Гнев смотрящего

Сухов Евгений Евгеньевич

Он внимательно слушал собеседника, то и дело кивая головой и угукая в знак одобрения.

– Ну, хорошо! Подробности обговорим при личной встрече. Подъезжай сюда, в Жуковку, в воскресенье часикам к семи вечера. Я буду… Да, и смотри не перепутай – я в Жуковке-5, не попади к старым большевикам в Жуковку главную! – И, хохотнув, Алик отключился от линии.

Он чуть ли не швырнул трубку на зеленое сукно и, довольно потирая руки, прошелся по бильярдной.

– Так, друзья мои, маховик раскрутился. Это звонил человек, который обеспечит мне контакт с Зарипом Салаховым. Не прямой, разумеется, а через посредников. Точнее сказать, он и будет

этим самым посредником. – Алик остановился и, как бы в раздумье поглядев на Петра Петровича и Виктора Ивановича, добавил: – А звонил генерал Урусов, крупный человек из МВД, который курирует оргпреступность в Москве. Через него у меня намечается выход на Зарипа. Думаю, все у нас получится. У этого Урусова на Зарипа имеется во-от такая папка оперативных разработок. Там есть кое-что такое, о чем Зарип Казанский и не подозревает. Полагаю, что генерал Урусов сделает нашему Зарипчику предложение, от которого тот просто не сможет отказаться. И самое забавное, что оба почти земляки! Салахов родом из Татарстана, а Урусов – из Башкирии.

Глава 43. Отпрыгался, приятель

Ларьки в подземном переходе под Новым Арбатом еще не открылись, после смены арендатора требовалось какое-то время на завоз нового оборудования и товара. Во всяком случае, работники многопрофильной фирмы «Стикс» были готовы именно так объяснять свое временное бездействие на ниве торговли. Правда, пока их никто ни о чем не спрашивал. Внутренность всех ларьков была завешена плотной темной материей, однако порой в щели изнутри пробивался свет, указывавший на какую-то деятельность.

День уже клонился к вечеру, когда в подземный переход на Новом Арбате спустились трое молодых людей весьма грозного вида – накачанные, с толстыми золотыми цепями на шеях, с мрачными маловыразительными физиономиями. Пешеходы, струящиеся двумя потоками взад и вперед по переходу, опасливо отходили в сторону, уступая троице дорогу. Шедший впереди был, видимо, старшим, так как он был налегке. Двое остальных тащили, прижав к животу, коробки с каким-то, судя по иероглифам, китайским или корейским ширпотребом. Миновав шеренгу ларьков, первый постучал в металлическую дверь, проделанную в стене перехода. Некоторое время из-за двери доносилась только песня ансамбля «Бахыт-Компот» «Кладбищенская клубника». Затем магнитофон выключили, и хриплый голос спросил:

– Кто там?

– Это я, Рекс, открывай, – ответил тот, что шел налегке.

Дверь приоткрылась, в образовавшейся щели показалась настороженная физиономия:

– А это кто с тобой?

– Кто-кто!.. – разозлился Рекс. – Мои пацаны из Краснокаменска. Давай открывай, а то коробки тяжелые. Тебя что, не предупредили?

– Нет, – сказал стоявший за дверью боец, однако дверь открыл.

Двое с коробками быстро протиснулись внутрь, а Рекс остался снаружи. И вдруг рядом с ним из потока пешеходов возникли два неприметных крепыша с короткой стрижкой. Они стремительно просочились в подсобку, и оттуда послышались удары, хруст сминаемого картона и сдавленные крики, однако вскоре все стихло. Рекс не успел и глазом моргнуть, как из потока пешеходов отделились еще двое неприметных мужчин и, оттеснив его от двери, крепко взяли за руки. Рекс услышал спокойный шепот:

– Не дергайся, парень. Все под контролем.

Один из них спрятал в карман рацию.

Эту сценку заметил рыжий амбал в кожаной куртке, спускавшийся по лестнице в переход. Он остановился

на середине спуска, повернулся и опрометью бросился обратно наверх. Однако его маневр не укрылся от внимания крепкой парочки, опекавшей Рекса. Один из них остался с Рексом и с угрожающим видом шепнул ему что-то на ухо, а второй вынул рацию и произнес в микрофон несколько слов. Между тем рыжий как угорелый ввинтился в поток пешеходов, фланировавших вдоль магазинных витрин, влетел в вестибюль офисного небоскреба, прорвался через турникеты, помахивая красной книжкой и крича:

– Я – в «Стикс».

Огромными прыжками понесся к лифтам. Неожиданно из-за колонны наперерез ему шагнула темная фигура, и рыжий, запнувшись о подставленную ногу, с проклятием грохнулся на пол. Впрочем, падение не ошеломило его: он тут же вскочил и с перекошенным от ярости лицом бросился на противника. Тот, уходя от ударов, начал отступать, а тем временем со стороны лестницы возникли еще двое в темной одежде. Рыжий услышал их шаги за своей спиной лишь в самый последний момент, когда было уже поздно: подсечкой его сбили с ног, навалились и защелкнули на запястьях наручники.

– Сколько народу в офисе? Говори! – приказали ему, но рыжий вместо ответа попытался плюнуть в лицо спрашивавшему.

– Ах ты сучонок! – рассвирепел тот и с силой припечатал физиономию парня к полу. – Ладно, молчи, все равно им хана…

Охрана на входе смотрела на все происходившее с любопытством, но без особого удивления, поскольку была предупреждена.

С улицы прошествовали Рекс в сопровождении тех двух крепышей, которые прижимали к животам коробки с китайскими иероглифами. Вся компания погрузилась в лифт и поехала наверх. Следом мимо охраны прошел седоватый мужчина, на которого охрана посмотрела с невольным почтением: по его виду сразу можно было понять, что это большой начальник.

Стоя у дверей лифта, мужчина поговорил с кем-то по рации. До охраны донеслись слова:

– Аммонит… По моим прикидкам, килограммов пятьдесят… Да я сам обалдел… Конечно, обезвредили… Да, выдвигаемся на исходную…

Отключив связь, мужчина услышал брань, которой не переставая сыпал пойманный в вестибюле рыжий парень, лежавший теперь на полу. Вывернув шею, парень смотрел снизу вверх на своих врагов и поносил их последними словами.

Мужчина с рацией недовольно произнес:

– Что вы его здесь разложили? Уберите его куда-нибудь в сторонку и там успокойте.

– Есть, товарищ полковник, – последовал ответ.

Чижевский шагнул в подошедший лифт и нажал на кнопку с цифрой 14. Операция на тринадцатом этаже уже начиналась, и шум открывающихся дверей лифта мог встревожить бандитов. Каждый из его людей знал свою роль, и присутствие начальника им не требовалось, однако сегодняшняя операция была очень опасной; и потому отставной полковник считал своим долгом находиться рядом с подчиненными. Медленно и осторожно спускаясь с четырнадцатого этажа, он услышал снизу нетвердый голос Рекса:

– Открывай, Зародыш, это я. Да быстрей давай, коробки тяжелые…

Чижевский усмехнулся: ишь ты, бандюга первостатейный, а вишь какой стал – как шелковый, стоило его разок пугнуть…

Скрипнули петли металлической двери, и вслед за тем послышался тот особый шум, который хорошо знаком всем, работавшим когда-либо в группе захвата, – звуки ударов, короткие яростные вскрики, стук тела, рухнувшего на пол, топот множества ног…

Чижевский вздрогнул – в офисе кто-то истошно завопил: