Гнёт Луны
Шрифт:
— Беги, мать твою, чего встал? Ты развлекаешь, а я за вами слежу. Я старший воспитатель, а ты нянечка.
— А я заведующая! — крикнула Ил, когда Рене подорвался с места и бросился за взвизгнувшими волчатами. — И никаких скунсов на обед!
Волчата подвывали, визжали и ворчали, словно переговаривались между собой, но Рене ничего не понимал, а вот черная образина, мелькающая в кустах и за деревьями отвечала им ласковым рыком и неразборчивым бурчанием.
Волчата прыгали в густые заросли, и мужчина с расцарапанным острыми ветками лицом бежал
— Падает! — взвизгнул Лестер.
— Кубарем! — хохотнул Фериил и яростно замахал хвостиком.
— Красиво падает, — отозвался черный волк позади волчат. — Если сломает шею, скажем маме, что ее жених умер смертью храбрых, запутавшись в шнурках.
Рене с криком распластался на мягком мху под хохот зверей и застыл, желая напугать подлых мохнатых шутников.
— Умер? — спросил Лестер облизывая мордашку.
— Па, мы можем теперь его скушать? — зевнул Фериил.
— Вы настоящие чудовища! — Рене поднял возмущенное лицо к волчатам. — Нельзя есть людей!
— Если очень хочется, то можно, — Феликс мотнул хвостом. — Давайте мальчики, под моим присмотром.
Волчата с рыком кинулись на вскрикнувшего Рене. Если у Лестера зубы еще были слабенькими, то вот у Фериила челюсти были крепкими и сильными, и его укус вполне мог лишить носа или пальца. Мужчина под смех, что прерывистым рыком вырывался из груди Черного Когтя, и под нападками пушистых засранцев запаниковал и решительно сгреб их в охапку, отворачивая лицо от зубастых пасточек. Он со вздохом плюхнулся на ковер из еловых иголочек, которые тут же впились в его нежный зад. Волчата фыркнули и вывернулись в руках удивленного Рене в шерстистых и хвостатых детишек с щенячьими мордами.
— Ох жуть какая, — он посмотрел сначала на одного оборотеныша, а затем на другого. — В детстве вы гораздо страшнее.
— Сам ты страшный, — рявкнул Фериил и клацнул зубами перед лицом Рене.
— Страшный! — согласился Лестер и вгрызся в плечо мужчины, с трудом прокусив плотную ткань толстовки.
Оборотеныш дернул головой, пытаясь разорвать рукав и обиженно вынырнул из объятий Рене и, неуклюже балансируя на задних лапах, проковылял к Черному Когтю, который смачно лизнул его в мордаху.
— Научи меня, — Рене взглянул на Фериила.
— Чему? — рыкнул оборотеныш и прижал уши.
— Обращению.
Фериил выполз из захвата мужчины и встал на передние лапы, недоуменно почесывая мохнатую шею.
— Просто превращаешься и все, — он пожал плечами.
— Рене, оставь эту идею, — вздохнул черный волк.
— Я вас не понимал раньше, а сейчас слышу, — мужчина склонил голову, вглядываясь в недовольную морду Феликса. — Это же тоже часть обращения.
Лестер выкопал из-под прелой почвы червяка и с аппетитом его сжевал.
— Он сожрал живого червя, — скривился Рене.
Лестер подозрительно глянул на мужчину, когтистыми
— Я забираю свои слова обратно, ты даже милый.
Оборотеныш ловко запихал насекомого в рот охнувшего мужчины и прижал лапу ко рту, всем весом навалившись на испуганного гостя. Рене машинально раскусил хрустящую многоножку и дернулся от спазма тошноты. Горькая и одновременно приторно сладкая субстанция растеклась по языку и небу.
— Ешь, — рыкнул Лестер. — Вкусно.
Рене отчаянно замычал и под горящими голубым и желтым огоньками глаз оборотеныша разжевал мерзкую дрянь и тяжело сглотнул.
— Вдруг ядовитая? — Фериил обеспокоенно взглянул на Феликса, который лениво почесал щеку задней лапой.
— Вот и узнаем, — хохотнул он.
— Молодец, — Лестер ободряюще лизнул побледневшего Рене в нос и вернулся к поиску насекомых.
Мужчина содрогнулся, прикладывая кулак ко рту. Через минуту борьбы с тошнотой, он передернул плечами и с ужасом уставился на Лестера, который решительно вышагивал к нему и крепко сжимал в кулачке извивающихся земляных слизней.
— Нет, нет, нет… — Рене поднялся на ватных ногах и кинулся прочь от хохочущего монстрика с протянутой рукой. — Я не голоден!
— Ешь! — зарычал Лестер, быстро перебирая задними лапками.
— Феликс! — взвизгнул Рене. — Я не хочу жрать слизней!
— Это почти улитки, — хохотнул волк. — Ты же их любишь.
— Но не сырых! — вскрикнул мужчина.
В жалкой попытке сбежать, он забыл, что у него развязались шнурки. Споткнувшись, Рене с криком упал, и Лестер тут же наскочил на него и оседлал шею, вжимая живых слизней в крепко сжатые и мычащие губы.
— Ешь!
— Не хо…
Несколько склизких тварей все же угодили Рене в рот, и он всхлипнул, проглатывая отвратительное угощение оборотеныша.
— Молодец, — Лестер вытер руки от слизи о шевелюру мужчины.
— Я наелся, — жалобно прошептал он и уткнулся в мох.
— Новый папа, — хихикнул над ним Фериил.
Рене поднял лицо и нервно сглотнул. Черный оборотеныш с хитрыми голубыми глазками держал перед собой дергающуюся мышку.
— Нет, — просипел Рене.
— Дай! — рявкнул Лестер, протягивая лапки.
— Уверен, что ты даже придушенную мышь не поймаешь, — Фериил оскалился. — Ты слабый и никчемный смертный.
— Жестоко, мой мальчик, — охнул Рене.
Лестер сполз с мужчины и капризно повторил:
— Дай!
— Жалкий неудачник, — прошипел Фериил, прищурив глаза на Рене. — Даже мышь сильнее тебя!
Фериил швырнул попискивающую бедняжку и ловко перехватил прыгнувшего в ее сторону хныкающего Лестера. Хвостатая бедняжка дернулась на мху и прихрамывая побежала в кусты можжевельника. Рене злобно рыкнул и кинулся к мерзавке, желая доказать, что он не тварь дрожащая. Когда он прошмыгнул в кусты и уже раскрыл пасть, чтобы сожрать мелкую сучку, его добычу умыкнул метнувшийся перед его носом Феликс.