Гнёт Луны
Шрифт:
— Дерек, — прорычал Феликс и поднялся на задние лапы. — Ты чего творишь?
Лосенок со страхом отпрыгнул и глухо заревел, поднимая голову к чернильному небу. Подросток замер и протянул руку:
— Не бойся, я тебя не обижу.
Феликс недовольно всхрапнул. Дерек сделал несколько шагов к самке, которая порывалась встать, дергая ногами, и нахмурился.
— Твоя мама умирает, — он посмотрел в блестящие глаза детеныша. — И ты тоже без нее умрешь. И это очень грустно.
Он осторожно и бесшумно приблизился к лосенку и вместо того, чтобы
— Пойдем со мной?
— Дерек! — прошипел Феликс. — Волки жрут, а не приручают лосей!
— А люди? — мальчик оглянулся.
— Что люди? — отозвался из кустов Феликс.
— Приручают лосей? — подросток шмыгнул.
— Да кого они только не приручают, — глухо прорычал Черный Коготь. — Сверни ты ему шею! Отличная первая добыча.
— Не хочу, — мальчик запустил пальцы жесткую и грязную шерсть на холке лосенка, который уткнулся мордой ему в живот. — Я его приручил. И мы в ответе за тех, кого приручили.
— Что ерунду ты несешь? — Феликс вышел из кустов.
Лосенок всхрапнул и попятился. Дерек закрыл его грудью и развел руки в стороны.
— Это из книжки, — сердито ответил Дерек, — Ты ее мне сам читал. Помнишь? Когда я был еще маленьким и беззубым.
Феликс застыл под звездами черным монстром.
— И зачем нам в доме лось? — рыкнул обортень.
— Пони вы мне не разрешили завести, — обиженно буркнул подросток. — Так пусть будет лось.
— Дерек, — Феликс накрыл морду лапой и вздохнул, — и в кого ты такой уродился?
Лосиха в траве захрипела, и детеныш кинулся к ней. Он истерично ткнулся в живот матери, выискивая в шерсти сосок вымени и жадно присосался к нему, однако недовольное ворчание подтвердило догадки Феликса. Самка была уже пуста и не могла накормить детеныша.
— Забери своего нового друга и уходи, — рявкнул оборотень.
Дерек метнулся к лосенку и требовательно толкнул его в кусты. Обратившись в неуклюжего монстра с темными подпалинами на мускулистой спине, подросток с рыком взвалил взревевшего лосенка на плечи и тяжело зашагал прочь, согнувшись от веса вырывающейся ноши.
Когда Дерек скрылся за кустами и молодой порослью, Феликс сел на корточки перед отчаянно всхрапывающей самкой и положил когтистую лапу ей на шею.
— Мне тоже очень жаль. Будь я диким зверем, мне бы не было так печально оборвать твою жизнь.
Он просунул лапу под голову самки и резким, умелым и решительным движением свернул ей шею. Волки, конечно, славились тем, что поджирали падаль и больных животных, но в оборотне взыграла его человеческая брезгливость. Он, ясное дело, переварит мясо, тронутое разложением и хворью, но вот что-то совсем не хотелось утолять голод гнилой плотью. Оборотень вскинул голову и завыл, оповещая диких собратьев о мертвечине в лесу, и замер, прислушиваясь к ночи. Небольшая стая мохнатых голодных волков с поскуливанием и рыком бежала на его зов.
Дикие звери вышли из леса и пригнули к траве головы,
Дерек сидел под старой разлапистой сосной и крепко обнимал фыркающего лосенка, не позволяя ему вернуться к мертвой матери. Феликс с ворчанием обхватил лапами детеныша под шеей и шерстистым задом и оторвал его от земли. Лосенок взревел, истерично задрыгался, но ему было не суждено выбрать из стальных объятий сильного и могучего оборотня.
— Я так понимаю, ты передумал быть волком, — Черный Коготь пружинисто зашагал по еловым иглам и мягкому мху.
— Иногда можно побыть и человеком, — Дерек кинулся вперед озорным волчонком, а потом сгорбился юным оборотнем с хитрым оскалом. — Но лишь иногда.
— Я не буду нянчится с твоим лосем, — зло отозвался Феликс. — И все остальным запрещу. Это ты его приручил, ты с ним и возись. Можешь младших попросить о помощи, но не взрослых. Понял меня? Не будешь его кормить, убирать за ним дерьмо и следить, я его съем. Молодая лосятина очень сладкая.
— Понял я, — буркнул Дерек и сравнялся с оборотнем.
Подросток положил ладонь на морду всхрапывающего от ужаса детеныша и широко улыбнулся:
— Рогалик!
— Я завтра планирую в город, поедешь со мной? — Феликс скосил желтые глаза на племянника.
— А как же Рогалик?
— За ним кто-нибудь присмотрит из старших, — вздохнул Феликс
— Но ты же сказал, что старших нельзя просить… — рассерженно прогундосил подросток.
— Тебе нельзя, мне можно, — рыкнул Феликс. — Поедешь, нет?
— Поеду, — фыркнул мальчик и насупился. — Я могу позвонить тете Ил?
— Нет, не можешь, — прошипел Феликс. — Прошлый твой звонок чуть не стоил ей жизни.
— Но она же наваляла тебе, — Дерек самодовольно хмыкнул.
— Наваляла, — согласился оборотень, сощурился, вглядываясь во тьму. — И тебе наваляет, если будешь надоедать.
— Ты должен извиниться, — подросток пнул ветку.
— Она еще не остыла, — хохотнул оборотень, срываясь на рык. — Тут индейкой не откупишься.
— Медведем? — Дерек оскалился в улыбке. — Медвежатина ей точно придется по вкусу.
— Мелкий дамский угодник, — Феликс перехватил мычащего лосенка покрепче и мотнул хвостом. — Но чтобы уж впечатлять капризную суку, то надо медведя завалить в одиночку.
Стая ужаснулась живому лосенку, которого принес Феликс. Лишь младшие члены семьи жутко обрадовались неуклюжему и ревущему детенышу, который попытался от них сбежать, но ворота и высокий забор были здесь не для красоты. Дерек вместо того, чтобы прогнать назойливых малышей, раздал каждому по поручению — принести молока, освободить в сарае место для питомца, натаскать свежего сена, вычесать шерсть от колючек и колтунов.