Гнев
Шрифт:
— Я подвергла тебя опасности? — я задаюсь вопросом, признавая свою роль во всем этом.
— Это не опасно, просто время зависит от времени, — уверяет меня Маркус.
— Ну, ты можешь оставить его со мной в любое время, — я обнимаю маленького мальчика.
— Спасибо. Мне лучше идти, — Маркус кивает, ерошит сыну волосы и спешит к двери.
— Хорошо, — удается мне, и мой голос становится слабым эхом обычной твердости.
Я следую за ним, чтобы проверить замок, закрепляя засов на двери. Зейн рассказал мне, как включить будильник, и мне
— Хорошо, Алекс, — решаю я, поворачиваясь к нему лицом. — Мы собираемся проверить все двери и окна. Ты будешь моим заместителем. Думаешь, ты справишься с этим?
Его глаза сверкали, серьезность нашей ситуации, казалось, терялась в воображении детского разума. Он энергично кивает, на его лице играет озорная ухмылка.
— Хорошо, — улыбнулась я, чувствуя, как напряжение в моей груди слегка ослабевает. — Потому что мне действительно могла бы пригодиться компания.
Алекс открывает один из ящиков буфета и достает изнутри балаклаву. Накинув его на голову, он превращается из приятного ребенка в могучего искателя приключений.
— В этом доме полно сокровищ, которые можно разграбить, — заявляет он голосом пирата, как я могу только предположить. — Должен быть какой-то проход. Давай проверим дом на предмет скрытых мест!
— Иди вперед, капитан, — подыгрываю я, следуя за его маленькой фигурой, пока он на цыпочках преувеличенно приближается к ближайшему окну.
Мы переходим из комнаты в комнату, руки Алекса имитируют тщательный осмотр опытного вора. Мы останавливаемся перед каждой потенциальной точкой входа, сосредоточенно хмуримся, прежде чем покачать головой и перейти к следующей. Я погружаюсь в игру, указывая на места, которые он мог пропустить, а наш смех и шепот наполняют тихие уголки дома. Оказавшись в надежной ловушке в доме, мы и наша неразграбленная добыча можем делать все, что делают пойманные в ловушку пираты, когда они дома.
— Видишь? Все запечатано наглухо, — успокаиваю я его, хотя эти слова касаются не только его, но и меня.
— Самые лучшие пираты! — восклицает он, поднимая руку, чтобы дать пять. Его ладонь в перчатке мягко шлепает мою ладонь — простой жест, который укрепляет наше вновь обретенное партнерство.
— Абсолютно, — соглашаюсь я, ласково ероша его покрытую балаклавой голову. — Никто не пройдет мимо нас, верно?
— Верно! — Алекс утверждает, что мы двое — единый фронт в игре, которая кажется слишком реальной.
Глава тридцать пятая
Зейн
Тяжелая деревянная дверь бара со знакомым скрипом распахивается, когда я вхожу в клуб на Уитчем-роуд, как будто это заведение принадлежит мне. Я нет, но мой приезд имеет тот же эффект. Я потратил несколько часов, сидя возле дома и клуба Десмонда, высматривая любые его признаки, ожидая, пока вчерашние товарищи получат записку о встрече.
Ребята, с которыми я встречаюсь, сгрудились в угловой кабинке, на их лицах смешаны страх и вина. Я не знаю никого из них достаточно хорошо, чтобы разделять с ними сильную преданность.
—
— Все пошло по плану, — начинает Дэйв, его голос слишком нетерпелив, когда он наклоняется, чтобы освободить место для меня. — Ронан ушел вместе с нами после пары напитков, как мы и планировали. Мы смешали порции, так что у нас было по одному пиву и одному безалкогольному напитку. Он рассказал нам, как ты не мог поверить в свою удачу, уйдя в в то же время, что и девушка, которая привлекла твое внимание, и вы двое уехали. Он даже сказал, что осматривался, чтобы убедиться, что все чисто, когда ты садишься в машину.
— Хорошо, — говорю я, глядя на каждого из них по очереди. Их глаза отводят взгляд, не в силах выдержать мой взгляд. — Так почему же мне кажется, что ты не все мне рассказываешь?
Томми, самый младший и беспокойный из всех, закусывает губу. — Просто… после того, как Ронан расстался, мы не пошли за ним домой, не так ли? — его слова звучат поспешно, как будто признание уменьшит тяжесть их оплошности.
— Тебе сказали?
— Нет, только чтобы выпить. Но, честно говоря, никто из нас не знает, почему.
— Все сложно, — я не собираюсь проявлять непрофессионализм и согласен с ними. Эдвард должен оставаться непогрешимым в их глазах.
— Лен, если Десмонд следил за Ронаном, он будет знать, где его место. Возьми двух парней и проверь это.
— Конечно, босс, — Ленни всегда избегает называть меня папой на работе, хотя все об этом знают.
— Остальные пойдут со мной.
Одобрительные кивки сопровождают движение мужчин, когда мы разделяемся на две команды. Ленни крепко прижимает пистолет к груди, матовый черный ствол тускло блестит в слабом клубном освещении. Кивком головы он указывает на свою команду, и они выстраиваются позади него, выскальзывая из клуба.
Остальные выходят на улицу, где Маркус ждет у стены с сигаретой во рту.
— Жасмин? — спрашиваю я, ее имя слишком похоже на признание.
— В восторге, — отвечает он, и в его голосе звучит скрытое удивление. — Она понравилась Алексу и говорит, что хотела бы иметь его еще. Она научится.
Я знаю, что он дразнит; Алекс — маленький ангел.
— Хорошо, — узел напряжения внутри меня ослабевает. Готовность Жасмин присматривать за Алексом означает, что мы можем сосредоточиться на поисках Ронана, не отвлекаясь.
Маркус ведет машину, а мы направляемся в клуб Десмонда. После моего визита ранее в тот же день я хочу, чтобы моя машина не возвращалась в тот же район. Люди с большей вероятностью распознают закономерности, когда они повторяются. Когда я смотрю на переулок, где все это началось, я не могу не задаться вопросом, мог ли я сделать что-нибудь по-другому. Мог ли я позволить Эндрю жить, потребовав, чтобы Жасмин стала моей? Послушал бы он, а если нет, представлял бы ли он большую угрозу, чем Десмонд?