Глушь
Шрифт:
Смех чуть-чуть разрядил обстановку.
— Спасибо за помощь, Тим. Я скоро вернусь. С головой, надежно сидящей на шее!
9
Часть первая
Шериф Саттер разглядывал ноги Пэм, делая вид, что пишет ежедневный отчет. Ему очень хотелось отвлечься от того бросающегося в глаза факта, что люди в его городе внезапно начали умирать направо и налево. Ножки Пэм в достаточной мере отрывали от
Пэм, местная красотка, которую Саттер нанял в качестве секретарши и радиодиспетчера отдела, отлично справлялась с работой, а то обстоятельство, что ее тело способно было вызвать беспорядки и в монастыре, увеличивало ее ценность как сотрудника. Одно ее присутствие создавало благоприятную рабочую среду, а это, без сомнений, очень важно для трудолюбивых, постоянно напряженных полицейских.
Трей сидел за столом напротив, притворяясь, что перебирает кипу бумаг из окружного отделения. Казалось, он тоже размышлял о ножках Пэм. Длинные и стройные, подтянутые, но не мускулистые — эталонные ноги, по мнению мужчин. В остальном она так же безупречна: высокая грудь и упругая попка, за которую не стыдно отдать жизнь, короткие каштановые волосы, милое ангельское личико со светло-карими глазами. Идеальный образ женщины в фантазиях любого мужчины-сексиста.
Саттер варился в собственных мыслях, как вдруг Пэм положила ногу на ногу — мигнул крошечный треугольник ткани.
«Боженьки, на ней стринги, — у Саттера перехватило дыхание. —Только этого мне не хватало».
Затем Пэм встала, чтобы отнести что-то в архив. Взгляд шерифа упал на попку в узкой джинсовой мини-юбке, спустился по ногам. Упругая загорелая кожа почти мерцала, обтянутая чулками в сеточку. Высокие каблуки зацокали по полу, и Пэм исчезла за дверью.
— Иисусе, шеф, — Трей покачал головой. — Ничего себе ножки, а? Я бы нырнул в ее пирожок на пару-тройку часов.
Саттер выпалил с упреком:
— Трей, ты хоть когда-нибудь вынимаешь голову из ведра с дерьмом? Она же наша сотрудница!
Трей, ухмыльнувшись, хлопнул себя по коленям.
— Шеф, ты последние двадцать минут чуть ли не слюни пускал, уставившись на эту куколку.
— Неправда, — настаивал шериф, — и лучше заткнись. Нам стоит подумать о том, что делать с варщиками в Сквоттервиле.
— А что мы можем сделать? Этим занимается наркоотдел штата.
— Да, но это наш город, Трей. Так что, может быть, тут есть и наша вина.
— Это еще почему?
— Все эти годы мы считали само собой разумеющимся, что преступлений в Сквоттервиле нет. Возможно, если бы мы там чаще появлялись, и не случилось бы последних событий.
— Чушь собачья. Люди становятся подонками, потому что приходит их время. Нам что, следить за каждой лачугой на мысе?
— Я не об этом. Мы могли бы...
Пэм вернулась к своему столу, и вид ее ног оборвал шерифа на полуслове.
«О Боже, эти ноги убивают меня», — подумал Саттер.
Когда
«Иисусе, спаси меня», — мысленно застонал шериф.
Зазвенел дверной колокольчик, и оба полицейских оторвали глаза от своих столов.
Вошел Рики Коудилл. Выглядел он как обычно: неряшливый, толстый, не особо чистый. Разве что привычное высокомерие куда-то делось с уродливого лица.
Он выглядел напуганным.
Странным также было — и Саттер это заметил — выражение лица сержанта Трея, стоило тому увидеть внезапного посетителя. На его лице промелькнуло что-то вроде страха, но Трей быстро спрятал его под авторитетной полицейской миной.
«Что случилось?» — задумался Саттер. Может быть, у него воображение разыгралось?
— Посмотрите-ка, кого нелегкая принесла, — сказал Трей и встал из-за стола.
Саттер слишком устал, потому остался сидеть.
— Говори, чего хочешь, Рики, но знай: единственное, что тебя здесь ждет в любом случае, — хорошенько надранная задница.
— Я хочу, чтобы меня арестовали, — заявил Рики.
— Чтобы быть арестованным, нужно нарушить закон, — заметила Пэм с удивлением. — Вы нарушали закон в последнее время?
— Мой брат мертв, — ответил Рики без колебаний.
Теперь уж Саттер встал.
— Ты признаешься в убийстве, Рики?
— Нет, конечно. Я не убивал Джуниора.
— Тогда какого черта ты хочешь, чтобы мы тебя арестовали?
— Потому что я хочу защиты от человека, который убил моего брата. Я следующий.
Саттер нахмурился и вернулся на жалобно скрипнувший стул.
— Ты пьян, Рики. Несешь чушь. Убирайся отсюда, пока не получил вдобавок огромную кучу проблем.
— Я не пьян.
— От тебя несет пивоварней, — сказал Трей. — В нашем офисе уже не продохнуть.
Рики в отчаянии сжал кулаки.
— Я же говорю, мой брат убит! Сходите ко мне домой — сами увидите! Это сделали Поселенцы.
Саттер поднялся снова.
— Иди проверь, — сказал он Трею.
— Почему бы тебе не проверить самому, шеф? А я пока позабочусь об этом парне. Он может доставить много хлопот.
Саттер уставился на Трея. Он почувствовал что-то неладное в его словах.
— Иди и проверь. Сейчас же. Я хочу с ним поговорить.
Трей раздраженно схватил ключи от машины и ушел.
— Хотите, чтобы я вызвала скорую помощь? — спросила Пэм шерифа.
— Незачем, — ответил Рики. — Мой брат мертв. Звоните гробовщикам. Только сначала заприте меня в камере.
— Ты говоришь как сумасшедший. Вали отсюда прямо сейчас. Я слишком занят, чтобы дурачиться с тобой.
— Заприте меня! — умоляет Рики. — Меня же убьют!
Саттер ухмыльнулся.
— Да, конечно. Поселенцы. Значит, ты утверждаешь, что Поселенцы убили Джуниора, да?