, но сами- то разве совсем не виноваты? Люди разве, по Вашему, зря станут легенды рассказывать? Нет! Скажу я Вам, дорогой друг, я уверен, что у Вас тоже рыльце в пуху, и Вы так же виноваты в этих легендах о Драконе, как и я.
– Хм...Не понимаю, о чем Вы, право слово. Я не имею никакого отношения к этим диким вымыслам! Это вовсе не моя история! Драконом называли моего батюшку, это правда. Вот он был настоящий человек. Бравый вояка. Он еще в Крестовые походы похаживал. Вот о нем-то легенды ходили. Сарацины боялись его, как огня, и называли Дьяволом. Да и не только сарацины,
Влад мечтательно закатил глаза и, откинувшись на мягкие подушки, погрузился в воспоминания.
– Да, - возразил Стокер,- а вы- то агнец невинный прямо. А кто крестьян да турок на кол любил сажать? Да еще и обедать себе приказывали накрывать среди этих кольев, на которых люди -то от боли корчились. Отваги и смелости..эх...Вы , наверное, хотели сказать: жестокости да дикой разнузданности.
– Э, что вы понимаете, друг мой? Это война. Сами-то Вы, небось, и пороху не нюхали.
Стокер внимательно посмотрел на Влада.
15.
Фрида поправлялась быстро. Уже на третий день смогла самостоятельно встать с постели и налить себе воды.
Матушка Эуджения строго следила за порядком в доме. Жизнь в доме начиналась с криками первых петухов. Где-то наверху поднимались девушки - служанки, тихо пересмеиваясь и шикая друг на дружку, они спускались вниз, в кухню. А потом начиналась обычная жизнь гостиницы. Постояльцев, видимо, в это время было немного, поэтому Леа и девушки частенько заглядывали к Фриде поболтать и посмеяться. Эуджения выгоняла их, но они снова возвращались, уж больно мила была юная барышня. Гавриил постоянно бродил по окрестностям, собирая какие-то травы. Он притаскивал на кухню множество ароматных пучков и все восхищался местной флорой. Наконец, в один из дней Фрида не выдержала и стала подтрунивать над ангелом:
– Гавриил, ты стал прямо, как Авиценна. Что с тобой? Носишься с какими-то травами да цветочками. От тебя уже аптекой за версту несет.
– Фрида, детка, если бы только видела, какая красота сейчас на лугах там, за деревней. Воздух чистый, цветов море...Благодать...А эти травы - настоящее сокровище. Некоторые из них довольно редкие.
– Хм..Ангел, я знаю тебя уже немало лет, давно уж мы бродим по Четырем мирам, но я и подумать не могла, что ты интересуешься такими вещами.
– Эх, Фрида, многого ты обо мне еще не знаешь.
Он лукаво ухмылялся, а на следующее утро снова уносился куда-то в луга.
Эуджения ни о чем не расспрашивала девушку, хотя в ее взгляде мелькало порой любопытство. Она входила в комнату, осматривала все тщательно и строго: чисты ли простыни, свежая ли вода в кувшине, достаточно ли светло. Присаживалась на край постели, клала свою суховатую руку на лоб девушки и, удовлетворенно вздохнув, спрашивала, не нуждается ли она в чем- нибудь. Фрида неизменно говорила, что все в порядке, что она идет на поправку. Эуджения с улыбкой желала ей выздоровления и уходила, шурша крахмальными юбками.
Вечером впархивала Леа. Она было молода и жизнерадостна, от ее фигуры, одежды исходил какой-то особый аромат чистоты и здоровья. Ее душа была нараспашку, она могла бесконечно болтать и смеяться. Ее мягкое в ямочках круглое личико то и дело расцветало жемчужно-
Фрида от души наслаждалась невольным отдыхом, задержавшим ее на пути к замку. Ей были приятны окружающие люди, она безмятежно валялась в постели, набираясь сил после первого столкновения с Легионом.
16.
Сам сидел на шатком стуле, у которого одна ножка была короче трех остальных. Сам умудрялся сохранять баланс и не падал. На нем были синие спортивные штаны и растянутая майка. На простом некрашеном деревянном столе стоял штоф водки, граненый стакан, а на блюдце лежали соленые огурцы. Лицом был хмур. Все это было похоже на глубокую хандру.
Вельзевул и Марго замерли на пороге, увидев такую картину. Демон нахмурился:
– Ну вот, Мессир, снова Вы хандрить надумали.
– А мы Вас развлечь пришли, Мессир,- игриво ввернула Марго.
Сам поднял взгляд на вошедших и глубоко вздохнул:
– Осень, господа, снова пришла осень...
– Сейчас Вашу хандру осеннюю как рукой снимет, - весело сообщил Вельзевул.
Потом сделал паузу, желая сохранить интригу.
Сам поднял на демона грустный взгляд:
– Ты если что сказать хочешь, то говори, а то встал там на пороге, ни то, ни се...А если нет- то оставь меня, я в печали...
Сам снова глубоко вздохнул. Демон и Марго переглянулись и кивнули друг другу.
– А мы Вам принесли новость, которая Вас развлечет, Мессир.
– Да?
– безнадежно спросил Сам и почесал живот под майкой.
– Ну, говорите, что ли? Не томите уже...
Демон и Марго в один голос воскликнули:
– Фрида !
– Что??? Опять??? Гоните ее в шею, видеть ее не могу!
Сам обхватил голову обеими руками и закрыл глаза.
– Нет, Мессир, Вы не правильно поняли..Она..это...Отправилась к Дракону.
Выпалив новость на одном дыхании, демон обреченно закрыл глаза, думая, что теперь то уже Сам поймет, насколько тяжела ситуация, и что-то непременно предпримет.
– Зачем?
– Сам с подозрением уставился на демона. Марго стояла и хлопала глазами.
– А я почем знаю?
– ворчливо отозвался Вельзевул.
– А я разве не сказал тебе присматривать за ней?
Вельзевул опустил взгляд в пол:
– Говорили, Массир, не уследил...
– Так...- протянул Сам.
Несколько минут он был погружен в глубокую задумчивость. Демон и Марго внимательно следили за сменой тени и света на его лице. Потом Сам поднял голову и произнес: